Михаил Луконин - Стихотворения и поэмы Страница 46

133. «Наверно, так писать стихи нельзя…»

Наверно, так писать стихи нельзя —всей грудью                      надавив на лист бумаги.Ведь строчки возвращаются, разя,трепещут, как обугленные флаги.Скажу себе:                   спокойно,                                        отойди.Опасно жить.                           А легче в образ вжиться,иначенаступает боль в груди —тень от стиха                            на легкое ложится.Нельзя                  за каждой строчкой —                                                           в новый бой.Безумная затея нами движет:чтоб каждую строку прожить собойи самому еще                         при этом                                          выжить.

ИЗ СТИХОТВОРЕНИЙ, НЕ ВОШЕДШИХ В АВТОРСКИЕ СБОРНИКИ

134. АВГУСТ

Что делать с августом?Что надо?Кому сказать?Куда пойти?С сердечным гулом нету слада,жить невозможно взаперти.С размаху в ноздри пахнут травы,плоды гнут ветви до земли,и яблони стоят, как павы,от нежности изнемогли.У августа всего в достатке —то дождь, то солнце, —выбирай.И гор обветренные складки,и море полное — взакрай.На золотых песчаных нивахсгорают женщины дотла;лежат в причудливых извивахих плодоносные тела.А мы без памяти и сами!Такой тебя и сберегу —свежеомытыми глазамизовешь меняна берегу.Иду из-моря в пене зыбкойс бесценной ношей.Бьет волна.За смуглою твоей улыбкойтревога матери видна.Прижалась изо всех силенок,смеется мне — не упади! —наш теплогорлый соловьенок,Анюта,на моей груди.

135. КАК ТЕБЕ ЖИВЕТСЯ?

Больше не могу в себе носить.Только вспомню — снова забывается.Всё хочу, любимая, спросить:как тебе живется,как шагается?Соберешь в дорогу — я спешу.Встретишь — я в глазах твоих отсвечиваю.Вспоминаю — вот сейчас спрошу…И молчим,взволнованные встречею.День за днем работаем, живем,год за годом отлетают в сторону.Все тревоги, кажется, вдвоем,радости, мне думается, поровну.Ну, а вдруг всё это миражи!..Ясность всё опять отодвигается.Как тебе, любимая, скажи,как тебе живется, как шагается?Как тебе, скажи, в моем бою,как тебе со мною рука об руку?Я и то, признаюсь, устаю.По земле идем. А не по облаку.На исходе лета моего,моего бушующего августа,я еще не знаю ничего —грустно тебе в жизниили радостно.Отвечай улыбкою одной.Это знать другим не полагается,как тебе, любимая, со мной,как тебе живется,как шагается?

136. КАПЛЯ ВОЛГИ

Что-то верить стал я                                      в каждую примету.Серой синью                      стынет волжская вода.Может, скоро                          я в последний раз                                                         к тебе приедуи останусь,не расстанусь.Навсегда.Волга-родина,                          прости слова восторгаи прости меня за всё,                                    что умолчал.Я живу тобой,                          плыву тобою, Волга,знаю твердо —                          ты последний мой причал.Я плыву тобой,                           все створы отмечаю,каждый раз                     читаю снова по складам.Проблесковыми огнями                                         отвечаювсем          идущим на сближение                                                     судам.Сколько жизней                           нами прожито с тобою!Бурлаком ходил                                дорожкой бечевой.С той поры всегда хожу                                         твоей тропою,хоть и ноет                     каждый мускул плечевой.С Пугачевым я стоял                                      в ночи грозовой,лодки посуху                          от Дона волоча.Был я вольницей твоею                                                 понизовой,был я конницей твоей                                       у Калача.Я твоими всеми мелями                                               мелею,все глубины                         воспеваю во сто крат,всеми болями твоими                                          я болею,торжествами,                          всеми праздниками рад.Уезжаю, говорю тебе:                                     «Счастливо!»Тихо тают на песке мои следы…Мне прощание с тобой,                                           как боль разрыва,с каждым разом —                                  как предчувствие беды.От волны твоей глаза мои наволгли.Отзови от всех земных широт меня.Волга-родина!                          Я твой.                                           Я капля Волги.Искра малая                            от вечного огня.

137. «Захочу позвонить…»

Захочу позвонить —                                  опомнюсь, —                                                        с диска спадет рука.Ни расспросить, ни рассказать —                                                     ни слова теперь в ответ.Далеко ли тыили близко —                             никто не знает пока.Я к этому не привыкну,                                       что тебя навсегда нет.Не загробной слезой омою,—                                                  знаю твой нрав.Но ушел                 и не попрощался —                                                   ничего не-сказал мне.А я ведь живу, как прежде,                                                с тобою вдвоем,                                                                              вдвойне.Оборвал всё тоской немою,—                                                   нехорошо,                                                                       Ярослав.Хожу и зову друга…                                  У тебя их теперь — не счесть.В друзья тебя назначает                                            каждый —                                                             и стар и мал,и тот, кто считает дружбу                                               службой                                                                  плести лесть,и тот, кто знает ей цену, —                                                 не раз ее продавал.«Прощай!» — шепчу запоздало…                                                         От боли я сник и стих.Нужна мне твоя улыбка,                                          укором сведенный рот,локоть, прикрывший строки,                                                   голос, густой, как стих,рабочая неторопливость                                               у проходных ворот.Знаю — ты оборвал бы,                                             знаю и сам — нельзя.Не в плаче стихи охрипли, —                                               кровь вышла из берегов.Поэзию всю окрикни,                                     и отзовется всяна нежное твое имя —                                     Ярослав Смеляков.

138. ПЕРВЫЕ ДНИ