Кабул – Донбасс - Виталий Леонидович Волков Страница 2

«Слово может одолеть, приручить цифру. Слово на моем родном языке обязано очертить тот круг, за который не должно переступить забвение. Прошлое не симметрично будущему. Но подобно ему. Мера подобия – это мы, наши мысли, чувства. Слова, образы. И вот мои герои снова должны взяться за свое дело – ткать ту целокупную правду, которая суть связь между явленным и неявленным. Как за свое дело берутся поэты, чтобы вернуть значения словам и предметам…[2] Да, снова время героев. Не персонажей. Время разных героев. Тех людей, которые нелинейной связью скреплены с движительным механизмом истории. Скорее всего, в новой книге им предстоит действовать во времени, отсчитанном от середины августа 2021 года, из географической точки, имеющей знакомое и знаковое название – Кабул. Оттуда вместе с убегающими от талибов американскими летучими кораблями начался отсчет нового периода их, героев, жизни. Кабул – Донбасс? Или Кабул – Варшава? А если Кабул – Ташкент? Или? <..> И, глядя из сегодняшнего дня на написанное тогда, готовясь взяться за завершение всего большого романа, я испытываю благодарность к ним – к моим главным действующим лицам. Они, порой упрямясь, сопротивляясь моим желаниям, порой, напротив, послушно следуя моей воле, а иногда и ведя меня за собой, помогли мне подготовить себя к перипетиям и баталиям сегодняшнего дня, к пониманию того, какими разными руками сплетается целокупная правда и целокупная русская история. г. Владимир, июль 2023 г.»

Что ж, сейчас май 2025 года, закончена первая часть третьей книги «Века Смертника». И хотя она названа «Кабул – Донбасс», место действия – вся дуга кризиса. Только теперь эта дуга продлилась от Каргила, Бадахшана, Синьцзяня до Европы, так что Украину уже называют «вторым Афганистаном», как и предсказывал один из героев «Кабул – Кавказ» и «Кабул – Нью-Йорк», полковник Андрей Андреевич Миронов. Что впереди? У нового Смертника и у его создателей – очередной план. Это и взрыв, и нечто большее, чем взрыв. Это – пересборка мозга «маленького человека», деструкция цельного. А у Логинова и у Балашова, у Маши Войтович и у Уты Гайст, у полковника Керима и у вышедшего из тюрьмы Мухаммада Профессора – свои жизненные планы. В этих планах есть место свободе как способу принятия не разделенного, а целого. То есть способу принятия добра. А, значит, история не закончилась. История взаимодействия зла со свободой принятия добра. Классический сюжет трагедии.

Москва – Великий Новгород, май 2025 г.

Вместо введения

ЕГЭ по русскому языку. Убить Пушкина

Россия. 30 мая – 17 июня 2022 года

30 и 31 мая 2022 года в разных городах большой страны произошли ЧП, так сказать, районных масштабов. Большая пресса на них внимания не обратила, а местные СМИ из тех, которые посмелее, помуссировали событие пару дней и бросили – все умы, конечно, занимало тяжелое поражение русской армии под Харьковом и надежды, которые внушали вбросы об успехах в Лисичанске. Телеграм-каналы разрывались от комментариев, которые лучше бы не читать ни русскому министру обороны, ни начальникам, ведущим бои из Генерального штаба, ни руководителям разведок, ни командирам фронтов. Словно лед вскрылся на большой реке. Она вышла из берегов, то и дело выбрасывая на болотистый берег трупы информационных рыбешек, коим плыть в глубине не хватило терпения, а на поверхности – оказалось не по силам. Но, несмотря на это, в связи с «районными ЧП» в молодежных соцсетях в июне поднялась буря, сразу подхваченная западными ресурсами. При их поддержке она продолжалась до конца первого летнего месяца. «Пушкин взят на черный флаг русской тирании», «Диктатура расправляется со свободолюбивой молодежью, а оружие расправы – посредственность». И далее и далее. Но в России к обвинениям во всех смертных грехах привыкли, как к ругани в очередях в «Пятерочке», в «час пенсионера», а сами ЧП вызвали в надзорных органах лишь недоумение. «Бурей в стакане воды» назвало происшествие высокое ответственное лицо всея Руси, и попытка представить эту историю как ЧП общенациональное была отменена. Разбираться было поручено местным властям, точечно, а Москву не беспокоить. Хотя дело-то касалось «нашего всего». И нашелся один чудик в чине подполковника ФСБ, которому пришло на ум побеспокоить свое руководство предположением, будто не все так просто в этом мире, когда дело касается «нашего всего».

30 и 31 мая 2022 года по всей России проводился Единый государственный экзамен по русскому языку. Школьники писали сочинения. Организаторы экзамена предоставили им широкие возможности для проявления свободных, творческих способностей, разнообразных знаний и мыслей. Сами посудите, какой размах тем! «Человек путешествующий: дорога в жизни человека», «Цивилизация и технологии – спасение, вызов или трагедия?», «Преступление и наказание – вечная тема», «Книга (музыка, спектакль, фильм) – про меня», «Кому на Руси жить хорошо? – вопрос гражданина»… Никакой обязаловки, заранее заложенной формулы, жесткой привязки к писателю, обязанному быть любимым, и даже к территории, которая когда-то в сочинениях называлась Родиной. Четыре абзаца, введение, два аргумента на сто слов каждый и заключение. Путешествуй, школяр! Так нет. Несколько тысяч хулиганов написали такое, что у их учителей волосы дыбом на головах повставали. И не то чтобы самые неучи, даже наоборот. Оказались среди хулиганов светлые головы. За что, конечно, неразумные, шаловливые дети поплатились двойками, несданными ЕГЭ, а кое-где – дисциплинарными мерами. С мерами могло бы быть хуже, если бы среди неразумных не было родственников местных начальников и если бы из Москвы не поступило негласного указания не раздувать пожара из сотни разбросанных угольков. (Цифра не с потолка упала, эксцессы были зафиксированы в более чем сотне городов и населенных пунктов.) Так о чем же речь?

Все эксцессы объединило одно обстоятельство – их авторы написали в сочинении о своем презрении к Пушкину. По большей части для этого избиралась тема сочинения «книга обо мне», хотя были и такие, кто помянул поэта недобрым словом, избрав для этого в качестве повода дорогу или преступление и наказание. Если быть откровенными, то некоторые сочинения сами учителя потом втихаря распространили среди знакомых как примеры замечательной свободы мысли нашей передовой молодежи. Кое-что, конечно, попало в сети. Немало кликов собрал мем, взятый из одного такого текста – «Духовной жаждою томим, в пустыне мрачной я влачился, когда