Штрихи к портрету войны - Сергей Александрович Бережной Страница 25

Замполит смотрит на сливающийся с горизонтом лесок, думает, что можно сказать, а что не стоит.

– Жизнерадостный Азиз был, всегда на позитиве. Тут настроение ни к чёрту, забот полон рот, а он войдёт в кубрик – и будто солнышко из-за туч. Улыбнётся: «Ну, что грустишь, комиссар? Подними руку вверх, глубоко воздух в себя втяни и – руку резко вниз брось со словами: “да пошло всё к…”. Ну и далее уже неуставное. Да так скажет, что сразу на душе облегчение».

Его даже на гражданку звали, златые горы сулили, а он одно своё:

– Вот с фашистами закончим, тогда и подумать можно.

А мы знали, что никуда и никогда он не уйдёт: жил авиацией. Это как любовь с первого взгляда и навсегда. Когда заходил разговор о работе в какой-нибудь компании, он всегда говорил:

– Ну, что там ждет, на гражданке? Деньги – да, конечно, не сравнить с нашими, да только вас там не будет. Ведь породнила нас война, да?

Душой полка был, у него такое чувство локтя, что позавидуешь. И всегда придёт на помощь. Когда в марте погиб экипаж нашей эскадрильи, так он привозил потом сынишке погибшего лётчика подарки. Никогда не говорил об этом, потом случайно узнали. Сделает добро и молчит, никому ни слова. Говорил, что это уже гордыня, это уже не от сердца идет, когда начинаешь говорить о сделанном. Молча надо людям помогать, тогда Господь такую помощь примет. А так…

– Как в нём совмещались педантичность, скрупулезность и дотошность в плане документации и широта души – для меня до сих пор загадка. Словно в вечность заглядывал: доводил, за что брался, до конца, чтобы было красиво и глаз радовало.

Замполит опять замолкает, опять задумывается на минутку и расплывается в улыбке.

– Мы в тот день работали в районе Середы. Там наших подбили, так мы прикрывали эвакуацию экипажа и «присаживались» на пятачок. Вернулись на базу, иду к себе в «политотдел» – это ребята так мою землянку с плакатами прозвали и тут догоняет Азиз: возбуждённый, расстроенный, огорчение печатью на лице.

– Что случилось, – интересуюсь.

А он в ответ:

– Куртку высосало.

– Что значит «высосало»?

– Да понимаешь, когда взлетали, то дверцу не закрыл, вот её ветром и вытянуло.

– Ну и хрен с ней, с курткой, новую получишь или купишь.

– Да документы в ней, удостоверение и всякое там…

– Да, документы – это серьезно. Это уже измена Отечеству. Трибунал и расстрел, – делаю серьёзное лицо.

Тут дел невпроворот: проверка из политуправления грядёт, надо наглядную агитацию оформить, плакаты по стенам развесить, «боевой листок» написать, а он со своей курткой. Понуро повесив голову, пошёл Азиз каяться к командиру. Тот, на удивление, махнул рукой: мол, ладно тебе горевать, бери замполита и дуйте за курткой. Не успел приступить к работе, как влетает сияющий Азиз. Говорит, что командир разрешил лететь за курткой, но в паре со мною.

Разозлился я на него – все планы поломал, но что делать: надо друга выручать. Прилетели к месту посадки, а там тростник и место болотистое. Стали искать, но чуда не случилось, только чехлы нашли. Можно бы, конечно, и дальше бродить в поисках, да от лесополки укры потянулись к нам: вертолёт захватить, да ещё с живым экипажем – это в страшном сне не приснится. Пришлось подниматься, для острастки пушкой отработали, мечты их развеяли и ушли с разворотом.

По возвращении командир сказал, что объявит строгий выговор и даст команду выписать новые документы. Удостоверение действительно новое выписали, а с выговором, кажется, обошлось.

2

У Азиза была своя методика уничтожения беспилотников. Он заходил с пикирования, делал «горку» и уходил вправо, а созданный им воздушный поток переворачивал «птицу». Эффектно смотрелось что с земли, что с воздуха.

Несколько раз писал о нём ещё при его жизни. Писал о его гибели. Но вот о том, как с Олегом Абрамовым, словно одержимые, по крупицам собирали сведения о последнем ночном бое Азиза, как допытывались у его друзей и однополчан детали гибели, изучали фотографии с места падения и карты – не писал. Наша версия отличалась от официальной, но мы упорно настаивали, что он на своём «ночном охотнике» вертолёте Ми-28Н совершил ночной таран ударного беспилотника самолётного типа. Судя по дальности полёта – оперативно-тактический или стратегический беспилотник, практически неуязвимый для РЛС и являющийся высокоточным оружием. Скорость, в три раза превышающая максимальную скорость Ми-28Н. Беспрецедентный таран в мировой истории вертолётной авиации.

А нам тупо твердили об аварии, крушении, ошибке пилотирования и прочей ерунде. Это у Азиза ошибка в пилотировании «ночного охотника»? Да он мог летать с закрытыми глазами, как летучая мышь. Даже не по приборам – на одной интуиции. Почему пытались самопожертвование Азиза перевести в разряд банального лётного происшествия – гадать не хочу и конспирология ни к чему. Хотя, может быть, вовсе причина в бюрократизме, волоките и равнодушии чинов…

По сути, этот беспилотник был самый настоящий реактивный самолёт. Какая была цель у смертоносной ракеты, какой разрушительной силы заряд несла она – теперь не узнать. Но то, что Азиз спас не одну жизнь человеческую, а может, десятки и сотни – факт! Армия России потеряла уникального и самоотверженного лётчика!

Представление на награждение ушло ещё в марте двадцать четвёртого года – почти за полгода до его гибели, но кто-то не давал ему хода. А командир упрямо твердил, что всё равно добьётся награждения Азиза Звездой Героя России. И добился!

Азиз был душой полка

5 февраля 2025 года Указом Президента России № 1638 старшему лейтенанту Кудрякову Азизу Махсутовичу присвоено звание Герой Российской Федерации (посмертно).

Первым эту весть принёс Олег Абрамов. Мы радовались, как дети: наши молитвы да услышали.

3

Ещё в двадцать втором его командир говорил о нём с восхищением. Говорил об его уникальном мастерстве, бесстрашии и результативности. Только за семьдесят два часа налёта подтверждено видео-фотофиксацией уничтожение двадцати двух танков и всякой «брони». А ещё ПЗРК, РСЗО[50], миномётов, арты, бронированных машин, блиндажей, «опорников», пехоты…

После Гостомеля за ним началась настоящая охота. Укры называли вертолётчиков полка не иначе как личные пилоты Путина. Тридцатого марта две тысячи двадцать второго года комплексом С-300 (немыслимо!) они атаковали вертолёт. Ракета С-300 больше Ми-28, эффективная площадь рассеивания поражающих элементов не менее