За любовь отдам...Тебя! - Наталья Дорофеева Страница 60

Лакомый кусочек практически для любого, но при этом по-настоящему никому не нужное существо. До сих пор помню, как София дрожала, когда я забрал ее с аукциона. Как она прижималась ко мне, когда узнала о том, что планировала сделать Королева Усхана. Вряд ли в этих случаях Крейн играла – девушке было страшно, она просто искала защиты, надеялась на помощь.

Думаю, даже искренне переживала, когда считала, что я могу пострадать из-за лечения. Иногда мне даже казалось, что девушка испытывала ко мне симпатию. Но вот в этом я сильно сомневался.

Все, что София заставляла меня испытывать рядом с собой, сказывалось на моем восприятии, так что я просто не мог быть объективен по отношению к ней. А как? Если мне постоянно хотелось…

Мерзко даже подумать, что я желал кого-то, кроме своей Кристины. Хоть и под воздействием артефакта, но так не должно было быть. Скорее всего, по этой причине я и надеялся увидеть хоть что-то настоящее в этих больших красивых глазах. Таких испуганных в настоящий момент, что вместо того, чтобы убить их владелицу, мне хотелось прижать ее к себе.

– Себастьян, если ты ждешь, что я тебе помогу, то прости, – снова раздался надоедливый голос брата прямо у меня над ухом. – Убить блондиночку тебе нужно самому.

Естественно, он был прав – это должен сделать я. Снова напомнил себе, что чем быстрее это сделаю, тем будет лучше. Каким-то невероятным усилием воли вытащил, наконец-то, из футляра кинжал. Оружие показалось таким тяжелым, будто весило целую тонну.

Странный парадокс: разумом я прекрасно понимал, что все так, как должно быть, но тело и душа… Вроде бы, никогда не страдал тахикардией, а сердце забилось так, словно собиралось вырваться из груди. Закрыв глаза, попытался успокоиться, но не тут-то было. В голову лезли непрошеные мысли, от которых избавиться было невозможно.

Зачем-то представил, как холодный металл пронзает грудь девушки, и сразу же стало нечем дышать. Да что за проклятье? Я дал слово уничтожить весь мир, если это будет необходимо, чтобы вернуть свою жену. Но что теперь? Не могу отнять жизнь какой-то обманщицы?

Только вспомнив о своем обещании, смог собраться, открыть глаза и… Просто снова уставился на Софию. Дотронулся до фальшивого рисунка на ее руке, провел рукой по нежной коже…

– Может ты передумал? – голос брата заставил меня вздрогнуть, ведь я совершенно забыл о его присутствии. – Тогда отпусти девчонку, и давай забудем про Кристину.

– В каком смысле забудем? – удивленно спросил Асмодея.

– В прямом. С этой блондиночкой тебе противно было целоваться и любовь изображать, но прикончить ты ее все равно не в состоянии. Так что, давай будем честными – ждать новую жертву смысла нет.

И правда, я был уверен, что меня будет тошнить от разыгрываемого спектакля, но ошибся. Настолько сильно ошибся, что не верится. София – это наваждение, от которого невозможно избавиться. Из-за нее я на полном серьезе забывал о своей Кристине. Стоило только подойти ближе, попасть под воздействие этого проклятия и все.

Часовня снова затряслась, но на этот раз слабее. Даже не стал снова что-то делать, в этом не было необходимости. Интересно, просто очередная попытка спастись или ее задели слова Архимага? Вероятнее, конечно, первое, но не факт. Хоть Крейн и сама ломала комедию, но самолюбие девушки могло пострадать.

– Себастьян, мы тут уже двадцать минут! – прожужжала назойливая муха, от которой мне жутко захотелось отмахнуться. – Не думаешь, что Флоренс может начать волноваться и отправиться на ее поиски?

Окна в часовне все-таки разбились. Вылетели вместе с рамами. Пришлось прикрыть девушку щитом, чтобы она не порезалась осколками. Когда все успокоилось, засмеялся. Это правда забавно, ведь София оказалась ни при чем – окна разбились из-за меня. Не помню даже, когда последний раз терял контроль. Кажется, когда узнал о гибели Кристины. А тут?

Внутри кипела какая-то дикая ярость из-за одного только упоминания имени дракона, которого я когда-то считал другом. Как будто для меня имело какое-то значение, чья метка на самом деле была на теле Крейн.

С силой сжал рукоятку оружия до такой степени, что ладонь побелела. Холодный металл обжег сердце, боль в котором стала совсем невыносима. Поднял предательски дрожащую руку, занес кинжал над девушкой, но, похоже, уже сам не верил, что смогу осуществить задуманное.

Тяжесть решения, которое мне предстояло принять, ложилась на мои плечи как невидимое бремя. Моя душа боролась с самой собой, и я знал, что в любом случае этот бой я проиграл. Все верно Асмодей сказал – второго шанса не будет. Никогда.

Поднял голову и взглянул на лицо статуи. Попросил мысленно прощения у своей истинной за то, что не смог выполнить обещание. Когда-то мы снова будем вместе. Я буду в это верить. Но теперь стало понятно, что не в этой жизни.

Затем снова посмотрел на Софию, на клинок в своей руке. Не смогу даже назначить справедливое наказание для девушки. А уж для ее истинного – тем более. Если только попробую, то Флоренса я точно спалю заживо. Медленно, чтобы слышать крики его агонии.

Пусть лучше решит суд – что они оба заслужили. Возможно, девушка даже останется в живых… Крейн еще так неопытна, юна, ее саму так просто обмануть. Конечно, она могла поддаться соблазну, уговорам.

Облегченно выдохнул, когда понял, что такой вариант событий вполне возможен, закрыл глаза и успокоился. Мне должно было быть больно, ведь мне только что пришлось навсегда попрощаться с возможностью вернуть свою Кристину. Но вместо этого я ощутил легкость, спокойствие и теплоту.

Только собрался убрать руку и разжать пальцы, как услышал рядом тихий шепот. Готов был поклясться, что очень хорошо знаю этот голос, принадлежавший моей истинной. От неожиданности растерялся и не успел среагировать, когда мою ладонь с оружием что-то резко потянуло вниз.

Все что смог сделать – это лишь немного изменить траекторию удара. Но не помогло, и клинок попал точно в сердце девушки. Лишь только металл прошел через кожу, тело Софии стало излучать нежный теплый свет.

Повернул голову в ту сторону, откуда только что раздавался странный звук, и увидел его источник. Зеркало, которое держала в руках Крейн, покрылось каким-то мерзким дымом. Невероятно, но в его отражении