О чем говорят шведы. Рассказы о жизни современных викингов - Юлия Викторовна Антонова-Андерссон Страница 53

– И что нам теперь делать? – поинтересовался муж.

– Даже не знаю, – продолжала мило улыбаться девушка. – Но нашим лемурам хорошо.

– Им-то хорошо, – хмыкнул муж. – Только мне плохо.

– Они привиты! – подбодрила сотрудница. – Так что не переживайте, бешенством вы от них вряд ли заразитесь.

Однако муж знал: кроме бешенства существуют и другие болезни. Тот же самый столбняк. От него мужа когда-то прививали, но было это лет двадцать назад.

В отеле он принялся звонить в медицинскую консультацию, где ему порекомендовали все же заехать в больницу и привиться повторно.

– Что у вас за проблема? – поинтересовался молодой человек приемного отделения.

– Вот, меня укусили, – муж показал на рану.

– Собака или кошка? – безынициативно бросил юноша, занося данные мужа в компьютер.

– Лемур.

Парень поднял глаза. В его взоре одновременно читались непонимание и удивление. Помолчав пару секунд, он не нашел ничего лучше, как спросить:

– Ваш?

– Нет, скорее ваш. Живет тут буквально через дорогу, – пояснил муж и показал на зоопарк.

– А-а… Это вам надо к врачу, – констатировал молодой человек.

– Да, именно поэтому я здесь, – кивнул муж.

Примерно такой же диалог состоялся и с врачом. Тот же легкий задор в начале и изумленные глаза в конце. Выслушав нас, врач сказала, что мужу надо привиться от столбняка, однако лично ей совсем не хотелось возиться с его бумагами, и нас из больницы перенаправили в дежурную поликлинику.

Ход третьего разговора был вполне ожидаем. Муж к тому моменту вошел в азарт и уже, словно настоящий артист, делал многозначительные паузы и играл голосом. И наконец-то получил заветную вакцину!

Дома же нас встретило неприятное известие: нам выставили два счета за посещение врачей. Да, за то, что первому специалисту было лень возиться с бумагами, нам тоже пришлось заплатить, ведь мы заняли ее время!

Побег из Шоушенка

Жила-была в стокгольмском музее «Скансен» королевская кобра. Вернее, «кобр», поскольку змея была мужского пола и звалась в честь персонажа давнишнего диснеевского мультфильма «Робин Гуд». Вы ведь помните, что шведы – любители переводить все имена? Это у нас и у американцев первого советника принца Джона в лице змея звали Сэром Хиссом, а в Швеции он стал Сэром Вэсом. Справедливости ради отметим, что и английское hiss, и шведское väs означают шипение.

У Сэра Вэса был вполне уютный террариум со всеми удобствами. Жил он в нем припеваючи, не зная горя, пока кому-то не пришло в голову «провести модернизацию», заменив старые лампы новомодными энергосберегающими.

«Что за глупости?! – подумал Сэр Вэс. – Так дело не пойдет!»

Не оценив по достоинству техническую новинку, не дававшую прежнего тепла, Сэр Вэс не придумал ничего лучше, как подтянуться по арматуре и спрятаться в изоляции над прожектором.

А дальше… «Ищут пожарные, ищет милиция» – змею искал весь Стокгольм. Дело было в октябре, и общественность разделилась на два лагеря: пока одни волновались, сможет ли кобра пережить шведскую зиму, другие опасались, что она точно переживет холода и весной, изголодавшись, примется нападать на кошек и собак.

Пока пресса мусолила новость, сотрудники музея вовсю искали беглеца, которому, к слову, успели дать подходящее прозвище – Гудини! И правда, чем не великий иллюзионист?

В музейных коммуникациях специалисты установили специальные миниатюрные камеры – все тщетно. Кобры словно след простыл. Лишь спустя неделю Сэра Вэса обнаружили доблестные сотрудники таможенной службы Швеции, которые принесли в музей самое современное оборудование – в том числе и рентген-аппараты. Пара часов работы – и вся страна выдохнула с облегчением: Сэр Вэс нашелся!

Историей с Сэром Вэсом поспешили воспользоваться и ловкие предприниматели. В том же «Скансене» начали продавать серьги и украшения с изображением кобры, а ИКЕА представила рекламу одного из плафонов, который охарактеризовали как «змеезащитный». Вот такая история!

В заключение

Ох, еще раз повторю: как было бы чудесно, если бы я села писать эту книгу лет двадцать назад! Описать типичного шведа мне не составило бы труда: молчаливый, неконтактный, сдержанный, избегающий конфликтов (а заодно и соседей). Как гласит поговорка: со шведом вообще-то поговорить можно – вот только много с ним не поговоришь.

Однако мой круг общения – это люди за сорок, которых современные этнологи относят к уходящему поколению. Молодежь говорит громче, быстрее и больше, не боится выражать чувства и высказывать свое мнение. Приток мигрантов неевропейского происхождения привел к формированию городской среды и культуры, похожей на средиземноморскую. Из простых «селян» шведы неожиданно превратились в ультрамодных жителей современного мегаполиса.

Теперь уже не понятно, о чем можно, а о чем нельзя говорить. Что прилично, а что нет. Наконец, что типично, а что нет. Я попыталась лишь описать собственный опыт общения со шведами – народом, который я когда-то полюбила за лагом и мюс, за «корову на льду» и «сов в болоте», за уютные предрождественские посиделки и хороводы вокруг майского шеста. Мне хочется верить, что частичку своей любви я передала и вам, а заодно помогла понять, что собой представляет этот викингский нордический характер…

Примечания

1

Сейчас рекомендации об упрощении официального языка составляются Шведским языковым советом (Språkrådet).

2

В русскоязычных источниках чаще встречается перевод «Шведские демократы», однако это не совсем корректно. В 2015 году от партии «Демократы Швеции» (Sverigedemokraterna) откололось крыло, назвавшееся «Шведскими демократами» (Svenska demokraterna). Новая партия просуществовала недолго, но запомнили ее именно как «шведских демократов», а не «демократов Швеции».

3

Дуплекс – вид таунхауса, рассчитанный на проживание двух семей. Имеет отдельные входы, но одну общую стену и крышу.

4

Далекарлийская лошадка – деревянная фигурка традиционно красного цвета, являющаяся национальным символом Швеции.

5

В Швеции право на венчание или благословение брака получают в том случае, если хотя бы один из партнеров является прихожанином Шведской церкви. Церемония не носит религиозного характера: до недавнего времени в церкви заключались абсолютно все браки, независимо от вероисповедания брачующихся. Сама церемония совершенно не похожа на православное венчание. Если брак уже заключен (как было в нашем случае), в церкви его благословляют. По сути церемонии благословления и заключения союза идентичны, изменены лишь некоторые слова в речи пастора.

6

Тут мне