Возвращение императора. Невероятные приключения в XXI веке. Петр I и президент - Петра Диттрич Страница 78

– К нам сегодня такая деваха приходила, отпад! – отхлебывала Алла пива. – Стоит у ресепшен, а у нее юбка заканчивается над стрингами. Представляете? Она еще вперед подалась, когда разговаривала со мной. А сзади зеркало. Я в отражение смотрю и глазам не верю. Все, кто, в холле был, уставились ей на задницу. Я у нас там всего перевидала, но такого, чтобы вместо юбки топик, в первый раз.

– Ноги-то хоть ничего? – поинтересовалась Джил.

– Не особо! Я бы даже сказала, средней паршивости! Если бы не было видно, где они заканчиваются, то и внимания бы не обратила!

– Что же она хотела? Лифтинг, массаж? – включилась в разговор Натик.

– Нет, она приехала, чтобы записать своего мужика на имплантирование волос. У нас такое есть, высадка волос на голове.

– Почти как Сеятели! – захихикала Джил.

– Зря смеетесь. К нам вся элита ходит. Мода на лысых мужиков заканчивается, ну все и захотели шевелюры выращивать. Берется кусочек кожи с растительностью, где есть луковица корневища волос, и по миллиметру имплантируется в голову.

– То есть меняют скальп, проще говоря? – уточнила Натик.

– Вроде того. Дорогущая процедура. Мужики сами не идут, боятся, их бабы записывают. У нас таких полно.

– А он-то как реагировал на ее… изгиб? – спросила Натик.

– А я откуда знаю. Он с ней телохранителя прислал. У мужиков времени на своих баб не хватает, вот они их охране и поручают. И многие хозяина замещают не только в дороге. Да, да, чего вы переглядываетесь?! – заметила Алла взгляды Джил и Натика. – А то, что бы эта деваха так себя перед телохранителем демонстрировала? Жены-то еще ладно, а мужики новые русские – это что-то! Идет такой кошелек на ножках, рядом с ним провинциальная цаца на голову выше. Он все, что ей надо, оплатит, посадит ожидать или на про цедуры отправит, а сам жене звонить – впаривать насчет встречи с клиентами. И такой убедительный, прям поверишь, что страшно занят, потому и говорить не может. – Алла презрительно поморщилась. – А у некоторых другая тактика. Как у самого нос в дерьме, так тут же на жену наезжать: «Где ты была? Я тебе звонил!» – смех один! Ни за что бы за современного бизнесмена замуж не пошла!

Джил и Натик сидели напряженные, примеривая ситуацию на себя. Все, что говорила Алла, очень было похоже на то, что они испытывали сами.

– А твой-то муж как? – спросила Джил.

– А что мой? Я сама работаю. У нас самоопределение в семье. Вот если забеременею и сяду на его шею, тогда посмотрим. Некоторых баб порой жалко. Вы бы слышали, как новые русские с ними разговаривают!

Алла оттопырила нижнюю челюсть и, надвигаясь на Джил и Натика, произнесла: «Куда пошла! Я сказал! Тебе… денег даю, так вот чтобы сидела… и не вякала!». Или учить начнут: «Ты что на себя напялила! На кого ты похожа! Тебя же в сортире стыдно показать!» А бабы – красавицы! – Аллка закатила глаза. – И терпят к себе такое отношение. Глаза скосят, не слышат ли окружающие. Я в таких случаях, понятно, делаю вид, что не слышу, а сама вся внутри киплю. Так бы этому уроду и вмазала бы в рожу! А особенно противно, когда видишь, что у такого кошелька всего два класса образования. И он все недостающие в обороте слова матом заменяет.

Алла захрустела сухариками.

– Наши бабы чего только не терпят! – поддержала разговор Джил. – У одной моей знакомой соседи. Мужик – как напьется, всю семью гоняет! Жена его то и дело на лестничную площадку выскакивает: «Убивают!» – орет. Моя знакомая несколько раз милицию вызывала. Приезжали и уезжали. Не хотят связываться: «Зарегистрируй побои и подай заявление в милицию». Эта клуша подавала заявление, а потом, как мужик ее отойдет и прощения вымаливать начинает, прощала и заявление забирала, а он после похмелья давай лупить ее до полусмерти. Живут вместе, деваться ей некуда.

Джил в другой обстановке ни за что бы ни призналась Натику, что у нее знакомые из социально бедной среды. А при Аллке это было нормально, даже в тему.

– Да, квартирный вопрос это что-то! – согласилась Аллка. – Копят люди, копят на квартиру, чтобы от таких вот мужей или соседей уехать, а тут раз тебе, все деньги отдали и ничего. Смотрели по телеку про одного такого? Люди заплатили за квартиры, в еще не построенном доме. Ждут, когда же их дом под крышу подведут, планы строят, когда въезжать будут. И тут узнают, что их квартиры застройщик уже продал и не один раз! Вкладчики теперь голодают, хотят правды добиться! Неужели не смотрели по телевизору? – Аллка с удивлением уставилась на Джил и Натика. – Сейчас в каждых новостях показывают. У него еще фамилия такая смешная, как будто упер он что-то. Прямо в тему! – Аллка рассмеялась.

Натик с ужасом поняла, что Аллка говорит об ее муже. Джил тоже догадалась и боялась поднять на подругу глаза. Аллка же, не заметив ничего, продолжала:

– А у этого проходимца и язык подвешен, я вам скажу! Смотрю на него, знаю, что сволочь, а не могу не поразиться. Ну ни тени смущения! Незамутненный взгляд, уверенность в непогрешимости, я такого не встречала! Наверное, дома жене врет и при этом убедителен до невозможности!

– А, вот вы где, – подошел к ним Олег. – Я вас искал.

– Чего это? Ты всех последнее время игнорируешь! – подколола его Аллка.

– Я решил, что вы в пирожковой, – проигнорировал ее замечание Олег, – а ее уже нет…

– Хватился! Этот жирный кусок уже кто-то оттяпал. Я слышала, там теперь дорогущий магазин. И как же ты нас нашел?

– По запаху, – неудачно пошутил Олег. – И добавил: – Чесночному. От этих сухарей такой неслабый дух!

– Зато не поправишься, – пояснила Аллка.

– Я несколько прибалдел, увидев вас здесь, – улыбнулся Олег Натику и Джил, – вы определенно растете в моих глазах!

– Немного же для этого надо, – съязвила Натик, – закусить пролетарским сухарем и испустить чесночный дух. Запах гламура вас определенно не прельщает.

– По-моему, мы давно на «ты», – поправил ее Олег, ничуть не обидившись. – Насчет гламура ты не права. Дело ведь не в оболочке. А вот что под ней?

– Бедняжка, тебя, наверное, в детстве часто обманывали, – сыронизировала Натик, – дарили пустые фантики от конфет.

– Вот в этом ты ошибаешься.