Влад Менбек - Джебе – лучший полководец в армии Чигизхана Страница 119

– Есть такие люди, – зло оскалился Белобров. – Пойду я.

– Тебе нельзя! – осадил его Чиркудай. – Ты слишком вспыльчив и можешь всё испортить. А ещё, ты – совсем белый, не похож на людей кавказских племен. Они чёрные, – он задумался на мгновение, не обращая внимания на недовольное ворчание Белоброва, и сказал: – Должны пойти купцы их Хорезма.

– Они струсят, – усмехнулся кто-то из командиров.

– Струсят, но пойдут, если дело будет касаться дальнейших путей торговли на Кавказе, с половцами, кипчаками и русичами, – бросил Чиркудай.

Субудей долго думал и, согласился:

– Ты прав. Их никто не заподозрит. Пусть идут с маленьким караваном прямо в войско Георгия. А там тайно они поговорят с половцами.

– Возможно, это у них получится, – сдался Белобров. Ему не терпелось как можно скорее попасть на родину. – Купцы начинают первыми устанавливать контакты с чужими народами.

На том и порешили. Купцы сначала испугались, услышав такое предложение. Но, подумав, и поспорив друг с другом до хрипоты, согласились. Вскоре небольшой караван с двумя купцами и десяткой охраны из согдийцев, примкнувших к монгольским туменам, ушёл в сторону гор.

Отослав лазутчиков, монголы с нетерпением стали ждать их возвращения. Наконец разведчики привели одного торгаша, но без сопровождения. Его быстро доставили к Субудею и Чиркудаю.

Купец чувствовал себя нормально, лишь был обеспокоен за сохранность своего товара и за жизнь своего товарища, которого половцы оставили в заложниках.

– За товар не беспокойся, – успокоил купца Субудей. – Мы возместим тебе его стоимость серебром и золотом. Твоего товарища – выручим, – туменной хитро усмехнулся: – И я знаю как…

– Так, где они захотели встретиться? – переспросил купца Чиркудай.

– В ущелье Лоша…

– Хорошо. Мы согласны на встречу в ущелье Лоша. Говоришь, оно находится между нами и грузинами? – уточнил Чиркудай.

– Да, – подтвердил торговец. – Но половцы и кипчаки предупредили, чтобы вы не брали с собой больше одной тысячи нукеров.

Субудей ехидно сморщился и пробурчал:

– Сколько же они хотят привести с собой?.. Но это не так важно. Один наш нукер стоит десяти их чабанов.

К ущелью командующих сопровождала тысяча Белоброва, которая после войны в Хорезме, стала лучшей в тумене Чиркудая. И сам тысячник был нужен, как переводчик, знающий половецкий и кыпчакский языки.

В версте от назначенного места Чиркудай увидел около двух тысяч половецких всадников. Он переглянулся с невозмутимым Субудеем и хищно усмехнувшимся Белобровом, по лицу которого было заметно, что тот уже положил в уме всех половцев на землю с переломанными костями и отрубленными головами.

– Не ерепенься, – строго предупредил его Субудей. – У нас другая цель. Они, пока что, не враги.

Белобров глубоко вздохнул и, кивнул головой, в знак согласия.

Остановив тысячу в версте от глубокого ущелья, разделявшего два горных хребта, сбегающего прямо в море, командиры поехали вперед. От половецкого войска отделились три всадника и потрусили им навстречу. Сблизившись, они внимательно осмотрели друг друга и, видимо, остались довольны.

Субудей жестом пригласил ханов спешиться и сесть на громадные прибрежные валуны, с которых хорошо были видны ленивые волны Абескунского моря, набегающие на тёмный песок.

Субудей не стал терять времени на долгие взаимные приветствия, принятые у степняков. Он сразу же перешел к делу. Половцы его поняли – времени у них было мало.

– Мы с вами одной крови и имеем одних предков, – без предисловий начал Субудей, терпеливо наблюдая, как удивлённый Белобров, переводит его слова.

Перед монголами сидели два половецких хана и один кыпчакский вождь. Они опешили от заявления Субудей-богатура, про которого слышали много плохого.

– Нашим общим предком был Бодончар, – неожиданно сказал Субудей.

Половцы переглянулись и стали быстро говорить друг с другом, на своем языке, сильно жестикулируя.

– О чем это они? – поинтересовался Чиркудай у Белоброва.

– Один говорит, что монголы, половцы и кипчаки – родичи. Другой же, не слышал ни о каком Бодончаре, – кратко перевел Белобров.

Вдруг половецкий хан посмотрел на Белоброва, и что-то спросил у него. Белобров поколебался и согласно кивнул головой, пояснив Чиркудаю с Субудеем:

– Они интересуются – не русич ли я?

