Красная земля. Египетские пустыни в эпоху Древнего царства - Максим Александрович Лебедев Страница 4

непосредственно древнеегипетской бюрократии[31]. Одни авторы находят бюрократов уже в Додинастическом периоде, отождествляя их, подобно Дж. Гуди[32], с управленцами, которые использовали письменность[33], другие доказывают их отсутствие даже в эпоху Нового царства, считая основными характеристиками бюрократии ее рациональность и деперсонализированность[34]. В настоящей работе я следую за М. Вебером, который в самом общем виде определял бюрократию как систему управления (администрации), характеризующуюся вертикальной иерархией и специализацией[35]. Не следует путать современную деперсонализированную рациональную бюрократию с бюрократией в обществах с традиционным типом господства, который опирался на веру подданных в священность издавна утвержденного порядка. Египетская администрация эпохи Древнего царства выстраивалась по иерархическому принципу, где верхние эшелоны определяли политику, а нижние ставили и выполняли конкретные задачи, и подразумевала некоторую подготовку чиновников и их специализацию. На этом ее сходства с современной бюрократией, похоже, заканчивались. М. Вебер считал, что по мере разделения функций и рационализации (т. е. возрастания роли письменной документации и формирования упорядоченной череды инстанций) патримониальное чиновничество могло принимать бюрократические черты и поэтому допускал для определения древнеегипетской администрации и других подобных систем термин «патримониальная бюрократия»[36]. Главные отличия патримониальной бюрократии от истинной бюрократии заключались, по его мнению, в несвободе чиновников (их прямой зависимости от правителя), слабой профессиональной отраслевой специализации и отсутствии разделения частного и служебного[37].

В целом, это не противоречит доступным нам сведениям о египетской администрации эпохи Древнего царства. Хотя сохранившаяся терминология свидетельствует о стремлении администраторов классифицировать должности[38], сама система управления – судя по чрезмерно большому числу известных титулов[39] – не имела достаточно четкой структуры сколько-нибудь продолжительное время. Большýю роль в функционировании древнеегипетской администрации должны были играть передача положения родственникам (непотизм), патронатные отношения, неформальные связи и авторитет, близость к царю, дарообмен[40] и только затем, вероятно, сами занимаемые формальные должности. Все это, накладываясь на несовершенные методы и средства сбора, хранения и передачи информации, могло делать древнеегипетскую бюрократию значительно менее эффективной, чем деперсонализированные бюрократии Новейшего времени[41]. Одновременно есть мнение, что раз семьи чиновников имели стабильные источники доходов со своих хозяйств, коррупция со взяточничеством долгое время не существовали в классическом виде или, по крайней мере, не осознавались как серьезные проблемы[42].

Развитие бюрократии имеет определенную внутреннюю логику. Прежде всего она стремится увеличивать специализацию (которая не равнозначна профессионализму), количество параллельных структур и объем контролируемых ресурсов. Рост числа бюрократов является естественным процессом и не зависит напрямую ни от изменения количества или сложности задач, ни от изменения объема доступных ресурсов. Последнее наглядно можно видеть на примере позднего Древнего царства.

Некоторые исследователи полагают, что в древнейших государствах социальная реальность долгое время осмысливалась исключительно в рамках иерархии домохозяйств, на вершине которой находилось расширенное домашнее хозяйство властителя. Для описания управленческих практик в таких обществах, державшихся на личных связях между властителем и его администраторами, используется предложенный М. Вебером термин «патримониализм». Такие авторы предполагают, что патримониализм не мог уступить место патримониальной бюрократии (бюрократии с отдельными элементами патримониальных отношений) ранее I тыс. до н. э.[43] В египтологии сравнение древнеегипетского государственного управления с иерархией патримониальных домашних хозяйств, где более крупные хозяйства выполняли функции администрирования и распределения для более мелких[44], появляется на контекстуальном этапе[45]. Такой взгляд противопоставляется более традиционному образу всеохватной, четко структурированной и деперсонализированной древнеегипетской бюрократии[46].

Египетскую администрацию эпохи Древнего царства можно разделить на центральную (связанную с решением общегосударственных вопросов) и местную, или провинциальную. В какой момент бóльшая часть решений, связанных с функционированием государства, стала приниматься не в рамках института царской семьи или неформальных связей, а через бюрократию – сказать сложно. Скорее всего, бюрократия отвоевывала командные высоты на всем протяжении египетской истории. М. Барданова полагает, что патримониальная бюрократия могла существовать параллельно с более древней иерархичной системой патримониальных домашних хозяйств[47]. Значение бюрократии в таком случае на протяжении египетской истории не было постоянным и менялось в зависимости от эпохи и конкретной сферы деятельности. Изначально администраторы должны были набираться из среды родственников царя, а затем личных слуг и зависимых людей, которые декларировали преданность правителю и веру в его особый божественный статус. Такая модель не подразумевала существования политического и экономического разделения на частное и служебное, наличия структурных или символических альтернатив правящему классу и возможности функционирования государства в отрыве от личности правителя. C рубежа IV–V династий в число администраторов начинают попадать люди из-за пределов большой царской семьи (за счет экспатримониального рекрутирования)[48]. На протяжении V династии этот процесс становится все более заметным и значимым. К концу V династии начинают быстро развиваться провинциальные центры, в них фиксируется появление стабильных служебных элит с собственными традициями преемственности.

Древнеегипетская администрация выступала гарантом социального порядка в интересах правящего класса. При этом явных свидетельств ее заинтересованности в глубоком проникновении в жизнь локальных сообществ, за исключением сфер сбора податей и контроля повинностей, в эпоху Древнего царства не наблюдается. Р. Буссманн предлагает рассматривать III тыс. до н. э. как время постепенного роста масштаба древнеегипетского государства, происходившего за счет переформатирования «традиционного» Египта в соответствии с абстрактными моделями, которые транслировались из царской резиденции. Среди таких моделей, унифицировавших жизнь по всей стране, он называет представление о Египте как единстве «двух земель»[49], а также деление территории страны на номы и владения отдельных богов. По мнению Р. Буссманна, государство настойчиво продвигало эти модели в жизнь, в том числе за счет внутренней колонизации и монументального строительства, пока к началу Нового царства, т. е. спустя примерно полторы тысячи лет, они не стали наконец соответствовать реальной практике на местах[50]. Как в Древнем царстве управлялись жители многочисленных селений, а также всевозможные скотоводы, охотники и собиратели, занимавшие окраины культурного ландшафта Нильской долины и дельты, практически не известно. Вероятно, в этой среде была велика роль неформальных (с точки зрения государственной администрации) лидеров, но как их власть или авторитет реализовывались в конкретных исторических условиях далеко не всегда ясно[51].

Институты. Когда речь заходит о деятельности государства, то обычно имеются в виду институты, посредством которых правящий класс стремится достигать своих целей. В романо-германских языках, которые, собственно, преимущественно и используются для изучения Древнего Египта, существует разделение между терминами «институт» (организация с определенными задачами) и «институция» (может обозначать как организацию, так и обычаи, практики или законы, например, брак, семью, частную собственность). В отечественной науке второй термин используется редко. Это создает ловушку и нарушает однозначность научного языка. Привычные отечественным