Гюлистанский договор 12 (24) октября 1813 г - Владимир Александрович Иванов Страница 53

оным для отдохновения, заняться между тем устройством внутренним и собраться с новыми силами. Сие заключение тем вероятнее, что власть Баба-хана не имела еще времени утвердиться прочным образом, что в самом семействе его существует вражда и несогласие; что братья Аббас-мирзы, завидуя его назначению к наследству Персии не по старшинству рождения и пользуясь его пребыванием в армии, стараются вредить ему и ищут его погибели, в чем и успеть могут, если продолжится война с Россией, а особливо неудачная; и что потому сей наследник Персии естественно должен желать, чтобы по крайней мере хоть на время остановились военные действия с нами. По сим соображениям Е.И.В. угодно, чтобы вы открыли вновь сношение с сим наследником персидского престола, прося его либо назначить вам личное на границах свидание, или прислать доверенную особу для переговоров. Когда на сие последует его согласие, то надлежит вам от имени Г.И. объявить ему, что Е.И.В. искренно желая положить предел кровопролитию между обеими государствами и восстановить прежнюю соседственную дружбу и доброе согласие, с благоугодностью принять изволил предложение его об отправлении сюда чрезвычайного посольства, и что вы имеете повеление препроводить оное сюда без перемирия или с перемирием, как то персидскому правительству самому заблагорассудится. В случае изъявления с его стороны, как то вероятно, вновь желания на постановление перемирия, то объявите, что оное может быть токмо двоякого рода, т. е. на 2 года или на 5 лет, но отнюдь не менее сроком и с распространением на всех подвластных Е.И.В. ханов и области. В обоих случаях однако же нужно удостоверение, что таковое желаемое Персией перемирие будет соблюдено ею свято и ненарушимо, и для того в. выс. – о употребите всевозможное старание склонить персидское правительство к уступлению нам, в виде залога на срок токмо перемирия, крепостей Нахичеванской и Эриванской для занятия войсками Е.В… Если бы вы увидели, что обеих крепостей на вышеизъясненном основании удержать будет не можно, то домогайтесь получить хотя одну из них, сперва Эриванскую, а потом Нахичеванскую; буде же и в том не успеете, то Е.В. уполномочивает в. выс.-о. на заключение того перемирия и без сих условий, но токмо на 2 года, с тем. чтобы каждая сторона оставалась на все сие время в спокойном владении занятых ею мест и равно со включением всех подданных Е.И.В. ханов и областей… Е.В. соизволяет на заключение сего перемирия тем наипаче, что и с нашей стороны можно будет воспользоваться оным для укрепления разных мест по границе нами занимаемой и для других распоряжений, нужных к устройству и спокойствию края, вами управляемого; и потому Е.В. уверен, что как скоро перемирие будет подписано, в. выс. – о не оставите без упущения времени принять надлежащие меры к устроению всех дел таким образом, дабы, если по истечении его срока нужно будет возобновить военные действия, вы имели более способов к удержанию силой оружия тех выгод, коих может быть нельзя будет достигнуть переговорами»[368].

В Тавриз вновь был послан подполковник Вреде с целью ведения переговоров о намечавшейся встрече русских и персидских уполномоченных. Между тем, английский посол X. Джонс усиленно стремился сорвать намечавшееся перемирие. Однако, 11 марта 1810 г., во время встречи с X. Джонсом Аббас-Мирза и Мирза-Бозорг выразили сомнение в английской военной помощи. Как бы то ни было, X. Джонсу, после целой серии непрерывных переговоров с персами удалось в буквальном смысле слова «продавить» такого рода предложения, которые заранее делали бы русско-иранские переговоры беспредметными. Как отмечает А. Иоаннисян «В конце концов, 25 марта Джонс вынужден был согласиться на переговоры Мирзы-Бозурга с Тормасовым, но добился того, что Мирза-Бозург взял на себя следующие три обязательства а) что он будет вести переговоры лишь на том условии, чтобы русские войска в течение этого времени не предпринимали наступления на турецкие границы; б) что он будет настаивать, чтобы вопрос о Талышском ханстве был решен в пользу Ирана и в) что он немедленно прервет переговоры, как скоро выяснится, что Порта готова заключить союз с Ираном. Таким образом, Джонс сделал все, чтобы не допустить мирные переговоры между Ираном и Россией. Когда же это оказалось невозможным, он убедил иранского уполномоченного выдвинуть такие условия перемирия, которые были явно неприемлимыми. К их числу относилось требование, чтобы русское командование приняло на себя одностороннее обязательство воздерживаться от военных действий против турок. Ту же цель преследовало и выдвижение вопроса о Талышском ханстве… Талышское ханство уже давно находилось под русским протекторатом. Следовательно, требование о том, чтобы Талышское ханство вновь было признано подвластным Ирану, означало не что иное, как отказ от заключения перемирия на основе статус-кво, что было, разумеется, для России совершенно неприемлимым»[369].

В результате, начавшиеся 20 апреля 1810 г. в Аскеране русско-иранские переговоры, продолжавшиеся в течение 18 дней, провалились. Намечавшееся было соглашение сорвалось. Сначала, камнем преткновения стал вопрос о текущем статусе Талышского ханства. Персы отказывались упоминать его в проекте договора, что давало им право (по умолчанию) продолжать боевые действия на его территории. Тормасов в ответ (в качестве крайней меры) предлагал дать взаимное обязательство не вводить войска на территорию ханства. Казалось бы, на какой-то момент позиция Мирзы-Бозорга стала более уступчивой. Однако, вскоре после получения новых инструкций, тон его вновь круто изменился. Иранский уполномоченный начал уже прямо требовать, чтобы Россия отказалась от протектората над Талышским ханством, и вдобавок, уступила Мегринский округ. Также было озвучено требование к тому, чтобы Тормасов в договоре не назывался главнокомандующим в Дагестане. Новые инструкции, приведшие к резкой смене позиции иранского уполномоченного были составлены английским послом X. Джонсом 3 (15 мая) и одобрены престолонаследником Аббас-Мирзой[370]. В итоге, Тормасов предложил прервать переговоры, что произошло 10 (22) мая 1810 г.

В отношении Тормасова к Румянцеву от 26 мая 1810 г. подробно описывается ход переговоров. Так, в частности, главнокомандующий доносил следующее «… в течение 18-ти дней продолжались между мной и Мирза-Безюргом переговоры о постановлении артикулов, долженствующих составлять основание перемирия, в числе коих по соглашении на все другие пункты, мною ему предложенные, статья о Талышинском ханстве, о коей я не мог не упомянуть, зная что владение сие более 10 лет находится под покровительством Российской Империи, встретила большие затруднения, которые в продолжении 6 дней не могли быть соглашены. Затруднения же сии в том заключались, чтобы в постановляемых артикулах перемирия не упоминать ничего о Талышинском ханстве, признаваемом персидским правительством в непосредственной зависимости от Персии – следственно сие составляло ту мысль персидского правительства, чтобы по заключении перемирия обратить тотчас часть их войск, бывших уже тогда в