Исторические романы - Саймон Скэрроу Страница 92

который предполагал, что имперский секретарь захочет как можно быстрее вывести Паво обратно на Арену,   ущемив его во времени, чтобы он не успел отдохнуть и подготовиться.  Вкупе с предложением посмотреть на Гермеса в действии в Большом цирке,  Макрон  разделял опасения своего юного подопечного.   Он знал, что за всем, что исходило от Палласа и Мурена, всегда стоял какой-то коварный мотив.

В этот момент открылись  центральные  стартовые ворота и на стадионе поднялся оглушительный рев.  Макрон перевел взгляд обратно на дорожку, когда судья вышел из тени, а за ним последовали  два помощника с парой затупленных коротких мечей.  Через несколько мгновений из тех же ворот вывалился гладиатор.  Бронзовый шлем покрывал его голову, а большой прямоугольный щит в левой руке дрожал, когда он брел к чиновникам, собравшимся в центре эллипса.

- Кто этот бедняга, стоящий перед Гермесом?   -  вслух спросил Паво.

- Критон, -  ответил голос справа от него. -  Его побьют!

Паво повернулся к зрителю в заляпанной тунике. Его глаза были остекленевшими, и он сжимал бурдюк  с вином в правой руке.

- Критон?  -  повторил  Макрон.  -  Никогда о нем не слышал.

Зритель ухмыльнулся: - Это потому, что он второсортный гладиатор из Македонии.  Состоит в передвижной труппе.  Едва ли он достоин того, чтобы делить одну Арену, с Колоссом Родосским, как здесь называют Гермеса.

Макрон оглянулся на Арену, когда Критон получил свое оружие от одного из помощников  судьи: - Тогда ему повезло, что это всего лишь показательный бой.

- Почему у Гермеса такой непритязательный соперник? -  спросил  Паво зрителя, не обращая внимания на Макрона.

-  Все просто. Гермес только что вышел из отставки. Без сомнения, он вернулся бы раньше, если бы эти ублюдки не подкараулили его на улице и не сломали ему несколько костей. Он выздоровел быстрее, чем кто-либо ожидал, но ему все еще нужна разминка перед большим боем.  -  Зритель заговорщически толкнул  Паво локтем. -  Между нами говоря, этого богатого выскочку Паво ждет неприятный сюрприз.

- Да? Какой такой сюрприз?  -  Паво подумал было о том, чтобы раскрыть свое имя зрителю, но передумал. Ему было любопытно узнать больше о Гермесе от одного из его поклонников.

Зритель выдержал паузу и сделал глоток из бурдюка.  Капли стекли по его подбородку и закапали на тунику, когда он продолжил.

- Не пойми  меня неправильно, я слышал, что Паво  хорошо обращается с мечом.  Особенно для богатого мальчика.  Но Гермес - это совершенно другой кувшин с гарумом,  чем все, с чем он сталкивался до сих пор.  Он силен и быстро передвигается для своего веса.

Паво пожал плечами:  -  Есть много других гладиаторов, которые не уступят ему в мастерстве.

Зритель наклонился.  Паво сморщил нос от сильного запаха вина в дыхании мужчины: - Но ты не найдешь другого гладиатора, который так же хорошо владеет мечом. Пятьдесят выигранных им поединков  -  достаточное тому доказательство.

Макрон с усмешкой перевел взгляд на зрителя.

- Абсолютная  чушь!  Всем известно, что ланисты  берегут  своих лучших гладиаторов, чтобы договориться о более выгодной цене, когда дело доходит до их сдачи в Аренду.  Бьюсь об заклад, половина боев, которые Гермес выиграл, были против кучки поваров и валяльщиков.

- Очевидно, ты не фанат.  - Зритель скривился на Макрона:  - Ты передумаешь, когда он хорошенько  разделается с Критоном.

- Почему Гермес  иногда  выходит из отставки? -  спросил Паво.  - В конце концов, он свободный гладиатор , а не осужденный.  Всякий раз, когда он дрался в последние несколько лет, он мог потребовать целое состояние с устроителей.

Зритель пожал плечами:  - Никто не знает наверняка. Множество  устроителей  Игр  пытались уговорить его с тех пор, как он объявил о своем намерении уйти  с Арены навсегда.  Среди прочих был и император Калигула.

- Так почему же он передумал сейчас?

- До меня дошли слухи, что один из греков Клавдия,  имеет к этому какой-то интерес, -  ответил зритель.

Паво собирался продолжить расспросы, когда на ярусах раздался  дикий шум  аплодисментов.  Стадион содрогнулся. Чувство предвкушения в толпе было ощутимым, когда зрители  все как один встали на ноги и направили свои взоры в дальний конец ипподрома.

- Смотрите!  - воскликнул зритель.  -  Вот он идет!

Паво и Макрон проследили за его взглядом. Единственные ворота находились  в восточном конце дорожки, за бронзовыми поворотными столбами. Когда ворота открылись, над стадионом воцарилась тишина.  Паво почувствовал, как волосы на его затылке встали дыбом, когда огромная фигура смело шагнула вперед,  а его огромные мускулы заблестели от пота.  Вены на его мускулистых руках вздулись, как натянутая веревка. Мужчина был значительно крупнее своего противника.  Паво не мог припомнить, чтобы когда-нибудь видел гладиатора таких огромных размеров.

-  Вот, дерьмо,  - прошептал он, его кровь  застыла в жилах. - Так это  и есть Гермес.

ГЛАВА   ДЕСЯТАЯ

Под бурные аплодисменты Чемпион Рима вошел в Большой цирк. Несколько зрителей, занимавших один из верхних ярусов, развернули большое знамя, заявляя о своей поддержке Гермеса.  Зритель, стоявший рядом с Паво, вскочил на ноги и до хрипоты закричал, присоединившись к хору  скандировавших,  который  разносился по стадиону.

- Он выигрывает каждый бой, превращая  своих соперников в дерьмо!  Гермес!  Гермес! -  гудели болельщики.

- Умри,  Критон!  - прохрипел ближайший зритель, перекрывая общий гам.

Паво взглянул на Критона.  Македонец стоял рядом с судьей, его руки дрожали от страха. Чемпион поприветствовал своих поклонников энергичным взмахом кулака, вызвав еще одну волну горячих аплодисментов,  и с важным видом направился к временной Арене, поклонившись  части толпы, демонстрирующей  их знамя.

- Идиот! - прорычал Макрон. - Посмотрите на этого  осла , выпендривающегося  перед толпой.  Во Втором он долго  бы не продержался .  В легионах нет места показухе.

Паво изучал Гермеса, пока Чемпион проходил мимо своего места:  - Гладиатор в отличной форме, - подумал он. Помимо стандартного шлема, наплечника, поножей и нагрудника, которые носят гладиаторы-провокаторы, на нем также был надет кожаный пояс с золотыми заклепками, обернутый вокруг туловища поверх набедренной повязки. Пояс слабо блеснул в бледном утреннем свете, когда один из служителей протянул ему затупленный меч, который он взял в правую руку.  Он сжал свой большой щит левой рукой.  На лицевой стороне щита яркими красками было нарисовано изображение Цербера,  трехголового пса, охранявшего врата Преисподней.

Неподалеку, как вкопанный,  словно замерший от страха,  стоял Критон.  Пока судья повторял правила боя, его голос почти заглушал толпа.  Когда он закончил, и