Круг Дней (ЛП) - Фоллетт Кен Страница 15

Поле казалось ровным, но было не совсем таким, и камень остановился, наткнувшись на кочку. Джойа предположила, что на этом месте когда-то росло дерево, и когда его срубили, вероятно, очень давно, остался пень, который со временем зарос травой. Как Далло собирался с этим справиться? Возможно, Умельцы попытаются сровнять кочку кремневыми топорами и деревянными лопатами, но тогда они могут наткнуться на остатки пня, которые будет очень трудно выкорчевать.

Однако длинные тягловые верёвки давали Далло простор для манёвра. Он велел всем тянущим сместиться в одну сторону, а затем заставил их тянуть под углом, чтобы камень обошёл кочку. Снова потребовалось несколько попыток, чтобы сдвинуть камень с места, и снова, начав движение, он двигался плавно. Он прошёл в опасной близости от кочки, но Далло всё рассчитал верно, и камень миновал преграду.

Последний короткий отрезок пути был легче, так как земля полого спускалась к реке. Не доходя до берега, Далло остановил тянущих, и его Умельцы развязали верёвки, чтобы использовать их снова. Верёвки никогда не тратили впустую.

Когда сумку разобрали, камень скатили последние несколько шагов к самой воде.

Толпа разразилась одобрительными криками.

Верёвки переправили обратно через реку, а быка привели и заставили переплыть на другой берег. Зрители постепенно разошлись. И снова девушкам стало нечем заняться. Сидя на берегу, Джойа сказала:

— Давайте устроим приключение.

У трёх подруг и раньше бывали приключения. Однажды они сплавлялись по Восточной Реке на бревне. Было очень весело, люди махали им с берегов, пока бревно не застряло посреди широкого болота, где Восточная Река впадала в Южную. Им пришлось пробираться через грязные луга с опасными топями, и они, промокшие до нитки, добирались домой весь остаток дня. Но теперь, вспоминая об этом, они смеялись над собственной глупой дерзостью.

В другой раз они отправились в Лес Трех Ручьев на поиски селения лесовиков. Они заблудились, но лесовики спасли их и показали дорогу домой.

Приключения выдумывала Джойа, и они всегда были немного опасными. В этом и заключалось главное веселье. Джойа была вся в отца, или, по крайней мере, так говорила её мать. По её словам, он любил рисковать.

Теперь Вии и Рони сгорали от желания узнать, что придумала Джойя, но в то же время были насторожены. Они часто сперва сопротивлялись приключению, и ей приходилось их уговаривать, каждую по-своему.

Джойа посмотрела на Вии, коренастую и сильную, с мятежным видом, будто готовую бросить вызов всему миру. Если найти к ней правильный подход, она отмахнется от любых тревожных мыслей.

— Я не уверена, — сказала ей Джойа. — Ты, наверное, испугаешься.

— Ещё чего, — тут же отрезала Вии.

Она была единственной девочкой в семье, где росли одни мальчишки, и вечно соревновалась с братьями, доказывая, что умеет быстро бегать, стрелять из лука и перерезать свинье горло ничуть не хуже них. Она гордилась своей бесстрашностью и не могла устоять, когда её брали на́ слабо. Именно за это Джойа её и ценила.

— Ну, может, и не испугаешься, — уступила Джойа.

— Что за приключение? — с тревогой спросила Рони.

— Я хочу подсмотреть за Жрицами.

Рони ахнула.

Жрицы пускали людей в Монумент по особым дням, но большую часть времени держались особняком и никого к себе не подпускали. Каждое утро на рассвете они совершали обряд, и можно было слышать их пение. Вероятно, они ещё и танцевали, но этого, казалось, никто не знал, и их уединение уважали из смешанного чувства благоговения и страха. Монумент был священным местом.

Джойа хотела знать, чем они там занимаются.

Жрицы завораживали её. Они всегда точно знали, когда наступает День Середины Лета и День Середины Зимы, а также Весеннее и Осеннее Равнопутье. Если им задавали вопрос, они давали точный ответ: «Середина зимы будет через десять дней». Как они это делали? Откуда они всё это знали? Было ясно, что они обладают неким тайным знанием, недоступным больше никому. Эта мысль её будоражила.

— Но их обряды это часть священной тайны. Мы можем прогневать богов, — сказала Рони.

