Тень Бога. Султан Селим. Владыка османов и творец современности - Алан Михаил Страница 95

Софии брали с собой на базар, со временем рос, поскольку им требовалось все большее количество серебряных монет для совершения базовых покупок. И хотя потребовалось еще столетие, чтобы торговля Нового Света обогнала евразийскую торговлю, а также для разительного роста оборота трансатлантического рабства, даже в начале XVI века Испания все больше осознавала, что ее «граница возможностей лежит в Новом Свете, а не в Африке»[641]. Корона надеялась, что Гран-Каир Нового Света Берналя Диаса в конечном итоге окажется более ценным, чем сам Каир.

Хотя завоевания Селима в 1516 и 1517 годах способствовали повороту Испании от Северной Африки к Карибскому региону и Мексике, испанская корона вложила слишком много средств в свои средиземноморские владения, чтобы легко от них отказаться. Более того, корона понимала, что если ислам завоюет все море, Испания сможет затем отвоевать свои потерянные территории и, возможно, даже продолжить продвижение на север через Испанию в остальную Европу. Частично движимая новообретенными богатствами в Америке, Испания удвоила свою решимость в Северной Африке в 1510-х годах. Африка стала зоной споров между этими двумя могущественными империями, чьи расширяющиеся театры военных действий теперь простирались от Индийского океана до Средиземного моря и достигали другого берега Атлантики. Действительно, борьба с мусульманским врагом была настолько важной, что Испания отозвала многих своих солдат из Америки – солдат, многие из которых начали свою военную карьеру в Старом Свете, в битвах Испании против ее неверных врагов. Две империи столкнутся в Марокко в последней битве за Северную Африку.

* * *

Стратегия Селима в Северной Африке во многом опиралась на двух братьев, Аруджа и Хайреддина Барбароссу[642]. Они родились в 1470-х годах в городе Митилини, на эгейском острове Лесбос, недалеко от побережья Анатолии, почти через 2000 лет после рождения самой известной жительницы Лесбоса – поэтессы Сафо. Этот холмистый остров, поросший оливковыми деревьями и соснами, имел стратегическое значение для каждого государства на берегах Эгейского моря со времен «Илиады» Гомера до наших дней. Братья Барбаросса, бывшие, скорее всего, христианами и названные так из-за рыжих бород, происходили из семьи мореплавателей, сделавших карьеру каперов в Эгейском море и Восточном Средиземноморье. Они нанимались моряками на торговые и военные суда. Поскольку за несколько лет до рождения братьев османы присоединили Лесбос к своей расширяющейся империи, Барбаросса часто оказывались на службе у османского государства или османских купцов. Сводный брат Селима Коркут нанял их для борьбы против рыцарей ордена Святого Иоанна и других морских держав, однако когда их покровитель потерпел неудачу в борьбе за трон, Барбароссы покинули регион, опасаясь за свою жизнь[643]. Работу им всегда удавалось где-нибудь найти.

В 1513 году, через год после восшествия на престол Селима, братья оказались в Тунисе, имевшем тогда население свыше 100 000 человек, и поступили на службу к султану империи Хафсидов[644]. Богатство и могущество цитадели Туниса, расположенной на мысу, мимо которого пролегал морской путь между Сицилией и Северной Африкой, росли с каждым годом, главным образом благодаря пиратству по всему Берберскому побережью, как европейцы часто называли Северную Африку. (Напомним, что в 1472 году Колумб отплыл в Тунис, пытаясь вернуть корабль, захваченный у короля Рене Анжуйского.) Братья преуспели в своей новой работе в качестве спонсируемых государством пиратов (корсаров), приобретя репутацию хитрых и эффективных профессионалов своего дела.

Учитывая навыки и опыт братьев, а также их обширный личный запас всевозможных ружей и пушек, правители мусульманских городов-государств по всей Северной Африке конкурировали за возможность получить их услуги. Например, в 1514 году старейшины Бужи обратились к Барбароссам за помощью против испанского адмирала Педро Наварро, который захватил их город в 1510 году[645]. Братья подвергали небольшой город постоянным бомбардировкам, в конечном итоге проделав дыру в толстых валах Бужи. Затем их моряки устремились в город, вступая в артиллерийский и рукопашный бой с находившимися там испанскими солдатами. Однако вскоре им пришлось отступить, так как у них кончались боеприпасы и им нужно было оказать помощь Аруджу, которому пуля попала в левую руку. Таким образом, Бужи остался в руках испанцев по крайней мере на какое-то время. Подобные столкновения между мусульманскими и испанскими войсками вспыхивали по всей Северной Африке в середине 1510-х годов, причем главными акторами враждующих сторон были Барбаросса и Наварро. Таким образом, в то время как Наварро и его люди расширяли империю Испании на восток вдоль побережья Северной Африки, братья, пользуясь услугами различных небольших мусульманских государств, продвигались на запад, что неизбежно привело к прямой конфронтации.

По мере того как братья Барбаросса все глубже втягивались в борьбу мусульман против испанцев в Северной Африке, их амбиции росли. Они осознали свою потребность в сильном и решительном покровителе, который мог бы соответствовать ресурсам и мощи испанской короны. Без такой поддержки они, возможно, были бы в состоянии отразить отдельные нападения Испании, но им никогда не удалось бы получить надежные базы, необходимые для смелых набегов на море, особенно против такого соперника, как Наварро, который пользовался всей силой Испании, поскольку за ним стоял даже папа Лев X.[646] Правитель Туниса предложил братьям часть всей добычи, которую они собрали на кораблях, проходивших через пролив, но его ограниченное влияние означало, что это могло быть не более чем хрупкой договоренностью. Барбароссы нашли бы гораздо более могущественного покровителя в лице султана Селима.

После неудачной осады Бужи в 1514 году братья отправили одного из своих людей в Стамбул искать встречи с османским султаном[647]. Эмиссаром был не кто иной, как Пири-реис – картограф, с которым Селим снова столкнулся в своей палатке в Каире несколько лет спустя. Пири впервые встретил братьев Барбаросса, когда они вместе плавали на кораблях его дяди Кемаля в Западном Средиземноморье. Во время этого путешествия он, вероятно, приобрел карты экспедиции Колумба, которые позже использовал для своей собственной карты мира. После этих приключений с дядей Пири нуждалась в работе, поэтому время от времени он присоединялся к команде корсаров Барбароссы в Тунисе.

Пири прибыл в Стамбул в конце 1514 года, отягощенный подарками Селиму от братьев Барбаросса, письмами поддержки и доброй воли, а также извинениями и мольбами о том, чтобы Селим простил им предательскую глупость, поддержать Коркута на престоле до 1512 года Барбароссы представили Селиму себя и свои услуги. Вместо того чтобы быть жалкими корсарами города-государства, они стремились стать имперскими воинами-пиратами Селима, капитанами его флота в Западном Средиземноморье. Они пообещали ему свою полную и вечную преданность и гарантировали, что все, что они приобретут