Вальтер Скотт - Вальтер Скотт. Собрание сочинений в двадцати томах. Том 19 Страница 140

17

У ног покойника поникПес, что служить ему привык.Бывало, лишь заслышит зов,Уж он стрелой лететь готов.Но что ж он уши навострил?Чей быстрый шаг он уловил?То друг давнишний, может быть,Явился горе разделить?Но нет, ужасный вестник с горПримчался к ним во весь опор.Никто и слова не сказал,А Мэлис уж ворвался в залИ, крест вздымая, возвестил,Там, где покойник опочил:«Сей знак пусть примет кто-нибудь,И в Лэнрик все держите путь!»

18

И юный Ангюс принял крест —Ведь он наследник здешних мест,Потом родительский кинжалИ меч на пояс повязал,Но уловил, взглянув назад,Молящий, безутешный взглядИ, всей душой жалея мать,Спешит несчастную обнять.Рыдая, шепчет мать: «Ступай,Не посрами родимый край!»Смахнув слезу, он глянул в зал,На ложе, где отец лежал,Потом вздохнул разок-другой,Потом берет поправил свойИ, словно юный гордый конь,Неукротимый, как огонь,Прочь поспешил своим путемС подъятым огненным крестом.Еще он был среди своих,А плач вдовы уже затих,И, слезы осушая, матьРешилась Мэлису сказать:«Кому ты нес вождя приказ,Того уж ныне нет меж нас.Пал старый дуб — защитник мой,Дубок остался молодой.Он защитит нас от обид,И пусть господь его хранит.Все те, кто на полях войныБывали Дункану верны, —На бой! А с плачем петьпсалмыИ без мужчин сумеем мы».Тут тихий оживился зал,И ратный зазвенел металл,И все, что на стенах висит:Кинжал и меч, копье и щит —Вдова бойцам передала.Уж не надежда ль в ней жила,Что сможет боевая ратьИз гроба Дункана поднять?Но вскоре пыл ее угас,И слезы хлынули из глаз.

19

Уж на Бенледи виден крест,Он освещает все окрест.Ни разу дух не перевелМладой гонец, войны посол,И слезы смахивал со щекЕму лишь легкий ветерок.Но Тиз к лесистому холмуДорогу преградил ему —Мы на холме поросшем томДосель часовенку найдем.Мост был далеко, а рекаБыла, разлившись, глубока,Но юноша спешил впередИ стал переправляться вброд.Держа свой меч одной рукой,Горящий крест подняв другой,Он словно по земле идетПо лону разъяренных вод,А волны, преграждая путь,Его стремятся захлестнуть.Споткнись он — яростный потокЕго бы в глубину увлек,Но, ни на миг не устрашен,Все крепче крест сжимает онИ, выйдя на берег из волн,На холм взбегает, рвенья полн.

20

А там, шумна и весела,Процессия к часовне шла —Жених с невестою своей:То Норман с Мэри из Томбей.И свадебный кортеж плывет,Вступая под церковный свод.Мы различить могли бы тамПочтенных лордов, чинных дам,И много юных дерзких лиц,И принаряженных девиц,И расшумевшихся детей.Пред пестрою толпой гостейСтарался каждый менестрельВоспеть, как никогда досель,Невесту, что в тот час былаКак роза алая мила.Она проходит краше всех,Ее фата бела как снег;Идет жених-красавец с ней,Гордясь победою своей;И вслед им продолжает матьСвои напутствия шептать.

21

Но кто к часовне подошел?Судьбы безжалостной посол.Нерадостен пришельца взгляд,Тоской и горем он объят,Еще вода с него течет,И тяжко дышит он, и вот,Подняв войны зловещий знак,Всем людям объявляет так:«Сходитесь в Лэнрик до зари!Ты, Норман, этот крест бери!»Ужель теперь своей рукой,Навеки связанной с другой,Возьмется он за крест такой?Как этот день его манил?Он счастье Норману сулил.И вот теперь его должныОтнять у молодой жены!Увы, несчастлив жребий тот!Но Элпайн ждет и Родрикждет.Приказу, гэл, послушен будь!Спеши, спеши! Скорее в путь!

22

Он в сторону бросает плед,Ему невеста смотрит вслед,И слезы ей унять невмочь,Но он не в силах ей помочь.И тотчас он пустился в путь,Не смея на нее взглянуть,И несся вдоль реки, покаНе впала в озеро река.Гонец угрюм и удручен,Все снова вспоминает он,Как собирался поутруГулять на свадебном пиру…Но тише в нем звучит любовь,И ратный пыл явился вновь,И в нетерпении мужскомОн рад на бой идти с врагом,Чтоб защитить любимый клан,И, жаждой славы обуян,Победу видит впередиИ Мэри на своей груди.Отдавшись пламенным мечтам,Стрелой летел он по горам,Свою печаль и свой порывВ напеве горестном излив.

23

ПЕСНЯНочным приютом, степь, мне будь,Туман, плащом мне ляг на грудь,В тиши дозор свершает свой путь,Вдали от тебя, моя Мэри.

Быть может, когда наступит рассвет,Мне ложем станет кровавый плед,Рыданья твои, твой прощальный приветМеня не разбудят, о Мэри!

Ведь даже вспомнить без грусти нельзя,Как ты тоскуешь, любовь моя,И что мне сулила клятва твоя,Твои обещанья, о Мэри!

Твержу себе: Норман, врага не щадиИ вместе с кланом к победе иди,Натянутый лук — твое сердце в груди,А ноги — стрелы, о Мэри!

И если гибель настигнет в бою,Я вспомню тогда невесту свою:Тебя, одну тебя я люблюДо самой смерти, о Мэри.

Но если меня победа ждет,К нам счастье в тот тихий вечер войдет;Тогда коноплянка нам песню споет,Мне и жене моей Мэри.

24