Мышь - Марина Богданович Страница 26

И я вдруг подумала: "как хорошо, что его зубы не пострадали на ринге".

— Тебе на работу не нужно?

Рид выставил руку между нами, словно в оборонительном жесте. Тон его голоса стал совершенно иным — жестким, приказным.

— Так я только поздороваться, — без капли напряжения ответил Майк. — Док теперь будет жить здесь?

— Да, — ответила я и, не подумав, положила свою ладонь на руку Рида, мягко надавливая и опуская ее.

Рука моего нового босса послушно подалась вниз, но когда все присутствующие осознали, что только что произошло, мне стало ужасно неловко.

— Пойдем, у нас много дел, — сухо обронил Рид и направился к лифту, не глядя, иду ли я за ним.

— Какой у тебя номер квартиры? — Вопрос Майка прилетел мне в спину.

— 305, кажется.

— Я обязательно зайду! — Крикнул Майк, когда я уже заходила в лифт.

Мимолетная встреча с бывшим пациентом, его радость и теплое приветствие мгновенно подняли мне настроение: по крайней мере я уже знала хотя бы одного из моих соседей, и им был приятный парнишка.

— Возможно, мне здесь даже понравится, — подумала я, неожиданно поймав на себе внимательный взгляд будто бы чем-то недовольного Рида.

Глава 22

Я неловко улыбнулась Риду.

— Тебе нравятся совсем молоденькие? — Неожиданно спросил он.

— Что?! Нет! Я ничего такого не имела в виду! — Я не понимала, почему мне стало стыдно и почему я оправдывалась.

Двери лифта открылись, Рид вышел, я — следом.

— Даже если и имела, это твое дело. Малому уже девятнадцать, не совсем малолетка, — Рид говорил так, словно размышлял вслух. — Да и даже если малолетка, здесь тебя за такое не посадили бы, — он обернулся ко мне и подмигнул.

— Да я на десять лет его старше! И вообще, зачем ты мне все это говоришь?!

В уме мимолетно пронеслась мысль, что Майк мне соврал о своем возрасте. Тогда, в медицинской комнате после боя, он сказал, что ему двадцать один. Я точно помнила.

— Не будь ханжой, Камилла. Девятнадцать — это пик сексуальной активности у парней. Ты многого себя лишаешь.

Он улыбался во весь рот, почти смеялся. Казалось, мое смущение немало его забавляло.

— А-а-а, — протянула я. Мне захотелось осадить Рида, и я ляпнула первое, что пришло в голову: — Так твой пик уже наверняка давно остался позади.

Он повернулся ко мне всем корпусом, сделав шаг навстречу. В его взгляде мелькнуло что-то хищное, отчего я невольно отступила назад.

— На мою выносливость пока что никто не жаловался. Хочешь проверить лично?

Рид сделал еще пару шагов ко мне, а я все отступала назад, пока не уперлась спиной в стену.

Он еще не успел подойти ко мне вплотную, как внезапно меня окатило волной удушающего страха. Сцена с Гарднером всплыла в памяти, и меня накрыла паника. Я пыталась сделать вдох, но лишь открывала рот, не в силах протолкнуть воздух в горло.

Джеймс Рид

Моя шутка зашла слишком далеко. В один миг зрачки Камиллы расширились и я видел, как ее схватил спазм. Идиот! Ее же совсем недавно чуть не изнасиловали.

Первым импульсом было подойти к ней, чтобы как-то помочь. Но, вовремя одумавшись, я наоборот, отступил назад, бросил пакеты на пол и поднял руки вверх раскрытыми ладонями к ней, показывая, что я не опасен.

— Кэм, это была шутка. Слышишь? Успокойся — дыши, — говорил насколько возможно мягко, будто успокаивал ребенка.

Но она меня будто не слышала. Грудная клетка ходила ходуном, плечи вздрагивали, а рваные всхлипы упирались в закрытое горло. Вдоха не было, только сиплый свист.

Я видел такое на ринге, когда боец пропускал удар в кадык, или в раздевалке после жёсткого проигрыша, когда у парня съезжала крыша от стресса. Легкие есть, воздуха нет. Ее горло сжал спазм, и каждый новый всплеск её паники только затягивал эту невидимую удавку туже.

Я сделал ещё шаг назад — убрал себя из её личного пространства, чтобы она не чувствовала угрозу. Потом громко, с шумом втянул воздух сам, чтобы привлечь ее внимание к собственному дыханию. Показал, как должен работать вдох. Она не смотрела на меня, но ритм вроде уловила — второй вдох я сделал еще медленнее и громче, выдохнул с усилием, снова демонстративно.

— Дыши, как я, — скомандовал я тихо, но жёстко. — Медленно вдохни. Задержи. Выдохни. Кэм, давай.

Её первый вдох прорвался с хрипом, будто воздух продирался сквозь сжатые двери. Второй — легче. Плечи чуть опустились. Она была все еще шокирована, но хватать ртом воздух перестала. Я выдохнул с облегчением.

— Черт. Прости, что напугал тебя.

Она обхватила себя руками и смотрела в сторону — как той ночью. Потерянная, напуганная собственной реакцией, хрупкая, маленькая. Нет, крошечная.

— Все нормально, — глухо ответила она, все еще избегая смотреть мне прямо в глаза. — Со мной такого никогда не было, — оправдывалась она и, наверное спеша замять эту сцену, сказала: — Пойдем посмотрим квартиру.

Я кивнул, развернулся и направился к нужной двери, давая ей больше пространства. Совесть грызла изнутри: когда она вообще успела проснуться?

Камилла

Мне было стыдно. По-настоящему. Почему я постоянно оказываюсь такой жалкой перед Ридом? Это злило и уничтожало одновременно. Я ведь могла понять, что он шутит. Ну не злодей он. После всего того, что он для меня сделал, уж точно. Я думала, что эпизод с Гарднером остался в прошлом, но оказалось, что он не прошел бесследно.

Мне не хотелось никуда идти с ним сейчас. Мне вообще ничего не хотелось. Только забиться в угол и спрятаться ото всех. Но я опять не могла позволить себе слабость.

Квартира оказалась обычной студией со светло-серыми стенами и минимумом мебели, но по сравнению с камерой в колонии это было роскошное жилье.

Наверное, под впечатлением от моего недавнего приступа Рид выглядел немного растерянно. Он оставил пакеты с моей одеждой у входа и тут же, на полочку, бросил ключ.

С 2-х ночи до 4-х утра, а еще с 11-ти до 13-ти и с 14-ти до 16-ти в жилых домах нет электричества и горячей воды, — рассказывал он, словно читал доклад.

— И в клинике?

— Нет, там всегда есть и свет, и вода.

— Ясно, — ответила я.

Оказывается, с электроэнергией у них здесь не все так радужно. А мне уж было показалось, что жизнь в вольных землях по комфорту мало чем отличалась от скромных районов моего бывшего полиса.

— Осмотрись. Умойся, если нужно,