Твари творчества - Елена Алексеевна Коренева Страница 40

Я на секунду задумалась, попыталась увидеть всю ситуацию. «Если даже это так, и он впал в самобичевание, значит, мы имеем дело с лучшей частью его личности. Главное, что пленка у нас в руках!»

Уже подходя к дому, Винни предложил: «Сейчас погреюсь в ванной, потом заварю чай из разных трав. Заходи ко мне — чайку попьем и все обсудим». Но не прошло и минуты, как он сам объявился на моем пороге. «Что?» — только и смогла произнести я, — один вид его вызывал трепет. «Что случилось? — повторила я. — Не пугай!» Винни приложил палец к губам прошлепав в комнату, сел на стул и зашептал. «У меня дома кто-то есть… Не пойму, это глюки или… правда кто-то есть. Пойди, проверь?»

У двери в квартиру Винни меня охватило беспокойство. Но я отнесла его на счет плохо проведенной ночи. Повернув ручку, вошла в прихожую. Прямо передо мной стояла женщина с двумя свертками в руках. Лицо скуластое, плоское, глаза голубые, узкие, нос курносый — якутка-альбинос! «Здравствуй! — обратилась она фамильярно, — а я думала, Вениамин…» Свертки зашевелились, послышалось: «Уа!»…

«Кто вы?» — спросила я.

«Муза», — коротко назвалась она.

«Чья муза?»

«Меня зовут Муза», — отвечала женщина.

«А это что?» — Я указала на свертки.

«Это плод нашего творческого союза».

Она победоносно ухмыльнулась.

Типичная аферистка, — подумала я, оценивая ее наглую непосредственность.

«Как вы сюда вошли?» — спросила я, стараясь не обращать внимания на трогательно попискивающих младенцев.

«Ой сам меня сюда впустил. Дал ключ от квартиры. Не верите, вот! — она протянула ключ. — Не через стенку же я сюда попала».

Вид ключа вызвал во мне новый приступ ярости. Ну, Винни, — негодовала я мысленно, =- вляпаешься, потом за тебя расхлебывай…

«Прошу вас покинуть квартиру!» — заорала я. Она как-то театрально захлопотала над свертками и, сменив тембр, зашептала: «Тише, детей разбудите…» Словно по команде, — дети принялись визжать что есть мочи. Она засуетилась, засюсюкала с младенцами, потом села на диван и, расстегнув кофту, вынула обе груди и стала одновременно кормить близнецов.

Мое присутствие ее ничуть не смущало, да вряд ли на нее вообще что-либо производило впечатление. Она продолжала свое занятие с безмятежностью робота. Я стояла, остолбенев. Но вот она подняла взгляд и ровным голосом без интонаций произнесла:

«Я вам с Вениамином работу нашла. Тут звонили. Я трубку сняла и обо всем договорилась. Предлагают роль бомжей, один съемочный день… Деньги большие, Павлов платит! Завтра в десять перезвонят».

Не знаю, как я сдержалась, чтобы не двинуть этой Музе в лицо, несмотря на двух младенцев, которыми она прикрывалась. Все, что я смогла, это снова заорать на нее.

«Да как вы могли найти мне работу? — я чуть не поперхнулась от возмущения, — врали бы, да не завирались!».

Но она, видно, привыкла к тому, что на нее орут. И ничуть не изменилась в лице.

«Ну, вы как хотите, а Вениамину нужно детей поднимать», — сказала она спокойно и даже как-то мирно.

«Ну это мы еще посмотрим — кто будет поднимать и чьи это дети. Как вы себя назвали?»

Она также бесстрастно повторила: «Муза!»

Не в силах продолжать этот издевательский разговор, я побежала к себе выяснять отношения с Винни.

Вбежав в свою квартиру, прокричала: «У тебя там какая-то хамка с детьми. Говорит, ты ее сам впустил».

«Это, наверное, мороженщица, — испуганно зашептал Винни. — А дети откуда?»

«Не знаю, наверное, плодится, посмотрев телевизор! Аферистка… и попался ей ты, как самый доверчивый…»

Винни на секунду затих, вникая в смысл моих слов, потом досадливо протянул: «Я так и знал! Ну ладно, потом что-нибудь с ней сделаем, если что — Вова займется…»

«Она говорит, детей кормить надо! Иди разбирайся!» — попыталась я решить ситуацию как можно быстрее.

Мои слова произвели обратный эффект. Тело Винни вдруг обмякло, колени подкосились, и он, как был в одежде, улегся на пол, свернувшись калачиком. «Можно я тут у тебя немного посплю… пять минут», — попросил он.

Мой ответ, даже если бы я захотела что- то сказать, он бы уже не услышал. Он крепко спал.

Глава 23. «Непреодолимые разногласия»

Ровно в десять утра раздался телефонный звонок Звонивший просил приехать для разговора с режиссером. Предлагали один съемочный день. По сюжету олигарх кормит бомжей.

«А почему именно я?» — решила я все-таки поинтересоваться, хотя задавать такие вопросы было делом бессмысленным. Ответ меня не порадовал: «О вас написали в газете, показали по телевизору, как вы с… э- э-э… Вениамином, сидите на куче мусора. Разве найдется сегодня такое усталое, испещренное морщинами, лицо, как у вас?!

Вы же, кажется, и пластических операций не делали? Это уникальный случай. И гонорар. Ну как?»

«Не звоните мне больше!» — рявкнула я и бросила трубку.

Судя по крикам, доносившимся из соседней квартиры, Винни уже разбирался с мороженщицей.

Поразмыслив, я решила позвонить ему — не дай Бог, он согласится.

«Что там у тебя?» —