Тайная лаборатория - Александр Александрович Тамоников Страница 4

Глава 1

«Семерка», ведомая старшим лейтенантом Савиным, благополучно добралась до поселка Чадов и беспрепятственно въехала на территорию одного из батальонов бригады спецназа ГРУ, дислоцирующегося на окраине населенного пункта. Не останавливаясь, проследовала за казарму и полосу препятствий к вертолетной площадке, где, медленно вращая несущим винтом, черной громадой стоял транспортный «Ми-8». Александр издалека увидел стоящую в стороне от площадки женщину. Заметив, что Тимохин смотрит на Татьяну, Крымов сказал:

— У нас до вылета двадцать минут! Да и будет еще время наговориться. Понял, Рембо местного разлива?

— Понял!

Обратился к водителю:

— Притормози, друг!

Савин остановил «Жигули».

Тимохин вышел из салона и подошел к жене:

— А вот и я, Танюша!

Женщина вздохнула и приникла к супругу.

Александр обнял ее.

Таня проговорила:

— Саша!

И… заплакала.

Тимохин прижал жену к своей сильной груди:

— Ну что ты, родная! Я вновь вернулся, и мы опять вместе.

— Почему не сказал, что это ты расправился с бандитами Мирзы?

— А зачем? Главное, зло наказано, мерзавцы получили то, что они заслужили. Остальное не важно. Лучше скажи: как ты чувствуешь себя?

Татьяна вновь вздохнула, но плакать перестала, промокнув детским платочком уставшие, еще не совсем здоровые, но по-прежнему такие красивые, чистые глаза:

— Сейчас нормально! А вот в парке, когда неожиданно из кустов вышли бандиты и ты вдруг начал стрелять, чуть не умерла. Я даже не представляла, что у тебя есть пистолет. Когда же появились милиционеры и скрутили тебя, у меня внутри словно что-то оборвалось. Не помню, как нас привезли в отдел. Очнулась позже, в какой-то комнате. Офицер задает вопросы, я же не могу понять их смысла. В голове бьется одна мысль. Это — все! Это — конец! Боль в висках, головокружение, дрожь в теле, а милиционер все спрашивает. Словно робот. Чувствую, еще немного — и потеряю сознание. И тут в комнату входит мужчина. За ним еще один в штатском и дежурный, что сидел на входе. Я тут же узнала мужчину. Это был тот офицер, с которым ты в Кара-Тепе освободил меня с детьми от сбежавших заключенных местной тюрьмы. Фамилию не помнила, но он с ходу представился — полковник Крымов. И попросил пройти с ним. Я спросила, что с тобой. Он ответил: не беспокойтесь, все будет хорошо! Только надо его, Крымова, слушаться и делать все так, как он скажет. Мы сели в машину и поехали к нам домой. Антонина Сергеевна сразу ко мне. Что случилось? Ну, я и рассказала о том, что произошло в парке. Мама за сердце схватилась и опустилась в кресло. Крымов ей лекарство какое-то дал. И сказал, чтобы мы быстро собирались, потому что следует покинуть Город. Антонина Сергеевна начала вопросы ему задавать. Почему? Зачем? Я тоже заявила, без тебя никуда не поеду. Как же можно бросить мужа в беде? Тогда Крымов усадил меня в кресло, сам присел рядом с Антониной Сергеевной и рассказал, как ты, спрятав нас, воевал в Городе с бандитами. Как за Славика отомстил, как Мирзу с его подельниками в его же логове уничтожил. Мы сидели, слушали, раскрыв рты. Ты же все время, пока я находилась в клинике, а мама с дочерью в лесу, обманывал нас, что-то о новой квартире говорил, о новом деле. А сам…

Тимохин, поцеловав жену и прервав ее, сказал:

— Надеюсь, Танюша, ты понимаешь, почему я не говорил правду?

— Понимаю, но зачем ты так рисковал? Пошел один на свору потерявших человеческий образ подонков?

— Ты считаешь, я мог простить Мирзе гибель Славика? Твою боль? Наше общее унижение? Я не мог этого простить, Таня. И не простил. Отомстил, как и обещал. Но давай не будем об этом! Все в прошлом. И время поджимает. Кстати, а где мама с Олей?

— Они внутри вертолета.

— Ну, и нам пора!

Татьяна удержала мужа:

— Скажи, Саш, тебя будут судить?

— Нет! Участь банды Мирзы была предрешена. Даже если бы я не вступил с Левоевым в схватку, то его шалман накрыли бы ребята спецслужбы. Просто я опередил их.

— Значит, ты сделал работу, которую должен был сделать Крымов?

— Получается, так! Вадим искал меня, я же не знал этого. Если б знал, все было бы по-другому. Но что сделано, то сделано. Сейчас всего не расскажешь, да и сам я не во всем разобрался. Очевидно одно: мы вновь вместе, и нам предстоит начинать новую жизнь.

— Ты вернешься на службу?

— Не знаю! Все узнаем позже! А сейчас идем! Крымов сигнал подает. Пора лететь.

— А куда?

— Туда, где нас ждет новая жизнь!

Татьяна вздохнула:

— Странно как-то складывается наша судьба!

— Ты жалеешь, что связалась со мной?

— Как я могу жалеть, если люблю тебя? И как ты можешь думать об этом? Просто другие живут иначе, размеренно, спокойно. А мы?

— А мы, Танюша, не другие. Не лучше и не хуже, но не другие. Мы такие, как есть. Мы любим друг друга, а это самое главное! Без любви человек не может быть счастлив, даже если он живет в спокойствии и уюте. Без любви человек мертв. Ибо любовь, как известно, и есть сама жизнь.

От вертолета послышался голос Крымова:

— Молодые люди! Вы не забыли, что нам надо лететь?

Александр ответил:

— Все, Крым, заводи шарманку!

Тимохин взял супругу под руку:

— Идем, Танюш! У нас еще будет время поговорить. Много времени.

Супруги поднялись на борт вертолета. Крымов отдал приказ пилотам, и «Ми-8», плавно оторвавшись от бетонных плит, начал подъем, постепенно забирая влево. Он брал курс на