От Второй мировой к холодной войне. Немыслимое - Вячеслав Алексеевич Никонов Страница 97

– В Ялте было достигнуто соглашение, касающееся пожелания Советского Союза на Дальнем Востоке в отношении портов и железных дорог. Трумэн исполнен решимости выполнить это соглашение.

– От китайцев тоже кое-что зависит, – заметил Сталин.

– Согласен, китайцев еще нужно будет убедить. Но когда японцы потерпят поражение, Советский Союз восстановит свои исторические позиции на Дальнем Востоке и получит порты и железные дороги.

Сталин подчеркнул приверженность суверенитету Монголии:

– Будет сохранен также независимый статут Внешней Монголии.

– Это само собой разумеется, – ответил Гопкинс, хотя, как мы знаем, Чан Кайши американцы обещали другое. – Хорошо бы правительствам США и Советского Союза договориться об общей политике. Вы ведь знаете, что правительство Соединенных Штатов всегда верило в политику открытых дверей.

– Как я думаю, американцам и русским удастся договориться.

– Но как сложатся у советского правительства взаимоотношения с Чан Кайши, если в Китае не будет достигнуто единство?

– Если советские войска вступят в Маньчжурию в силу требования военной обстановки, советское правительство не намерено ущемлять там суверенитет Китая, – заверил Сталин. – У Советского Союза нет территориальных претензий к Китаю ни в Синьцзяне, ни в Маньчжурии. Наоборот, Советский Союз поможет Китаю собрать свои земли.

Гарриман поинтересовался, предполагает ли Москва организовать свою администрацию в Маньчжурии, когда туда вступят советские войска.

– Советское правительство не намерено этого делать. Если китайцы пожелают, то советское правительство готово допустить их представителей при советских войсках для организации администрации в тех районах, которые будут освобождены Красной армией, – подтвердил Сталин.

Гарриман поблагодарил Сталина за ясные ответы и поспешил заверить:

– Соединенные Штаты не намерены оставлять Японии какие-либо военные кадры и технику. Мы исполнены решимости уничтожить военную мощь Японии. Правительство Соединенных Штатов твердо придерживается принципа безоговорочной капитуляции в отношении Японии. Но хотел бы сказать еще одно слово о Китае. Общепризнано, что он не играет сейчас той роли, которую должен был бы играть на Дальнем Востоке. Но в Америке думают, что Китай должен играть важную роль в будущем, и США намерены добиться этого в сотрудничестве с Советским Союзом.

– Советский Союз готов к сотрудничеству, – сказал Сталин. – Но есть третья сила – Великобритания. Что она думает по этому вопросу?

– Великобритания поглощена индийским вопросом, – заметил Гопкинс.

Гарриман поспешил заявить, что сказанное им о сотрудничестве с СССР относится также и к Англии.

– Можно ли сказать определенно, что позиция Англии не отличается от позиции США?

Сталина в этом уверил Гопкинс. Но Гарриман внес толику реализма:

– В Сан-Франциско Сун Цзывэнь передал мне заявление, якобы сделанное Черчиллем, о том, что американская политика по отношению к Китаю и американские надежды, что Китай станет великой державой, представляют собой большую иллюзию. Вполне разделяю надежды Гопкинса, что с Англией не будет разногласий. Она будет поглощена своими делами в Индии.

– Хорошо бы подробно обсудить этот вопрос при встрече, где Англия ясно выскажет свою точку зрения, – сказал Сталин, который не любил, когда ему врали.

О Корее было упомянуто вскользь. Гопкинс заявил, что американское правительство считает желательным установление зон ответственности в Корее для четырех держав – СССР, США, Китая и Великобритании. Вопрос о сроках существования таких зон оставался открытым: от пяти и десяти лет до двадцати пяти. Сталин согласился с таким решением.

Гопкинс выразил желание перейти к вопросу о Германии:

– Некоторые в Америке считают, что могут возникнуть разногласия в политике по отношению к Германии, если союзники сейчас же не договорятся по некоторым вопросам, которые являются весьма срочными. Правительство США хочет поручить соответствующим органам рассмотреть вопрос о возможности привлечения к судебной ответственности всех офицеров германского генштаба.

– Хорошо было бы это сделать, если бы оказалось возможным найти к этому юридическое основание, – согласился Сталин.

– К суду будут привлечены все сотрудники гестапо, – заявил Гопкинс.

– Это безусловно правильно, – Сталина не нужно было убеждать.

– Когда мы с Гарриманом были в Париже, то беседовали с Эйзенхауэром по поводу слухов, будто союзники освобождают германских военнопленных. Эйзенхауэр сказал нам, что эти слухи неправильные. Союзники не освобождают германских военнопленных. Некоторые из германских военнопленных были посланы на работы в сельском хозяйстве, но за ними сохраняется статут военнопленных.

– У нас этого не делается, – заметил Сталин.

– А сколько военнопленных находится в Советском Союзе? – поинтересовался Гарриман.

– Их около двух с половиной миллионов. Из которых около миллиона семисот тысяч – немцы, остальные – румыны, венгры и итальянцы.

– И как работают немецкие военнопленные?

Сталин отвечал:

– Они работают средне, не очень плохо и не очень хорошо. Румынские, венгерские и итальянские военнопленные работают лучше, чем немцы.

– Какая проблема в Германии, – спросил Гопкинс Сталина, – является сейчас главной?

Сталин назвал продовольственную проблему.

– Будет ли советское правительство готово обменивать продовольствие своей зоны на уголь англо-американской зоны? – спросил Гопкинс.

– Не знаю, – сознался Сталин. – Надо обсудить, это большой вопрос. Кроме того, нужно решить, что следует оставить немцам из легкой индустрии для производства одежды, обуви и других товаров потребления, а также из числа тех предприятий, которые необходимы для восстановления железных дорог, пуска метро, ремонта вагонов, паровозов и так далее. Союзники должны проводить единую политику в Германии, чтобы избежать конкуренции между собой. Если они будут проводить разную политику в своих зонах, то от этого выиграют только немцы, а у союзников будут ссоры.

Гарриман подтвердил, что в беседе с ним Эйзенхауэр выразил тревогу относительно продовольственного положения Германии, отсутствия угля и перспективы голода в Германии.

– Если помочь немцам наладить сельское хозяйство и организовать производство предметов широкого потребления, то они смогут сами себя обеспечивать, – сказал Сталин. – Для этого им нужно помочь, ибо они сейчас растерялись.

– В американской зоне большие разрушения. Не хватает домов, и нормальную жизнь поддерживать очень трудно, – заметил Гарриман.

Гопкинс подтвердил:

– Американское правительство не намерено в этом году посылать продовольствие в Германию.

– Первое время, видимо, придется посылать продовольствие в Германию, – сказал Сталин, – а потом немцы сами смогут себя обеспечивать.

– А как советские военные власти организуют местную администрацию в Германии? – проявил любопытство Гарриман. – Проявляют ли немцы готовность сотрудничать с советскими военными властями?

– Местные городские самоуправления созданы, например, в Берлине и Дрездене. В них вошли беспартийные, члены партий, существовавших в Германии до гитлеровского режима, представители интеллигенции. Главный бургомистр в Берлине – социал-демократ. Продовольственным снабжением города ведает Гермес, член партии Центра, католик. В самоуправлении участвуют также коммунисты. Советские военные власти ввели новую систему поставок продовольствия крестьянами. При Гитлере крестьяне были обязаны сдавать по ценам, установленным правительством, все свои продукты правительственным органам и