Черный терем. Первый русский царь Иван Грозный и его жены – как любовь определяла политику и как политика определяла любовь - Максим Юрьевич Эвальд Страница 15

войска было обеспечить личную безопасность самодержца. К тому времени Иван Грозный уже достиг впечатляющего уровня мнительности и подозрительности. Как и все деспоты, он отчаянно боялся за свое положение и свою жизнь. Поэтому он и пришел к мысли создать войско из самых приближенных к себе людей. Опричниками становились только те, кому он доверял, причем происхождение играло второстепенную роль. Но все же по большему счету войско состояло из знатных лиц.

О том, во что вылилась опричнина в дальнейшем, подробно рассказывать бессмысленно – это и так известно. Достаточно сказать, что опричники чинили страшный произвол и террор, погромы как усадеб бояр, так и крестьянских дворов. Их деятельность сопровождалась жесточайшими казнями, насилием и разгулами, которые затем – парадокс вполне в духе Грозного! – сменялись постами и молитвами.

Отдельно нужно отметить, что опричнина не была, вопреки расхожему мнению, направлена именно против бояр. Наоборот: в ее состав входило много представителей знатных боярских родов. Другое дело, что часто они сами же становились жертвами неукротимого нрава царя, ведь ему ничего не стоило обратиться против своих же вчерашних верноподданных. И одним из итогов опричнины стало заметное ослабление бояр как сферы влияния в эпоху Грозного.

Откуда вообще взялась эта идея опричнины? В целом она выглядит вполне логично: Иван Грозный, все более опасаясь за свою безопасность, как и все тираны, стремился окружить себя самыми надежными, самыми преданными людьми. Некоторые историки пишут, что идею подали царю его бояре: Василий Юрьев и Алексей Басманов.

О последнем – Алексее Басманове – вообще стоит сказать чуть подробнее, а также о его сыновьях Федоре и Петре. Алексей Данилович Басманов был воеводой, наместником и боярином времен Ивана IV. Еще когда царь был юным, Басманов уже участвовал в боярских заговорах и интригах.

При взятии Казани Алексей Данилович хорошо себя проявил и заслужил особое расположение Ивана Грозного. В 1565 году он сумел отлично организовать оборону Казани во время нашествия Девлет-Гирея. Он не только защитил город, но и преследовал отступавшие войска хана и разбил один из его отрядов.

Сыновья Алексея – Федор и Петр – занимали видное положение в опричном дворе Ивана Васильевича. Вместе с отцом Федор участвовал в обороне Рязани, а в 1569 году командовал опричными войсками на юге. Грозный был особенно расположен к Федору и даже женил его на племяннице покойной Анастасии Романовны – княжне Сицкой, от которой у Федора родилось двое детей.

Современники и историки склонны описывать Федора Басманова как умелого и отважного воина, но при этом крайне жестокого, развращенного и беспринципного человека, или, как пишет Карамзин, «прекрасный лицом, гнусный душою».

По мнению Курбского, когда его отец Алексей впал в немилость, Федор убил его своими руками, чтобы заслужить милость царя. Это не помогло: забегая вперед, скажем, что когда Грозный отменял опричнину, то под раздачу попал и Федор. Его судьба неизвестна: он либо был казнен вместе с другими опричниками, либо сослан в монастырь.

Итак, Басмановы вполне могли иметь отношение к учреждению опричного войска царем. Но есть и мнение, что к созданию опричнины его могла подтолкнуть именно Мария Темрюковна Черкасская. Например, вот что сообщает об этом Генрих фон Штаден в «Записках о Московии»:

«Некоторые [из прежних великих князей] заводили было опричные порядки, но из этого ничего не выходило. Также повелось и при нынешнем великом князе, пока не взял он себе в жены княжну, дочь князя Михаила Темрюковича из Черкасской земли. Она-то и подала великому князю совет, чтобы отобрал он для себя из своего народа 500 стрелков и щедро пожаловал их одеждой и деньгами и чтобы повседневно и днем, и ночью они ездили за ним и охраняли его. С этого и начал великий князь Иван Васильевич всея Руси и отобрал из своего народа, а также и из иноземцев особый избранный отряд. И так устроил опричных и земских».

До сегодняшнего дискуссия о степени достоверности «Записок…» остается открытой. Часть историков (например, Скрынников, Флоря, Зимин, Кобрин) считает, что этому Генриху фон Штадтену есть основания доверять, и вот по какой причине: он сам был опричником при Иване Грозном (по его описанию и археологическим данным точно удалось установить, где располагался опричный двор). Часть специалистов (Альшиц, Веселовский) критически воспринимают такой источник (некоторые его сообщения не соотносятся с другими источниками, некоторые невозможно проверить).

Он был немцем и в молодости даже готовился стать священником. Но в середине 1560-х годов перебрался в Москву и сначала стал толмачом (переводчиком), а затем вошел в состав опричного войска. Однако был исключен за дезертирство. Позже Штадтен покинул Россию, а затем составил мемуары, в которых честно, подробно и нимало не стыдясь описывал зверства, чинимые опричниками, включая его самого.

Но когда речь заходит об известных деятелях опричнины, на ум, в первую очередь, приходит совсем другое имя – Малюта Скуратов. Главный приближенный Ивана Грозного, поверенный его тайн, исполнитель его темных замыслов и начальник опричного войска – вот чем запомнился Скуратов.

Настоящее имя этого деятеля – Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский. Происхождение прозвища Малюта вызывает разногласия. Одни историки считают, что он получил его за небольшой рост, другие – за то, что часто любил приговаривать «Молю тя…», третьи – что его называли Малютой (меньшим, младшим), чтобы отличить от его старшего брата, которого тоже звали Григорием.

Ошибочно считать, что именно Малюта Скуратов руководил созданием опричнины. Напротив, он был принят в уже действующее опричное войско на самую низшую должность – так называемого «пономаря» (должности опричников пародировали церковные чины). Его личная преданность царю и неистовство в исполнении его воли помогли ему возвыситься и на несколько лет стать главным приближенным Ивана IV.

О темных делах Скуратова мы еще поговорим, когда придет время. Но пока вернемся к Марии Темрюковне. Все происходящее при царском дворе и за его пределами вызывало, само собой, ужас у подданных Ивана Грозного. И бояре, и простой люд искренне невзлюбили царицу, особенно на контрасте с первой женой государя, сумевшей завоевать сердца своей кротостью и мягкостью. Темрюковна платила им за нелюбовь той же монетой.

Как нетрудно догадаться, недоброжелателей у второй супруги Ивана Васильевича было немало. Да и возвышение Черкасских, которому она явно способствовала, не могло прийтись по нраву боярам, так что их неприязнь к Марии Темрюковне носила как личный, так и политический характер. И это привело к следующим событиям.

Смерть второй жены

В последние годы брака отношения Ивана Васильевича и Марии Темрюковны, по-видимому, охладились: ну не мог Грозный долго питать страсть к одной и той же женщине. Царь все реже посещал брачное ложе, да и вообще предпочитал больше времени проводить отдельно от супруги –