Символ власти - Арсений Евгеньевич Втюрин Страница 29

Князь промолчал, думая о чём-то своём.

– Ко мне вечером приплыл на лодье со своими людьми племенной вождь Игал. Он хотел этим показать, что не предал нас! Город и посёлки Игала стоят вот в этом месте. – Рюрик потянулся к карте, его палец прошёлся по реке и свернул в боковой рукав. Вождь привёл нам на подмогу шесть десятков своих воинов.

– Это хорошо! – обрадованно улыбнулся ярл.

– Мы проговорили с ним до темноты и решили, как нам лучше поступить.

Князь ненадолго замолчал, вглядываясь в карту, словно о чём-то размышляя, и продолжил свою речь:

– Всех женщин, детей и стариков перевезём к Игалу. Лодьи и драккары тоже переправим к нему, а то тут враги могут захватить их и даже пожечь. В Новогороде останутся только ратники, стражники, викинги да десяток крепких баб для приготовления пищи.

– Мудрое решение, княже, мужчины легче переносят холод, голод и войну, чем старики и дети! Но вот хочу спросить: а где спрячем князя Гостомысла?

– Ты сам понимаешь, что пока князь жив, его нельзя выпускать из Новогорода. Мы сделаем всё, чтобы он и ближний болярин Таислав ни в чём не нуждались!

– Что поручишь мне, брат?

– На «Фенрир» посадим лучников. Ты сам их отберёшь и обучишь стрельбе с плывущего драккара. Найдёшь себе место потайное недалеко от Новогорода, разобьёшь там походные палатки и шалаши. Днём будете отсыпаться, а рано утром подплывать к берегу, высаживаться, обходить сзади муромчан и забрасывать их стрелами. Нужно нагнать на них побольше страху. Но это ещё не всё. Народу в крепости останется много, а еда, сам знаешь, кончается быстро. На той стороне реки дремучие леса. Твоим лучникам придётся охотиться не только для себя, но и нам заготавливать мясо впрок.

Князь поднял руку, упреждая готовый сорваться с губ Трувора вопрос.

– Через каждый десяток дней станешь плавать к Игалу. Его люди будут тоже готовить нам вяленое мясо, рыбу, зерно для каши, мёд, грибы, ягоды и даже хлеб. Он мне обещал. Теперь спрашивай о том, что хотел узнать!

– А как же я припасённую еду передам в крепость, княже? – На лице ярла отразилось изумление.

– Ты никак забыл, брат, что горожане уже копают подземный ход из крепости к берегу реки. По моим прикидкам, он должен выйти среди кустов на сажень выше воды. Вот по нему будем переносить в город еду, а тебе передавать оружие, луки и стрелы.

– Но ведь муромчане могут его обнаружить!

– И что с того? – пожал плечами Рюрик. – Внутрь им не попасть, мы охрану выставим, а снаружи на крутом берегу нашим ворогам долго не продержаться, да и ты со своего драккара легко их всех перестреляешь! Ну а коли представится такая возможность, то выведем через подземный ход большой отряд воинов и неожиданно нападём на муромчан. Вот потеха начнётся!

– А что будем делать зимой, княже? Река покроется льдом, всё вокруг занесёт снегом, мы же к берегу близко подойти не сможем.

– К зиме в городских амбарах должны быть запасы, и ты в этом нам поможешь. А «Фенрир» с людьми уведёшь к Игалу и до весны поживёшь у него. Как только лёд сойдёт, снова приплывёшь под стены Новогорода. Не забудь прихватить с собой побольше еды. Думаю, у нас её совсем не останется.

– Это ты здо́рово придумал, брат! – Восхищение и удивление светились на лице Трувора. – Верю, всё у нас получится, а княжичу Вадиму ни за что не взять крепость!

– Надеюсь! – усмехнулся великан.

– Скажи, княже, а почему ты не призовёшь сюда свою дружину из Ладоги? Ежели нынче послать гонцов, то уже осенью к стенам Новогорода приплывут все наши драккары с ратниками. И тогда Вадиму несдобровать!

– Но после осени опять же придёт зима. Где будут жить воины, чем мы их станем кормить? И ты уверен, что княжич Вадим захочет ждать нашу дружину под стенами Новогорода или в Муроме, а не уйдёт с людьми куда-то ещё? Крепостей и князей, настроенных к нам враждебно, в Биармии наберётся много. Что, будем всех их одну за другой брать, а народ оружием избивать? Так это уже война. Мне она не нужна!

– А что же тогда делать?

– Пусть всё идёт своим чередом, – устало выговорил Рюрик. – Когда Вадим осадит Новогород, тогда я и пошлю гонцов за помощью. Придёт она весной, и до ближайшей зимы мы постараемся взять в свои руки всю страну. А пока подождём. Ты же начинай подбирать лучников и готовь «Фенрир» к плаванию. Предстоит долгая и тяжёлая работа. Флоси согласился помочь. Думаю, с таким опытным человеком вам всем на драккаре будет легче, он в воинских делах хорош! Возьми мои доспехи, подаренные ярлом Эйнаром и Мэвой. Они тебе придутся впору. И будь осторожен. Не рискуй понапрасну своей жизнью. Да, и учти, что в первые дни осады крепости мне понадобится твоя помощь. Флоси пока сам справится, а уж потом ты присоединишься к нему.

Груз ответственности, словно громадный камень, разом навалился на ярла. Никогда ещё ему не приходилось самостоятельно вести сражения и принимать важные решения. Это всегда делал старший брат. И он был рядом.

– Что ж, пойду выполнять твою волю, княже! – поднялся из-за стола Трувор.

– И забери с собой Флоси. Он на крыльце тебя дожидается.

Ярл вышел из хоро́м и сразу же попал в объятия старого друга.

– Что-то ты бледный какой-то! – засуетился перед ним викинг. – Похоже, наш князь на тебя ношу непосильную взвалил? Не переживай, вместе мы со всеми врагами справимся.

Лёгкая болтовня и беззаботность Флоси незаметно успокоили Трувора. Порученное дело уже не казалось ему тяжким и невыполнимым. Рядом с ним стоял привыкший командовать человек. На него можно было полностью положиться.

Ярл обвёл взглядом крепостные стены, многочисленные дома и постройки. Он понимал, что вернётся сюда уже не скоро. И если сумеет.

Для него начиналась полная опасностей новая жизнь.

Глава 21

Пронзительные металлические звуки била ранним утром понеслись над городом, призывая людей на площадь. Казалось, они становились всё громче и протяжней, но паники среди жителей не вызывали. Да и откуда ей было взяться, ежели в Новогороде остались только опытные воины, давно готовые к нашествию врага, о приближении которого узнали ещё два дня назад.

Без лишнего шума и спешки ратники вооружались и шли к месту сбора своих отрядов и дружин.

Мосты крепостная стража подняла ещё с вечера, и