Роберт Линдон - Соколиная охота Страница 94

Орм замолчал, и Вэланд решил, что он задумался о несчастливой судьбе переселенцев. Но тот после паузы заговорил снова и показал на север.

— Я видел эскимоса в Гренландии, на дальних окраинах северных охотничьих угодий. Я ловил тюленей на многолетнем паковом льду. Вернувшись вечером, я обнаружил следы вокруг своей стоянки и, взяв лук, пошел по ним. Преодолев снеговой гребень, я его заметил. Поначалу я принял эскимоса за ослепшего медведя, поскольку он с головы до ног был одет в шкуру, а там, где должны быть глаза, я увидел у него белые диски. Он тоже меня заметил и замахнулся копьем. Я держал его сердце на прицеле, но не стрелял. Сам не знаю почему. Он поднял руку, и я — тоже. Он стал пятиться. Того, что произошло потом, я никак не ожидал.

— Что же он сделал?

— Он прыгнул на сани, и восемь белых волков повезли его прочь.

Орм выразительно взглянул на Вэланда.

— Клянусь честью, это было три года назад, и я не перестаю с тех пор размышлять, как он может жить так далеко на севере с ручными волками, где мы, гренландцы, не можем продержаться более трех месяцев в году.

— Может, он пришел из Западного края?

— Ты угадал, парень, — заявил Орм, ткнув сокольника пальцем в грудь. — Именно это я и говорю всем, но они смеются и отвечают, как могут эскимосы, не имеющие кораблей, ничего не знающие о металлах, живущие в шалашах из веток и листьев, как могут такие дикари пересечь море, полное льдов, и оказаться в Гренландии? Увидите, говорю я им. Если один смог сюда пробраться, скоро за ним последуют другие. Что тогда будет с вами?

Глум встревоженно вскрикнул на другом конце корабля. Его отец подбежал, и они оба перегнулись через борт.

— Быстрей сюда! — позвал Орм.

Вся команда собралась вокруг них. Внизу проплывала стая не то рыб, не то китов с бледными пятнистыми телами и винтообразно закрученными копьями, торчащими из их голов.

— Нарвалы. Некоторые называют их единорогами. Забудьте про кречетов. Поймайте одного такого — и вы богачи на всю оставшуюся жизнь. Я слышал, что в Миклагарде за рог нарвала дают золота в два раза больше его веса.

— Как вы их ловите?

— Они заплывают в фьорды рожать потомство, и мы бьем их острогами в заводях.

Орм поглядел в ту сторону, куда ушли нарвалы.

— Это хороший знак, парень. Они поплыли в те же фьорды, где гнездятся кречеты.

Он указал на побережье.

— Красный мыс. Мы уже почти пришли в охотничьи угодья.

Вэланд взглянул на золотую от полуночного солнца дорожку, поблескивающую на воде, и увидел, что она ведет к огромному выступу, отделяющему две покрытые льдом низины. На веслах они подошли к высокому красному полуострову. Сотни тюленей качались на волнах, разглядывая пришельцев с явным любопытством. «Буре-вестник» разрезал на две части владения гагачьих селезней, лениво отлетавших, когда над ними нависал форштевень корабля. Гигантские гагарки величиной с гуся и с крылышками не больше ладошки младенца, раскачиваясь, подходили к краям рифа и прыгали в воду. Под водой они двигались так же изящно, как ласточки парят в небе.

— Творец, создавая этих простофиль, забыл наделить их умом, — сказал Орм. — Можно целый день провести в их стае и просто бить их дубиной по головам.

На том же островке нескладные гиганты с торчащими вниз клыками и жесткими усами поспешно ползли на ластах к воде и ныряли в волну.

— Моржи, — сказал Орм и погладил свои собственные усы, отчего Сиз весело рассмеялась.

С вершин утесов доносился не стихающий ни на секунду гомон. Каждый уступ и карниз были плотно заняты гагарками, чайками и еще бог знает какими птицами. Скалы возносились так высоко над головой, что птицы, парящие около верхних уступов, казались мошками.

— Кречеты гнездятся в обоих фьордах, — пояснил Орм и показал на обрыв, спускающийся к воде с южной стороны мыса. — Одно гнездо там.

Вэланд перевел взгляд от полного льда залива к скалистым вершинам и опустил его снова вниз. Утесы спускались к воде или отвесно, или под углом, своей крутизной вызывающим тошноту. Нигде не было прибрежной отмели, чтобы сойти на сушу. Радульф задумчиво поглаживал бороду.

— Мы не сможем здесь вскарабкаться.

— Снизу нет, — ответил ему Орм. — С другой стороны мыса есть путь наверх. Глум проведет вас туда. С вершины можно будет спуститься вниз к гнезду. Но сверху вы его не увидите. Мы зайдем по фьорд, и я покажу место. Но сперва надо разбить лагерь.

Они гребли, и кроваво-красная вода, освещенная низким солнцем, стекала с лопастей весел. Вокруг северной стороны мыса была небольшая прибрежная полоса из разбросанных валунов. Скелет кита лежал на отмели подобно каркасу затонувшего корабля. На каждом его позвонке устроилось по баклану, выставившему свои растрепанные крылья в стороны черным крестом. Орм, лавируя между утесами, окружающими небольшой залив, подвел «Буревестник» к берегу. Оглушительно шумели птицы, резко воняло их разлагающимся пометом, покрывающим камни, на которые спрыгнул Вэланд. Орлан, раскинув крылья размером со столешницу, парил вблизи утесов, сопровождаемый стайкой чаек. Снизу, под гнездовьями, дежурили песцы, ожидая выпавшие яйца и птенцов.

Опорным лагерем Орма являлась хижина, сложенная из гранитных плит. Крыша провалилась под тяжестью зимних снегов, и первой задачей команды был ее ремонт. Затем они выгрузили на берег свое снаряжение и сложили его внутри. Орм предложил поесть и отдохнуть, но Вэланд, зная о непостоянстве гренландского лета, настоял на том, чтобы, не откладывая, подняться к соколиному гнезду.

— Сиз и пес пусть лучше останутся со мной, — сказал Орм.

Они разобрали снаряжение. Глум забросил за спину два мотка веревки, железный прут. Радульф взял еще две веревки. Вэланд повесил через плечо ивовую корзину. Солнце продвинулось на юг, и они, пробираясь по нагромождению валунов в сумрачной синей тени, прыгали с одного на другой, рискуя вывернуть лодыжки. Продвигаясь вверх по каменистой осыпи, путники подошли к основанию расселины, диагонально уходящей в обрыв. Между двумя отвесными утесами, увешанными сосульками, словно клыками, ледяное ущелье поднималось крутыми уступами вверх. У Радульфа отвисла челюсть.

— Орм это назвал тропой?

— Помогайте себе ледорубами, — сказал Глум. — На крутых подъемах я вырублю вам ступени. Будет несколько трудных мест, где придется воспользоваться веревкой.

— Несколько трудных мест… — повторил Радульф.

Глум двинулся легким шагом, прорубая киркой зацепки во льду для носков. Вэланд ступил на лед и осознал, как ненадежно он на нем держится. Не успев сделать несколько шагов, он поскользнулся и едва не упал, но умудрился воткнуть острие ледоруба в ледяную гладь. Рядом с ним пыхтел Радульф.