Тайны земли. Археология России - Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий Страница 29

без добра не бывает. Благодаря плотине теперь стало проще добираться до других скоплений петроглифов, которые ранее находились на труднодоступных островах Ерпин Пудас и Большой Малинин, между разветвляющимися потоками бурной реки. Наиболее значительные из них находятся на Большом Малинином острове, в урочище, именуемом Залавруда. Петроглифы здесь обнаружил и первым исследовал в 1936 году В. И. Равдоникас. Три группы наскальных изображений содержат, по его подсчетам, 216 фигур. Почему-то в публикациях Равдоникаса название «Залавруда» превратилось в «Залавруга» и в таком виде осталось жить в научной и популярной литературе. В послевоенные годы здесь же была обнаружена и исследована А. Я. Брюсовым неолитическая стоянка. Под ее культурным слоем, залегающем в наносном песке, оказалась гладкая скальная поверхность. И вот на этой поверхности в 1963 году было выявлено еще одно и, как оказалось, самое большое местонахождение петроглифов, получившее наименование Новая Залавруга. В течение пяти лет его расчисткой и исследованием занималась экспедиция под руководством специалиста из Петрозаводска Юрия Александровича Савватеева. Всего здесь оказалось 26 групп изображений, в которых насчитывают более тысячи фигур.

Рассказывает исследователь:

«Несколько пар глаз и рук ощупывают холодную и влажную скальную поверхность. Совсем нелегко, особенно без привычки, разглядеть рисунок. Но вот раздался радостный возглас: „Лодка!“ Когда скалу промыли, сомнений не оставалось: появилось четкое изображение лодки с тремя гребцами, а рядом с ней – фигура лося. Благодаря контрасту коричневатой поверхности скалы и белесых силуэтов петроглифов они различались очень отчетливо… Пожалуй, больше всего поражали два обстоятельства: рисунки, в отличие от известных ранее, находились в глубине берега и что еще удивительнее – под культурным слоем древнего поселения! Тем самым выявились совершенно новые, непредвиденные возможности как для поисков петроглифов, так и для дальнейшего их изучения, прежде всего для датировки»[51].

Петроглифические композиции Старой и Новой Залавруги существенно отличаются от Бесовых Следков. Здесь много антропоморфных изображений: на Новой Залавруге Савватеев насчитывает их 183. Человечки, изображенные схематично, но точно, занимаются всевозможными делами, в первую очередь охотничьими. Стреляют из лука, бьют зверя копьем, ставят ловушки, вереницею идут на лыжах или мокроступах – подобных лыжам приспособлениях для хождения по болоту. Еще чаще встречаются изображения лодок с гребцами, иногда довольно крупные, не столь схематичные, как на Бесовых Следках. В одном случае можно рассмотреть сцену морской охоты: большая лодка догоняет добычу, кита или белуху, гребцы гребут, а один охотник бросает в жертву привязанный на веревке гарпун. Подобные изображения можно понимать как бытовые зарисовки, но не менее обоснованно и другое предположение: перед нами иллюстрации к некоему мифологическому рассказу, образное повествование о «священной охоте». Такой сюжет присутствует в героическом эпосе ряда северных народов.

Люди на скалах Залавруги изображены в энергичном и победоносном движении; звери чаще всего в спокойных, даже расслабленных позах. Люди настигают их и поражают смертоносным оружием, а порой вступают в поединки друг с другом. Человек вбирает в себя динамику мира; всей прочей природе остается статика.

В петроглифах Беломорья ощущается победительный и жестокий ритм: человек ступает по тверди земной не опасливой походкой жертвы, а как суровый борец и покоритель природы.

Из мира наскальных изображений Урала и Сибири. Писаницы Тагила. Томская писаница

На бесконечных пространствах от Урала до Амура и Чукотки разбросано великое множество писаных камней – произведений наскального изобразительного искусства. Даже краткий рассказ о «самых-самых» потребовал бы объема целой книги. К тому же их датировка бывает весьма затруднительна: зачастую не удается с уверенностью определить, относится ли тот или иной комплекс к неолиту или к более поздним временам. О некоторых памятниках петроглифики эпохи бронзы пойдет речь в следующей главе. А из всего мира наскальных изображений Урала и Сибири, уверенно или предположительно относимых к новокаменному веку, мы выберем для беглого знакомства лишь несколько объектов, расположенных на реках Тагил и Томь.

Урал – особенная страна, и наскальные изображения там особенные. Они сильно отличаются от петроглифов Фенноскандии. Прежде всего техника их исполнения иная: все они нанесены на поверхность камня красной краской, охрой разных оттенков, причем, судя по толщине линии, вместо кисти древний художник использовал палец. Изображения еще более схематичны и условны, нежели на панно Онежского озера или Белого моря, иногда геометричны, составлены из дугообразных и ломаных линий. Много фигур, которые мы бы назвали абстрактными: зигзаги, круги, волнистые линии, решетки. Все это делает уральские писаницы похожими на загадочные руны или иероглифы. Часто встречаются антропоморфные изображения – «пляшущие человечки». Их напряженные, захваченные движением тела обычно нарисованы всего тремя-четырьмя пересекающимися линиями, увенчаны маленькой головой-точкой, из которой иногда выступают два рога или множество лучей. Мир животных представлен копытными (лось, олень, косуля) и птицами (утками, гусями, лебедями). В некоторых изображениях можно распознать облик медведя. Встречаются мелкие звери, возможно собаки. Фигуры животных бывают сплошными или контурными, иногда с линиями внутри контура, напоминающими скелет. Изображения последнего типа называют скелетными или рентгеновскими.

На Урале известно более 90 комплексов наскальных изображений. Охряные фигуры встречаются на вертикальных или немного наклонных поверхностях скальных стен по берегам рек Ирбит, Нейва, Вишера, Серга, Исеть, Реж. Пожалуй, наиболее представительное собрание древнеуральской живописи расположено на скалах по берегам Тагила в его среднем течении, между городом Нижним Тагилом и заброшенной деревенькой Камельской. Здесь обнаружено 19 писаниц.

Недалеко от деревни Гаёво, ныне опустевшей, возле места впадения в Тагил речки Зенковки, высится 25-метровая скала. На ней в семи местах – красноватые знаки, издали похожие на пятна ржавчины или свежей крови. Если же приглядеться, то можно распознать в странных узорах образы птиц, человеческую фигуру с ромбовидной головой, многоугольный лабиринт (он же – хвостатое чудище с головой-панцирем)… И самое примечательное изображение – шествие копытных животных, контуры которых заполнены косыми штрихами (прямо зебры!); над ними три концентрических круга с лучами – жаркое солнце; а еще выше – дугообразная линия с многочисленными штрихами-отростками: то ли гора, то ли край небосвода.

От Зенковской писаницы ниже по течению Тагила, километрах примерно в семи, находится самый насыщенный изображениями объект – Тагильский Писаный Камень. Большая слоистая скала, сложенная из мощных блоков, как стена древнеегипетского храма, встречает пришельца узорами красных линий и кругов, производящих совершенно завораживающее впечатление. Колдовская скала! На одной из ее поверхностей – широкое панно, из переплетения линий которого как будто бы глядит огромный красный глаз. А вокруг пляшут, сливаясь, исчезая и вновь появляясь, поразительные существа.

Комментарий специалистов:

«Одной из особенностей изобразительных мотивов Писаного Камня можно считать обилие человеческих фигур. Часть из них передана двурогими. Изображая такие существа, древний художник сделал акцент на ребра, нередко их