Ирина Фельдман - Клуб негодяев Страница 50

Что происходит? Какое мне дело до чьей-то собаки?

Я что-то кричал, но мой голос звучал необычно, почти как эхо. И тембр был не похож на мой…

Неужели я и есть Андрей? Тот, каким он был сорок лет назад? Боже, когда я уже перестану удивляться подобным штучкам!

Андрей игнорировал моё растерянное состояние.

Когда я поймал спаниеля за ошейник, он успел запачкать грязными лапами юбку молоденькой женщины. Она заслоняла собой двух хихикающих малышей, которых, похоже, не напугало нападение.

— Вот так я познакомился с Анной. Моя собака хотела поиграть с детьми, а она бросилась на защиту своих питомцев. Мелочь, но что поделать, если жизнь состоит из мелочей, которые поначалу кажутся незначительными?

Тем временем я что-то говорил и сдерживал скулящую от нетерпения собаку. Кто-то из детей протянул к ней руку, чтобы погладить её, но бдительная няня тут же это пресекла.

Туман потемнел и стал гуще. Я вновь погружался во тьму.

Наконец-то. Пора бы уже выбраться из чужой памяти. Не очень приятно, когда с тобой обращаются как с куклой.

Я опять гуляю по парку. О чём-то оживлённо беседую с Анной.

— Мы встречались с ней каждую неделю. Она была очень мила, начитана, и общение с ней доставляло мне истинное наслаждение. Всего несколько коротких встреч что-то изменили во мне. Я стал больше задумываться о таких человеческих вещах как семья. Честно говоря, совсем одиноким меня никак нельзя было назвать. Помимо родителей, у меня было множество родственников. Братья, сёстры, кузены, их дети… Но Анна, сама того не ведая, дала мне понять, как я нуждаюсь в собственной семье. Чтобы дома меня ждали не только горничная со старой кухаркой. И чтобы компанию мне составляла не только собака.

Деревья растаяли в тумане и почти мгновенно вновь материализовались. Коричнево-жёлтую листву сменил снег. Морозный ветерок навязчиво щипал щёки. Моё дыхание превращалось в клубящийся пар. Вокруг меня радостно носился спаниель и пытался ловить пастью редкие снежинки.

Что это, он мне всю жизнь свою будет пересказывать? Ради чего?

— Анна пропала неожиданно. Не могу описать словами, как я к ней привязался. Я был потрясён, когда увидел детей с другой няней, — продолжал Андрей. — Поначалу я огорчился, но позже решил, что так даже лучше. Анна появилась, как ангел, и исчезла, выполнив свою миссию: я одумался и сделал предложение девице, женитьбу с которой мне так долго навязывали родители. А после Рождества…

Да сколько можно, в этом воспоминании холодно!

Ко мне подошла румяная от мороза девушка в шубке из явно дорогого меха. Я даже не сразу понял, что передо мной та скромная няня.

Андрей усмехнулся.

— Я не сразу её узнал. К моей Золушке как будто заглянула в гости Крёстная фея. Она что-то рассказывала мне про наследство, но мне было всё равно, почему она исчезла. Главное, что она снова была со мной.

Уже привычная темнота и ощущение лёгкости. Надеюсь, это было последнее воспоминание.

— То, что произошло дальше, по-настоящему разрушило мой привычный мир, — мрачно сказал Андрей. — Я пригласил её к себе. На улице было холодно, и Анна ещё напомнила мне о моей библиотеке…

Меня резко выдернуло из уютной тьмы.

Прямо в объятья Анны.

Не трудно догадаться, почему девицам не разрешают ходить по чужим библиотекам.

Будь я собой, то умер бы от стыда сию же минуту!

Я не хотел быть рядом с обнажённой девушкой, не хотел трогать её, смотреть на неё… Делать с ней это… Даже не могу найти подходящие слова. Чёрт, не надо мне таких воспоминаний! Это слишком!

Андрей, прекрати! Ты вообще меня слышишь?! Ну хотя бы скажи что-нибудь!

Анна прижалась горячими губами к моей, то есть, к его шее. Я закрыл глаза. Или он. Какая разница, лишь бы это поскорее закончилось!

От острой боли меня на мгновение парализовало. Я застонал. В голове всё перемешалось. Кажется, я терял сознание, если это вообще возможно в моём положении.

Я с трудом расслышал голос Андрея.

— До сих пор не могу понять, в какой степени здесь был замешан гипноз. В любом случае это неважно. Анна добилась того, чего хотела. Сделала меня вампиром.

В этот момент я собрался с силами и открыл глаза. Что-то шепча, девушка склонилась надо мной и ласково провела рукой по моей щеке.

— Она тогда была слишком молода и наивна. Мою симпатию к ней Анна приняла за нечто большее. Поэтому, едва став вампиром, она нашла меня и обратила, чтобы мы больше никогда не расставались.

Всё, хватит. Я узнал даже больше, чем мне нужно. Так жарко. Тяжело дышать. Только не превращение. Не надо.

Спасительная тьма. Наверное, Андрей всё же сжалился надо мной и решил закончить нашу необычную экскурсию.

Как же я ошибался.

Тёмный коридор. Я сижу на полу, прислонившись спиной к стене. Явственно ощущаю во рту металлический вкус крови. На меня давит чувство вины и сожаления.

— Я не мог поверить в то, что произошло со мной до Первого голода. Долгие часы я терпел его, пока совсем не обезумел.

Жертва его безумия была неподалёку. Несчастный спаниель лежал на боку и не двигался. Его горло было разорвано. Из приоткрытой пасти вывалился язык.

Я всхлипнул и закрыл лицо липкими от крови руками. Меня трясло.

— Жаль, что так получилось, — тихо сказал Андрей. — Но было бы хуже, если бы я лишил жизни человека. Не волнуйся, мальчик. Главное, перетерпеть Первый голод, дальше будет гораздо легче себя контролировать.

«Надо же. Он помнит обо мне, а не просто сам с собой разговаривает», — я бы с удовольствием сказал это вслух от обиды, но лишь шмыгнул носом. Я всё ещё был Андреем, и его тело не подчинялось моему разуму. Да и что я мог сделать? Я, как скучный актёр, играл персонажа, не привнося в его образ ничего своего.

— Может, ты удивишься, но я никогда не пил человеческую кровь. Не в моих принципах питаться теми, кого я спасал.

Что?

— Человеческая кровь выгодна для вампиров тем, что она наделяет их многими сверхъестественными способностями. Например, такими как смена облика. По сравнению с Филдвиком, мои возможности просто смешны.

Не успел я обдумать его слова, как обстановка снова сменилась. Теперь я сидел в кресле у камина и смотрел на огонь. Высокий от напряжения голос Анны раздражал меня.

— Анна не желала меня понимать. А я не мог так просто уступить ей. Я её не узнавал. Она уже не была той милой девочкой, с которой я гулял в парке. Мой ангел превратился в демона.

Я резко встал и подошёл к вампирше. Её глаза воинственно замерцали алым цветом. Она хотела что-то сказать, но я прикрикнул на неё. В ответ получил звонкую пощёчину.

Слава Богу, Андрей тогда не опустился до того, чтобы ударить женщину.