Кардинал. Роман о любви и власти - Элисон Уэйр Страница 57

попал в дурную компанию. Том был в курсе всего происходящего, так как соглядатаи отчитывались перед ним ежедневно. Его потрясли сообщения о том, что король Англии, переодевшись для сохранения инкогнито, буянит на улицах со своими приятелями и вообще ведет себя по-идиотски. Однако любимчики явно не видели ничего дурного в том, что подбивают его вместе с ними предаваться тому, что шпион Тома, замявшись, назвал французскими грешками. Можно себе представить, что это означает! Раньше Гарри сразу утихомиривал любого скандалиста, но теперь опускался до того, чтобы бражничать и ходить по девкам с этими молодыми повесами, когда в двадцать восемь лет ему следовало бы лучше отдавать себе отчет в собственных поступках. Это недостойно. Нечего удивляться, что почтенные, блюдущие свое достоинство придворные и церковники с неодобрением косились на короля. Его любимчики навлекали скандал на трон, поощряя такое поведение своего государя.

И Гарри, его Гарри – молодой человек, жаждавший славы, добродетели и бессмертия, – был с ними заодно! Том надеялся, что королева никогда не узнает об этом.

Каждый день его человек сообщал о каком-нибудь новом возмутительном случае.

– Они дают ему дурные советы.

– Они толкают его проигрывать огромные суммы.

– Они слишком фамильярничают с ним.

– Они забываются.

И сегодня все то же.

– Они насмехаются надо всеми в Англии, даже над дамами и джентльменами двора, – доложил Тому стоявший перед ним агент, смущенно сминая в руках шапку.

– И над королем тоже? – рявкнул Том.

– Нет, но они подстрекают его присоединяться к ним.

Том забеспокоился, не осмеливаясь спросить о том, являлся ли сам он объектом злых шуток, или смеялся ли над ним Гарри вместе со своими любимчиками. Этого Том не вынес бы.

После Дня святого Георгия, когда двор переехал в Гринвич, Том поделился своими тревогами с Томасом Мором, мудрое мнение которого стал уважать. Мор выслушал его со своим обычным вежливым участием, все сильнее хмуря брови.

– Ваше преосвященство, я настоятельно рекомендую вам обсудить это с Тайным советом, только постарайтесь не критиковать короля.

Том прислушался к мнению Мора и с радостью обнаружил, что многие лорды тоже обеспокоены растущим влиянием на государя его молодых фаворитов.

– Личные покои теперь соперничают за власть с Тайным советом! – прорычал Норфолк. – Мы должны положить конец связи короля с этими юнцами. Они опасны.

Только Бекингем выразил несогласие.

– Вы все им завидуете, – фыркнул он, в упор глядя на Тома.

Остальные обсмеяли его.

– Лично я был бы рад избавиться от этих баловней короля, – изрек Норфолк под одобрительные кивки лордов.

Они решили, что Том сперва должен поговорить с королем. Кто, как не он, подходит для этого лучше? Том про себя мрачно улыбнулся. Они снова мстили ему за то, что он первый советник Гарри.

Но нужно покончить с этим. Со свинцовой тяжестью на сердце Том, не желавший делать ничего такого, что могло бы отвратить от него любимого государя, направился к покоям Гарри, обещая себе, что не станет разбираться со всем этим сам. Он попросит короля почтить своим присутствием заседание Совета. Вместе безопаснее.

Гарри находился в своих личных покоях, громко хохотал над чем-то, сказанным одним из любимчиков. Они все уставились на Тома, когда возвестили о его появлении. Он подошел к королю, наклонился и зашептал ему на ухо:

– Ваша милость, могу я переговорить с вами наедине?

– Разумеется, – сердечно отозвался Гарри. – Вы все, удалитесь! Нам с моим другом нужно обсудить важные дела.

На лицах молодых людей, вынужденных против всякой охоты скрыться с глаз, отобразилось неприкрытое возмущение.

– Чем я могу быть вам полезен, Томас? – спросил Гарри, когда они ушли.

Том набрал в грудь воздуха.

– Сир, ваши советники поделились со мной своим глубоким беспокойством. – Говорить о собственных тревогах без особой необходимости он не собирался. – Это касается джентльменов ваших личных покоев и поведения, которое может нанести ущерб, повредить вам и опорочить вашу милость.

Король мигом насторожился. Он заботился о своей репутации.

– Если завтра утром ваше высочество почтит своим присутствием Совет, я уверен, вы легко сможете успокоить лордов.

Гарри кивнул:

– Я приду.

* * *

Разумеется, лорды сделали так, что поднять вопрос выпало Тому. Как только Гарри уселся во главе стола и вопросительно обвел всех взглядом, советники уставились на Тома.

Он встал:

– Ваша милость, мы все сошлись в том, что личные покои нужно очистить от молодых джентльменов, которые ведут себя неподобающим вашим достоинству и чести образом.

Том наблюдал за реакцией советников, опасаясь, что они могут не поддержать его, однако на этот раз головы кивали в дружном согласии. Он покосился на Норфолка и с удовлетворением заметил, что тот тоже кивнул.

Гарри молчал. Выражение на его лице было трудно понять.

Том заставил себя продолжать:

– Сир, я говорю о сэре Николасе Кэрью, Фрэнсисе Брайане, сэре Эдварде Невилле и сэре Генри Гилдфорде, и это лишь некоторые. Они дают вашей милости дурные советы, поощряют вас проигрывать крупные суммы, фамильярничают с вами и забываются. Вы терпеливо сносите все это и, будучи мягким по натуре, не упрекаете и не отчитываете их.

– Эти люди – мои друзья, – заявил Гарри, но не стал дальше защищать их.

Может быть, он и сам задумывался об этом.

– Увы, сир, это нехорошие друзья. Возможно, вы не в курсе, но во время недавней дипломатической миссии в Париж Невилл и Брайан публично опозорили себя, когда сопровождали короля Франциска, ехавшего переодетым по улицам. Они швыряли в прохожих яйца, камни и другие вещи.

Гарри вспыхнул, без сомнения припомнив, как вместе с друзьями посещал лондонские таверны, напивался и дурачился там. Откуда ему было знать, что Тому об этом известно.

– А домой они вернулись совершенными французами в еде, питье, одежде и пороках, – пропыхтел граф Суррей.

– Это правда, сир, – встрял Норфолк. – Они глумятся, сравнивая ваш двор с французским, зло шутят над пожилыми придворными и почтенными служителями двора и в целом ведут себя предосудительно.

– Да, сир! – хором воскликнули остальные советники.

– Мы просим вашу милость положить конец их дурному поведению, так как это плохо сказывается на вас, – произнес Том.

Гарри явно был неприятно задет. Пауза длилась и длилась.

– Хорошо, – наконец произнес он. – Милорд камергер, вы вызовете всех нарушителей порядка, уволите их с постов и прикажете им покинуть двор. Но они все же могут быть полезны мне. Кэрью и Невилл пусть отправляются в Кале и помогают собирать людей на строительство укреплений. Остальные могут заняться делами в собственных графствах.

Король воспринял жалобу лучше, чем можно было предполагать. Его честь и репутация всегда подлежали защите. Гарри повернулся к Тому:

– Я благодарю вас, милорд кардинал, за напоминание о том, как следует