— Не думаю, что богам есть дело до трёх подглядывающих девчонок, а ты как считаешь?

Рони не спешила соглашаться.

— Я не знаю. И ты тоже не знаешь.

— Я согласна с Джойей, — сказала Вии. — Богов мы не обидим. Но Верховная Жрица может на нас разгневаться. А потом нас могут высечь.

Взрослых никогда не секли, но детей случалось наказывали за серьёзные проступки. За поджог дома, издевательство над коровой и тому подобное. Джойа дважды подвергалась этому наказанию, и это было очень больно, но почему-то не сделало её послушной.

— Если жрицы нас увидят, мы убежим, — сказала она. — Они нас не знают, и в своих длинных туниках быстро бегать не умеют.

Джойа, её подруги и все остальные носили простую тунику до колен, представляющую собой два куска кожи, сшитых костяной иглой при помощи коровьей жилы вместо нити. Швы оставляли отверстие для головы и два для рук. Жрицы тоже носили длинные кожаные туники, которые доходили до лодыжек и имели рукава. Эти туники были тёплыми, но сковывали движения. Джойа никогда не видела, чтобы жрица бегала в такой тунике.

Рони всё ещё сомневалась.

— Если не хочешь можешь не ходить с нами, — сказала Джойа.

Джойа прекрасно знала, что Рони не вынесет, если её оставят за пределами компании. Она была крайне не уверена в себе, несмотря на всю свою красоту, и нуждалась в утешении, которое давала принадлежность к группе.

— Но я хочу пойти с вами, — сказала она.

— Когда мы это сделаем? — спросила Вии.

— Завтра же, — тут же ответила Джойа.

Рони была встревожена.

— Так скоро!

— Нет смысла откладывать. — Джойа не хотела давать ей время передумать. — Встретимся у дома Вии перед рассветом. Нам нужно добраться до Монумента к восходу солнца или чуть позже.

Монумент находился к юго-западу от селения, и дойти до него можно было примерно за то же время, что требуется на то, чтобы вскипятить котелок воды.

Остальные согласно кивнули, и Джойа встала.

— Должно быть, близится время обеда, — сказала она. Солнце стояло высоко, и она проголодалась в ожидании полуденной трапезы.

Они ушли с берега и разошлись по селению каждая своей дорогой.

Пока Джойа шла, она вспоминала приключение в Лесу Трех Ручьев. Оглядываясь назад, она понимала, что поступила глупо, предложив это, и подруги не должны были поддаваться на её уговоры.

Лесовики обычно были мирным народом. Иногда они приходили на Обряды, принося на обмен орехи и дичь. Им нужен был кремень, он вообще был нужен всем, ведь только из него делали орудия с острым лезвием, но в лесах не было кремневых шахт. Ещё они любили выменивать браслеты и ожерелья из резной кости.

Однако говорили, что лесовики обидчивы и в гневе могут быть жестоки. Джойа забыла об этом, когда повела Вии и Рони в лес.

Сначала они не встретили ни одного лесовика, хотя Джойа видела следы их присутствия. Например, кусты орешника, заботливо подрезанные так, чтобы давать самый обильный урожай. Умение, которым владели только лесовики. Растительность в лесу, заметила она, располагалась тремя ярусами. Выше всех росли сосны. Ниже и шире крона была у дубов и ольхи. В подлеске росли орешник, бузина и берёза, а у самой земли ютились мхи и лишайники.

Ей начало казаться, что за ней наблюдают, что чьи-то скрытые глаза с любопытством смотрят на неё из-за листвы. Она велела себе не волноваться. Лесовики, наверное, просто застенчивы. Может, даже боятся чужаков.

Селения девушки не нашли и вскоре заблудились.

— Мы не заблудились, — твёрдо сказала Джойа. — Нам просто следует идти по прямой, пока не выйдем к опушке.

Спустя долгое время Вии сказала:

— Мы здесь уже были. Я помню это болото. Мы ходим кругами.

Рони заплакала.

На этот раз Джойа не знала, что делать.

И тут она увидела лесовиков.

Они появились словно из ниоткуда. Двигаясь беззвучно, они окружили трёх девочек. Женщины и дети были наги, мужчины носили кожаные набедренные повязки. Джойа произнесла вежливое приветствие: