Лотосовый Терем - Тэн Пин Страница 164

Бритоголовый остановился и кивнул.

Ли Ляньхуа отряхнул руки от грязи, увидел, что все вокруг трепещут от страха, продолжая копать и в то же время напряжённо вслушиваясь, не послышится ли ещё что-то странное.

— Что представляет собой этот гроб Лун-вана? — наконец не выдержал и спросил он у Фу Хэнъяна.

Фу Хэнъян потрясённо замер.

— Вы не знаете?

Ли Ляньхуа смущённо посмотрел на него.

— Не знаю.

— Гроб Лун-вана — это внешний и внутренний гроб главнокомандующего Сяо Чжэна, за охрану границ император пожаловал ему множество драгоценностей, — ответил Фу Хэнъян.

Фан Добин не удержался от того, чтобы ещё пару раз взглянуть на свою одежду.

— Вы наверняка слышали, как покров Инчжу украли у Сяо Чжэна? — продолжал Фу Хэнъян. Ли Ляньхуа покивал, он со смехом сказал: — На самом деле, тогда у Сяо Чжэна украли не только покров Инчжу, просто он впоследствии появился на пиру сокровищ и был захвачен Ди Фэйшэном, поэтому особенно известен. У Сяо Чжэна тогда похитили девять драгоценных вещей, и покров Инчжу был лишь одной из них, но с тех пор прошло слишком много времени, да и то дело не раскрыли, так что неясно, что представляют собой эти вещи. Однако вместе с ними украли ещё кое-что — гроб, который Сяо Чжэн приготовил для себя.

Фан Добин тоже не слышал историю о гробе Лун-вана и удивился.

— Гроб? Ещё и гроб кому-то понадобилось красть?

Фу Хэнъян кивнул.

— Сяо Чжэн круглый год охранял границы и заранее приготовил себе гроб. Говорят, его гроб был изготовлен из самшита, неизвестно, как грабитель умудрился его утащить, это ещё одна неразрешимая загадка.

— Кража сокровищ понятна, но зачем ему понадобилось тратить столько сил, чтобы украсть гроб? — недоумевал Фан Добин.

Фу Хэнъян усмехнулся.

— Десять лет спустя Сяо Чжэн пал в бою на границе, он был родом из Ушани, выходцем из бедноты, не имел ни дома, ни родных. Император пожелал, чтобы его тело вернули в столицу для достойного погребения, но по дороге оно исчезло.

Фан Добин поперхнулся.

— И труп похитили!

Фу Хэнъян расхохотался.

— Верно, сначала украли драгоценности, а десять лет спустя — и тело. Скорее всего, гроб и тело похитил один и тот же человек, который наверняка не желал, чтобы Сяо Чжэна похоронили в столице, вот и украл его гроб заранее.

— Это… поступок друга или врага? — горько усмехнулся Фан Добин.

Улыбка постепенно исчезла с лица Фу Хэнъяна.

— Грабитель уже давно мёртв, но гроб Лун-вана никуда не делся, одного только покрова Инчжу уже достаточно, чтобы привлечь людей, и неизвестно, как выглядят остальные восемь сокровищ… По-твоему, вся эта толпа собралась здесь только ради красоты Цзяо Лицяо? Хранящиеся в гробу Лун-вана сокровища можно без малейшего преувеличения назвать “стоящими нескольких городов”…

— На карте Цзяо Лицяо указано, что пропавший гроб Лун-вана находится здесь? — пробормотал Ли Ляньхуа. — Но это же яма для слива воды… — Он потряс головой. — Господин Фу, мне кажется… Яма уже слишком глубокая… Если наверху кто-то есть, и он обрушит желтозём, боюсь, мы все пострадаем…

Фу Хэнъян взмахнул веером.

— Я заранее наказал, чтобы всю выкопанную землю утрамбовывали, так что желтозём наверху твёрдый как скала и не может обрушиться.

Ли Ляньхуа послушно поддакнул, но через несколько мгновений снова не выдержал.

— А что с теми, кто дотронулся до ядовитых грибов и сошёл с ума?

Несколько застигнутый врасплох, Фу Хэнъян на короткое время погрузился в размышления, а потом отрезал:

— Они потерялись.

Ли Ляньхуа вздрогнул.

— И ни один не вернулся?

— Ни один, — ответил Фу Хэнъян и прожёг его взглядом. — Вы что-то хотите сказать?

От этого взгляда у Ли Ляньхуа волосы встали дыбом. Он указал на восток.

— Когда я вошёл сюда, то видел кого-то.

Фу Хэнъян долго пристально смотрел на него.

— Значит, они выжили, хорошо.

Хорошо? Ли Ляньхуа вздохнул.

— Ты отпустил их, чтобы разведать дорогу? — неожиданно вмешался Чжань Юньфэй.

Фу Хэнъян хохотнул, но не стал отпираться.

— И что с того?

Потрясённый, Фан Добин переменился в лице.

Фу Хэнъян оставался совершенно спокоен.

— В этом месте кругом подстерегают опасности. Раз Цзяо Лицяо разослала приглашения, разве она могла не подготовиться? Они пришли сюда из жадности и похоти, да ещё сошли с ума, почему бы мне с их помощью не разведать дорогу?

— Ты… — Фан Добин пришёл в ярость. — Ты не считаешься с человеческими жизнями, пусть эти люди и сошли с ума, может, их ещё можно вылечить. Это же люди, а не бродячие собаки, да даже собака — живое существо, как ты мог отпустить их?

Фу Хэнъян однако стал ещё более уверенным в себе.

— По крайней мере, теперь я знаю, что есть хотя бы один безопасный путь.

Фан Добин остолбенел.

— Если ты, твою мать, чем-то недоволен, можешь считать сотрясением воздуха то, что я скажу дальше. Я выпустил пятнадцать человек, а вы видели только одного, где же остальные четырнадцать? — Он запрокинул голову и усмехнулся. — Разве что все заблудились.

Фан Добин в ужасе переглянулся с Чжань Юньфэем. Пятнадцать человек вышли отсюда, но в тех проходах точно не могло быть пятнадцати человек.

Ядовитые грибы росли только на проветриваемых местах свода пещеры, змеи водились только в воде.

Эти четырнадцать человек…

С чем же они столкнулись?

Как раз когда Фан Добин напугался, снова раздался лёгкий звук волочащихся железных цепей.

Глава 66. Гроб Лун-вана

На дне ямы снова воцарилось гробовое молчание. Бритоголовый, который только что вызвался пойти наверх, подпрыгнул и рванулся по стене — это оказалась техника “девять слушают ветер” из южного Шаолиня, он и правда был монахом.

Однако наверху ничего не было, только длинная железная цепь, тихонько тянувшаяся по земле.

Но того, кто тащил её за собой, наверху не было.

Бритоголовый молодой человек обалдело уставился на железные звенья, как будто движимые призраком, вытащил нож и рубанул по ним, однако невероятно длинная цепь ничуть не пострадала и по-прежнему тянулась вперёд с востока на запад, исчезая в странном проходе. Ничего не понимая, он спрыгнул обратно в яму и рассказал об увиденном Бай Шао и Фу Хэнъяну.

— Никого нет? — Фу Хэнъян тоже был несколько удивлён. — Только железная цепь?

Бритоголовый кивнул.

— Только цепь? — Фан Добин был озадачен.

Ли Ляньхуа поднял голову и пробормотал:

— Железная цепь? — Он смотрел на качающееся в идущих от ямы проходах пламя ламп, огни факелов горели ровно, воткнутые в стены пещеры, они хорошо освещали лица людей. Бездушное бряканье цепей затихло, где-то вдалеке смутно послышался