Легенды и боги Рима. От погребальных ритуалов до восточных культов - Янник Клаве Страница 49

некие формы культа и поклонения появились уже во II и I веках до н. э., в частности у некоторых «императоров», особенно у Юлия Цезаря, и сильнее всего они проявились на эллинистическом Востоке. Начиная с правления Августа, императорский культ обрел там благодатную почву для развития и дальнейшего распространения, благодаря продолжению традиций прошлых десятилетий. Именно при Августе масштабы императорского культа увеличились. Он был важнейшим элементом отношений между Римом и его территориями. Безусловно, у него был религиозный аспект, но также важен был и политический, и даже идеологический, поскольку культ символизировал поддержку Рима населением провинций и помогал показать лояльность к императорской власти. Сам культ ни в коем случае не был централизованным, поскольку в каждом городе его могли организовывать на свое усмотрение, не обязательно было в точности воспроизводить римский образец. Но тем не менее культ был фактором, влияющим на объединение римского мира вокруг образа императора (и его семьи).

Императорский культ существовал одновременно на провинциальном и еще более локальном уровнях, с бесконечными вариациями от провинции к провинции, от города к городу. Это объясняется древними традициями и представлениями местных жителей, порой очень далекими от римского религиозного менталитета. В частности, Восток оставался тесно связан с традициями своих предков. В греческих городах, например, различие между “deus” («богом») и “divus” («обожествленным»), крайне важное для римлян, почти никогда не проводили: для местных жителей император был таким же богом, как и любой другой, даже если на практике императоров не почитали точно так же, как греческих богов и героев. Многие города давали императорам неофициальные титулы и эпитеты. Нередко императоров сравнивали с греческими богами, такими как Зевс и Афродита. Встречается множество примеров в эпиграфических источниках: например, надпись II века, найденная в Митилене (в провинции Азии, на территории современной Турции). Это посвящение «императору Цезарю Траяну Адриану Зевсу Олимпийскому, спасителю и основателю» [2]. Или другая надпись из Афродисия в области Кария, тоже в Азии, которая посвящена «Афродите и императору богу Цезарю Августу» [3]. В Египте образы императоров иногда сливались с фараонами.

3.2. Императорский культ на провинциальном уровне

В каждой провинции культ возглавлял провинциальный жрец, имевший должность “sacerdos” («жрец») или фламина (на Востоке – «архиерей» [43]). Его выбирали из романизированных городских аристократов с молчаливого согласия римского наместника. Это происходило на ежегодном собрании, которое на западе называлось «консилиум» (“consilium”), а на востоке – «койнон». Города часто соперничали друг с другом, чтобы фламином провинции стал один из их граждан. Ежегодное собрание служило не только императорскому культу; у него также была важная политическая функция: это был форум для выстраивания диалога между провинциальной элитой и римской властью. Именно на нем губернатор мог сделать важные объявления, например, назвать перечень официальных церемоний в честь Рима и императора. Заранее планировали празднование ключевых дат, например дня рождения императора или дня его прихода к власти. Эпиграфические источники в этом вопросе играют ключевую роль: историки и археологи нашли следы многочисленных надписей в память о знатных особах, поклоняющихся императорскому культу. Например, иберийская надпись середины II века из Corpus Inscriptionum Latinarum (или CIL): «Гнею Нумизию Модесту, сыну Гнея, из Карфагена, выполнившему все обязанности в своем городе, избранному на провинциальном собрании (“concilium”) для ухода за золотыми статуями божественного Адриана, фламина провинции Ближняя Испания» (CIL, II, 4230).

Именно на Востоке императорский культ возник раньше всего, легко вписавшись, как уже говорилось, в исконные традиции царского культа в эллинистических монархиях. Он развился уже в конце периода Республики, а в самом начале правления Октавиана, в 29 году до н. э., еще до того, как он стал Августом, нобили Эфеса и Никеи получили от победоносного императора приказ построить храм богине Роме и божественному Юлию.

На Западе раньше всего культ появился в Испании (в Тарраконе, возможно, уже в 25 году до н. э.) и в трех Галлиях. В столице трех Галлий, Лионе, в 12 году до н. э. Друз основал алтарь, посвященный Роме и Августу, в месте слияния рек Роны и Саоны (точнее, в Кондате). Таким образом, появление культа там обусловлено прямым вмешательством римской власти. Этот памятник был тесно связан с консилиумом трех провинций, поскольку именно здесь ежегодно в присутствии наместников собирались делегаты из 60 городов, чтобы избрать «жреца Ромы и Августа» (“sacerdos Romae Augusti”). Со временем место вокруг алтаря превратилось в обширный комплекс, включающий также святилище, здания для приемов, термы, сады и амфитеатр, открытый в 19 году на средства аристократа из Медиолана Сантона (совр. Сента в Аквитании), Гая Юлия Руфа.

Императорский культ был распространен и в армии, что вполне логично. Фигуру императора особенно ценили, потому что она была способом сплочения войск. Также императора славили за победы. Победа над врагами Рима рассматривалась как знак божественного покровительства правящему императору. Поэтому солдаты вместе поклонялись императорской Виктории.

3.3. Императорский культ на городском уровне

Провинциальная модель организации культа встречалась и на городском уровне, где сам культ часто развивался спонтанно, без вмешательства римских властей и с учетом местных специфических реалий. Например, такое развитие началось с 26 года до н. э. в Арелате в Нарбоннской Галлии (совр. Арль) – колонии, созданной римлянами всего за двадцать лет до того. Жрецы, отвечающие за императорский культ, объединились в две специализированные коллегии:

• Коллегию фламинов, а также фламиник для служения обожествленным императрицам. Она была самой престижной, и туда набирали исключительно граждан и знатных особ, достигших вершины политической карьеры. Как правило, каждый год назначался только один фламин, который курировал все культы обожествленных императоров (часто им поклонялись в одном храме) и отвечал за организацию религиозных праздников. Это была очень востребованная должность.

• Коллегию августалов (“Augustales”). Она была менее престижной, поскольку туда могли попасть вольноотпущенники и граждане не из аристократов. Эти люди были очень популярны в галльских городах, где было найдено множество надписей, в частности, на территории современных Арля, Нарбонна, Нима, Фрежюса и Лиона. Некоторые августалы служили в двух городах, как, например, некий Луций Верций Приск, который был жрецом и в Нарбонне, и в Аквах Сестиевых (совр. Экс-ан-Прованс) в конце I века [4].

Кроме того, существовал ряд местных особенностей. Например, в Ниме знаменитый «Мезон Карре» [44], построенный между 10 годом до н. э. и 4 годом н. э., с разрешения Августа превратился в храм императорского культа после преждевременной смерти двух внуков императора, Гая (во 2 году) и Луция Цезаря (в 4 году), хотя их так и не обожествили.

IX

Кибела, Исида, Митра… Успех восточных культов

Марк Аврелий Евпрепий, вольноотпущенник по воле императора, воздвиг этот алтарь Непобедимому Солнцу (Sol invictus) Митре, получив видение.

CIL, VI, 723. Надпись, найденная в Риме, конец II века

Со времен основания города римлянам был присущ одновременно открытый и прагматичный религиозный менталитет. Как уже было сказано, традиционная римская религия многое переняла от этрусской и греческой цивилизаций. Эта большая открытость к иноземному влиянию сохранялась и