– Скажи, что ты сейчас монгол. Все люди, принявшие Ясу Чингизхана, считаются монголами, – заявил Субудей.

Белобров перевёл. Оба хана и вождь с непонятно покачали головами, но свой спор продолжили. Наконец один из половцев сказал, обращаясь к Субудею:

– У нас есть легендарный предок, но его зовут Берендей.

– Это и есть Бодончар, – подтвердил Субудей. – Мы немного изменили его имя. Ведь наши языки похожи. Я даже понимаю некоторые ваши слова.

– Я тоже понимаю немного ваших слов, – неожиданно, хитро усмехнулся половецкий хан, – думал, что это случайное совпадение.

– Наши языки имеют общие корни, – Субудей посмотрел на Белоброва: – Вот скажи мне, русич, в твоем языке есть слова похожие на наши?

– Есть, – после некоторого раздумья подтвердил Белобров.

– А вот в грузинском языке нет ни одного слова, которое бы мы понимали.

– Ты прав, барс-Субудей, – подтвердил половецкий хан, вновь, усмехнувшись, после чего сделал вывод: – Мы поняли, что вы хотите от нас.

Было видно. Что половцам и кипчаку стало ясно, для чего монголы устроили эту встречу. Все сидели в задумчивости. Наконец кыпчакский вождь посмотрел на Субудей, Чиркудая, Белоброва и спросил:

– А не захотите ли вы напасть на нас после того, как мы дадим вам расправиться с войском Георгия?

– Чингизхан завоевал много стран, которые ему не нужны, – с кислым видом ответил Субудей. – Ему нужна лишь дань. Лучше прокладывать новые караванные пути и восстанавливать старые, для торговли, чем воевать. Караваны должны ходить через наши и ваши степи, и через вот эти горы без опасений. Нужно сделать так, чтобы купцов перестали грабить. И от этого будет хорошо и вам и нам.

– Ты сказал очень умные слова, – согласился кипчакский вождь. – Торговать лучше, чем воевать.

– Ну, что мы решим? – кратко спросил Чиркудай у всех.

Половцы и кипчак опять немного поговорили между собой и, договорившись, кратко сказали:

– Мы уходим в свои степи – Георгий ваш.

Белобров перевел каждое слово в отдельности, чтобы не получилось ошибки.

Субудей с кряхтением встал и вежливо поклонился половцам и кипчаку. Тоже самое проделали Чиркудай и Белобров, отмечая этим благополучное окончание переговоров. Половцы и кипчак, немного помешкав, тоже слегка поклонились монголам. Обе группы медленно разошлись, направившись к напряженно ожидающим их воинам.

– Ты уверен, что Бодончар и есть тот самый Берендей? – неожиданно спросил Белобров у Субудея, топая следом за туменными.

Субудей попыхтел и хмыкнул:

– Нет. Конечно же, нет!

– Значит, ты их обманул?

Но Белоброву ответил Чиркудай, внимательно посмотрев на своего тысячника:

– Применил военную хитрость.

– Половцы скоро узнают про ложь, и не выполнят условия, – хмуро сделал вывод Белобров.

– Они и так знают, что мы не родственные племена, – усмехнулся Субудей. – Но нужно же за что-то зацепиться. А условия они выполнят. Они знали, что мы рассказываем сказки. Им просто не хочется воевать и терять своих нукеров. Но иного способа уйти от грузин, как признать нас родичами, они не видят. Очевидно, задолжали грузинскому царю, поэтому и согласились ему помочь. А с родичами воевать грешно. И это их оправдывает перед грузинами. Поэтому и согласились.

– Все равно не понимаю, – помотал головой Белобров.

– Со временем, может быть, поймешь, – вздохнул Субудей: – Подобный прием китайцы называют политикой.

На следующий день разведчики принесли весть: четыре тумена половцев и кипчаков ушли, оставив армию Георгия. Но грузинского царя это не остановило. Он смело направил свои войска на диких монголов. Субудей предположил, что Георгий хочет перекрыть узкую долину. В ней невозможно развернуться с туменами и нанести сокрушительный удар. Теснина вытянулась на несколько десятков верст. Её ширина позволяла двигаться лавой всего одной сотне нукеров.

– Георгий может держать нас здесь несколько месяцев, – жёстко обрисовал Чиркудай положение собравшимся на совещание командирам. – Нам нельзя задерживаться. Скоро зима. Продуктов мало. Рядом нет никаких селений и негде пополнить запасы еды. Сплошные скалы. Георгию будут подвозить всё из тыла, а наш тыл в далеком Хорезме. Нужно что-то придумать, чтобы скорее выйти из этих гор в степь.

– Может быть, есть какая-нибудь другая дорога, в обход его войска и этого ущелья? – с надеждой высказался Белобров. – Нужно только поймать несколько местных жителей и выпытать у них то, что они знают.