100 великих драм и трагедий истории - Николай Николаевич Непомнящий Страница 95

доску и удалились, забыв по рассеянности прихватить с собой снотворное, которое они с неясной целью разбросали по кровати. Остается добавить, что в таком положении покойник пролежал сутки в ожидании приезда из Москвы Надежды и Александра, и никто не удосужился отвести подозрения от КГБ, придав этому жуткому зрелищу более благообразный вид. В деле есть заключение лечащего врача Барышевой, которая приехала сразу же, как ей позвонила Шеваргина с сообщением о том, что Василию плохо. В нем, естественно, нет ничего о кровавых ужасах.

…Похороны, по православной традиции, состоялись на третий день. При выносе тела, по подсчетам агентов КГБ, присутствовало 250–300 человек, «преимущественно женщин и детей, проживающих в рядом расположенных домах». Гроб с телом покойного был перевезен на старое Арское кладбище в закрытом катафалке, в нем же находились и близкие родственники. «Другие провожающие лица, – говорится в рапорте, – в количестве 30 человек были размещены в двух автомашинах». На похороны приехали Капитолина Васильева с детьми Василия от брака с Г. Бурдонской – Надеждой и Александром, а также отец Шеваргиной. КГБ Татарии отмечал в отчете, что расходы на похороны Василия Сталина составили 426 рублей 05 копеек.

Ни гражданской панихиды, ни церемонии отдания воинских почестей экс-генералу и сыну генералиссимуса не полагалось. 21 марта 1962 года в три часа пополудни тело Василия Джугашвили было предано земле. Своей рутинностью обряд напоминал похороны рядового советского обывателя, каковым, собственно, Василий и являлся с того дня, как его грозный отец ушел в мир иной.

(По материалам доктора исторических наук А. Литвина)

Первое космическое убийство

27 января 1967 года во время испытаний космического корабля «Аполлон-1» произошел пожар. Его жертвами стали астронавты Вирджил Гриссом, Эдуард Уайт и Роджер Чаффи. Они сгорели заживо. Долгое время их считали жертвами несчастного случая. Однако сын Вирджила Гриссома собрал улики, доказывающие, что в тот день произошло преднамеренное убийство…

…Полковник ВВС США Вирджил Гриссом, в ту пору самый заслуженный астронавт Америки, готовился к полету на Луну. На его счету уже было два космических полета: суборбитальный полет на «Меркурии» в июле 1961 года и орбитальный полет на «Джемини-3» в марте 1965 года. Год спустя он отметил 40-летие. Впереди его ждала слава… Но нашла смерть. «Он был убит», – заявляет сегодня Скотт Гриссом, сын астронавта.

Официальная версия: 27 января 1967 года во время испытаний корабля «Аполлон-1» на мысе Кеннеди (теперь это мыс Канаверал) начался пожар. Весь экипаж корабля погиб.

«Это не был несчастный случай. Это был умышленный саботаж. Я не знаю, действовал ли там один человек или их было 50, но это именно так», – говорит Скотт Гриссом.

Итак, попробуем восстановить события того трагического дня. Вирджил Гриссом, Эдуард Уайт и Роджер Чаффи готовились к двухнедельному орбитальному полету на корабле «Аполлон-1». Затем им предстояло стать участниками первой лунной экспедиции. «Я безумно счастлив, – сказал в один из последних январских дней 1967 года подполковник Эдуард Уайт, участник полета на «Джемини-4». – Теперь я уверен, что скоро прогуляюсь по Луне».

В тот день, 27 января 1967 года, проводилась генеральная репетиция предстоящего полета. Корабль «Аполлон-1» пристыковали к ракете-носителю «Сатурн». Астронавты должны были подняться на борт корабля в полном обмундировании. Потом будут включены все электрические системы и средства связи. Отсоединят кабели, связывающие корабль с Землей. Все будет готово к автономному полету. В НАСА подобные испытания называют plugs-out test – «испытания с выдернутыми штекерами». Как правило, ожидается, что они пройдут гладко, а значит, корабль готов к отправке в космос. Однако в тот день все не заладилось с самого начала.

Мемориальные скамьи с именами астронавтов

В 11 утра астронавты должны были подняться по трапу и занять места на борту корабля. Но начались технические сбои. Экипаж задержали на два часа. Когда же Гриссом ступил наконец внутрь корабля, его насторожил какой-то кислый запах, доносившийся оттуда. Вместо последнего отсчета – этого сакраментального «Десять, девять, восемь, семь…» – снова перерыв. Берутся пробы воздуха. Долго, неприятно. Результат нулевой.

И все-таки испытания продолжаются. На очереди – plugs-out test, но подготовка к нему опять срывается. Почему-то перебои со связью: то слышно, то не слышно. «Порой мы вообще не понимали, что говорит экипаж», – признавался позднее руководитель испытаний Кларенс Човин. Наконец пробивается голос командира: «Мы что, так и будем разговаривать с вами на Луне, когда здесь, в пяти метрах друг от друга, ничего не слышим?» Гриссом явно разозлен. Он высунулся из иллюминатора корабля и, невзирая на собравшихся журналистов, крикнул: «Честно говоря, я думаю, что у этого корабля почти нет шансов отлетать свои две недели».

Гриссом не боялся резать правду-матку. Он был героем американской астронавтики. Никто в США не провел столько часов в космосе, сколько он. Его популярность в стране была сравнима разве что со славой Гагарина в Советском Союзе. Пока же Гриссом готовился бросить вызов советскому космонавту. Тот первым побывал в космосе – он же первым ступит на Луну. Правда, туда еще надо было долететь. Гриссом буквально осатанел: он придирался к каждому проводку на корабле, осматривая его сантиметр за сантиметром. Его придирчивость засела в печенках, наверное, у всех техников, готовивших корабль к полету. И всякий раз он находил какую-нибудь неисправность.

Трудно себе представить, но «главный астронавт Америки» стал получать анонимные угрозы. Кто-то обещал убить его. «Этого неизвестного надо было искать среди людей, так или иначе причастных к космической программе США», – уверены родственники Гриссома. К астронавту пришлось приставить охранника.

Гриссом уже попадал в серьезную переделку. 21 июля 1961 года по окончании суборбитального полета корабль «Меркурий» совершил посадку посреди Атлантического океана. Гриссом замер в ожидании вертолета. Внезапно раскрылся люк. Корабль моментально стал наполняться водой. Астронавт выбрался наружу и спрыгнул в море. Его мотало по волнам, он размахивал руками, пытаясь подать хоть какой-то знак двум барражировавшим невдалеке вертолетам, – все напрасно! Гриссома втащили на борт вертолета буквально в последнюю секунду, когда его силы уже иссякли. Причину неисправности люка так и не выяснили.

…Что-то не ладилось, крупно не ладилось! Некоторые даже предлагали прервать испытания. Что толку «репетировать», когда все надо переделывать? Однако их не стали слушать. «Время не ждет, – оправдывались потом они. – И так день потеряли». Мороку с испытаниями решили продолжить.

В кораблях, участвовавших в те годы в космической программе НАСА, создавалась атмосфера из чистого кислорода. Считалось, что большой опасности в этом нет. В космосе – не на Земле! Во-первых, если бы что-то загорелось, астронавты могли