Мерцающий остров - Елена Владимировна Крыжановская Страница 2

Всё так же насторожено прислушиваясь и простреливая лес острыми взглядами, девица в розыске скользнула к роднику. Убедилась, что вода не солёная — хотя минеральные источники в этих краях не редкость. Жадно подставила ладони, напилась, освежила лицо и смыла с волос маскировочную «седую» пыль. Юное треугольное лицо с острыми чертами и огромными, по-лисьи раскосыми льдисто-голубыми глазами, обрамленное светлыми волнистыми локонами, подходило только аристократке западного края. Хотя происхождение и поведение беглянки выглядело весьма сомнительным, если знать, как она обманула патруль.

Вскрикнула и спорхнула с низкой ветки сорока. Беглянка услышала вдалеке скрип колес и мигом отпрянула за камень. Притаилась и наблюдала, как довольно безобидная с виду троица молодых людей: высокий мужчина, его спутница и кареглазый парень расположились на пикник возле озера. Они развели костер, набрав родниковой воды, подвесили над огнем чайник, о чем-то негромко совещались, с аппетитом жуя хлеб, сыр, зелень и ветчину. Увидев, что красавчик, похожий одновременно на рыцаря и следопыта, второй раз отрезал всем по толстому ломтю ветчины, беглянка не выдержала.

Низко надвинула капюшон, снова в образе старушки, попросилась к огоньку добрых путников.

— Садитесь, госпожа. Угощайтесь, — барышня в красной юбке вежливо предложила гостье присесть на низкий заросший мхом валун, и на листе лопуха, как на тарелке, протянула еду.

— Благодарствую, — проскрипела «старушка». — Не часто встретишь таких добрых людей. Откуда вы?

— Издалека, — раньше остальных кратко ответил парень. — Лишних встреч в дороге не ищем, но лиц своих не скрываем. И не обманываем незнакомцев, натягивая чужие шкуры!

— О чем ты? — мужчина нахмурился, пытаясь заглянуть под капюшон, прежде чем обижать их гостью словом или делом. Та отвернулась, ещё больше сгорбившись.

Вертолов засмеялся:

— Молодую старушку зубы выдают! Руки и лицо она прячет, но вгрызлась в хлеб не так уж незаметно. Не бойтесь нас, можете снять маскарад, вас тут не обидят… Если первая на нападёте.

— Очень нужно мне на вас нападать, — капризно отозвалась блондинка, откинув капюшон и тряхнув локонами. Заодно распахнула плащ, открыв голубое шелковое платье без видимого оружия на поясе. — Я вас сама боялась, вот и…

— Здорово получилось, у вас талант, — путешественники весело обсуждали, кто и когда заметил, что со «старушкой» что-то так.

— Отчего юная горожанка бродит по лесу одна? — с легким недовольством хрипло спросил мужчина, очевидно, считающий своим долгом защищать неразумных барышень, но не испытывающий восторга от их умения влипать в неприятности.

— Госпожа прячется от дорожных патрулей, ибо не желает идти в тюрьму за то, чего не совершала, — в тон ему отозвалась беглянка. — Мои портреты на всех перекрестках! Потому, хоть вы угадали, что я предпочитаю город диким краям, приходится держаться подальше от постоялых дворов, почтовых карет, гостеприимных селений и прочих благ цивилизации. Меня сцапают еще до ночи, если я туда сунусь. По вашим лицам не скажешь, что вы захотите выдать меня… но если всё-таки задумаете получить награду — не советую. Я знаю некоторые болевые приёмы и могу невзначай пырнуть кого-то ножом.

— Это мы и сами умеем, — беззаботно улыбнулась ее соседка возле костра. — Сильф уже сказал, не бойся. Расскажи нам свою историю, вместе что-нибудь придумаем.

— Расскажу, отчего же не поделиться с хорошей компанией. Но пропасть мне на месте, если я сама до конца понимаю, что происходит, — вздохнула блондинка.

3

* * *

Это было два дня назад.

Я остановилась в маленьком отеле «Хризанта» в ближайшем городке Стильоне. Сказать по правде, я не получила богатого наследства, не считая отцовского азарта и ловких пальцев матери. Она прекрасно музицировала. Мне ноты даются хуже, чем счет карт и ставок. Так что, я много играю, позволяя ещё более азартным и довольно глупым господам обеспечивать мне проживание в отелях и переезды из города в город. Нигде подолгу не задерживаюсь, день-два — и дальше. Как накоплю на месяц тихой жизни в скромном пансионе, желательно с видом на море, тогда и до клавиш руки иногда доходят. Но редко.

Двое суток подошли к последнему обеду, когда в «Хризанте» появился важный гость. Такой высокий, лощеный — или банкир, или чиновник торгового министерства, точно не простой лавочник. Перстень-печатка, толстая часовая цепочка поперек жилета — все дела.

Окинул зал ресторана победительным взглядом и сам — представьте, сам! — предложил составить мне компанию. Прямо-таки навязывался, надеясь осчастливить своим вниманием бедную гувернантку или безработную компаньонку, за кого он там меня принял? Но где-то через час, пока мы трапезничали за его счет, он признал во мне светскую особу, охочую до игр и развлечений. Я его снова не разубеждала.

Мы пошли в игорный зал и весело провели там время до позднего вечера, переходя от карточного столика к рулетке, не забыв шахматы и бильярд. Он оказался не так прост, как я ожидала, возможно, даже тайный дипломат, играющий в банкира. Но меня его тайна не интересовала. К десяти вечера я выиграла достаточно, чтобы пойти спать. У меня было куплено место в первом почтовом дилижансе — вставать в пять утра.

Но господин (я так и не знала его полного имени, он просил называть себя Донатоном. Я тоже назвала ему что-то вроде Сюзи или Селесты — всегда приходят на ум такие имена) не желал отпускать меня. Он уже много выпил, но падать с ног и засыпать не собирался. Мы ещё танцевали до полуночи, и моё новое голубое платье запомнил весь ресторан. В конце концов, я ускользнула, твердо решив хоть немного поспать (не люблю спать в дороге, рядом с незнакомцами).

Наутро меня разбудил слуга, как условлено. Пришлось снова пройти через ресторан, но я рассчитывала задеть его лишь краем своего плаща. Но когда я спустилась, чтобы распрощаться с «Хризантой», внизу были люди из особого ведомства. Я сразу их узнала — тайная полиция! Хотят выглядеть как обычные шпики, но на лицах легко читаются знание государственных тайн, эти печати не подделать.

Прежде, чем я сообразила, что происходит, мне преградили путь и стали задавать вопросы. Хозяин, сам стоящий за стойкой, указал на меня: «Она была с ним здесь до ночи!» И тут я наконец узнала, что ищут в пустом зале тайнецы.

Донатона — кем бы он ни был на самом деле, — служанка утром нашла мертвым. Оказывается, он тоже просил себя рано разбудить. В каком-то смысле