Империя истребления: История массовых убийств, совершенных нацистами - Алекс Кей Страница 71

ополчения; она заставила некоторых из них поверить, что Германия потеряла желание бороться и что смелый удар сможет отбросить немецкие войска от Варшавы до прихода Красной армии. Практика показала, что это предположение было крайне далеко от реальности. Через два дня, 22 июля, Красная армия захватила первый крупный город к западу от реки Буг – Хелм. В тот же день в 65 км к северо-западу, в Люблине, «законным правительством» Польши был провозглашен Комитет национального освобождения. Люблинский комитет пользовался поддержкой Советов и действовал в оппозиции к польскому правительству, базировавшемуся в Лондоне. Кроме того, к концу июля стало ясно, что именно Красная армия – чье наступление против вермахта позволило ей к этому времени занять более половины довоенной Польши – освободит страну. Если бы Армия Крайова просто пустила события на самотек, Варшава тоже, скорее всего, досталась бы советским войскам{425}.

25 июля польское правительство в Лондоне уполномочило Армию Крайову в Варшаве начать восстание в столице в выбранное ею время. При этом так получилось, что при планировании операции «Буря» Варшаву исключили еще в марте; варшавская часть Армии Крайовой переправила много оружия на восток страны, где впоследствии оно было захвачено Советским Союзом, как в Вильнюсе и Львове. Учитывая характер немецкой антипартизанской тактики, восстание в Варшаве многим представлялось самоубийством. Аргументом в пользу восстания было то, что оно не могло потерпеть неудачу: независимо от того, победят поляки немцев или нет, Красная армия быстро продвигалась вперед и через несколько дней должна была оказаться в Варшаве. Согласно этой логике, которую мало кто пытался опровергнуть, вопрос заключался лишь в том, приступят ли поляки первыми к освобождению собственной столицы. Поляки оказались между наступающей Красной армией и оккупационными немецкими войсками. Они не могли победить немцев своими силами, поэтому им оставалось надеяться, что советское наступление заставит немцев отступить и что между отступлением вермахта и приходом Красной армии возникнет некий промежуток. Поляки в Варшаве надеялись, что этого времени хватит для того, чтобы им удалось утвердиться в качестве польского правительства – до прихода Советов. На деле же интервал этот оказался чересчур велик{426}.

Приказ из трех частей

Как и было запланировано, восстание началось в 5 часов вечера во вторник 1 августа 1944 г. По городу прокатилась серия взрывов, повсюду слышалась стрельба и метались в поисках укрытия солдаты и гражданские. Вместе с 40 000 военнослужащими Армии Крайовой сражались около 1700 членов других отрядов Сопротивления, включая коммунистическую Армию Людову, а также множество иностранных граждан, среди которых были венгерские и итальянские дезертиры, принявшие решение воевать на стороне Польши. Армия Крайова имела в своем распоряжении всего 1000 винтовок, 1700 пистолетов, 300 пистолетов-пулеметов, 60 автоматов, 7 пулеметов, 35 противотанковых ружей и 25 000 ручных гранат. Даже несмотря на захваченные в первые дни 6 гаубиц, 7 минометов, 13 тяжелых и 57 легких пулеметов, 373 винтовки, 103 пистолета и 27 противотанковых гранатометов «Панцерфауст», у Армии Крайовой по-прежнему не хватало вооружения, чтобы взять штурмом хорошо защищенные немецкие районы. Поэтому неудивительно, что в первые – решающие – дни восстания повстанцам не удалось отбить у немцев такие ключевые объекты, как мосты, аэропорты, железнодорожные станции, полицейские участки и военные посты. К концу третьего дня Армия Крайова освободила более 50 км2, включая значительную часть Жолибожа (один из районов на севере города), большую часть Старого города, южную часть Средместья (центральный район города) и огромную часть Воли (район на западе города). Однако по ходу они потеряли более 2000 бойцов, в то время как немецкие потери составили лишь 500 человек{427}.

Хотя немцы не были готовы к полномасштабному восстанию, врасплох они тоже не были застигнуты. Трудно было скрыть развернувшуюся в городе мобилизацию. В действительности руководитель СС и полиции в Варшаве Пауль Отто Гайбель привел своих 5000 эсэсовцев и полицейских в полную боевую готовность в 4 часа дня 1 августа, за час до начала восстания. Однако было ясно, что в одиночку варшавский гарнизон подавить восстание не сможет. Вечером первого дня в журнале учета немецкой 9-й армии, дислоцированной на реке Висле, чуть восточнее центра Варшавы, невозмутимо зафиксировали «начало ожидавшегося мятежа» и просьбу о вводе полицейских сил для его подавления. Таким образом, притом, что вермахт твердо и последовательно удерживал свои позиции, восстание должно было стать делом гиммлеровского СС и немецкой полиции. 1 августа Гитлер заявил Гиммлеру, что Варшава должна быть полностью уничтожена. Он уже не в первый раз угрожал полным уничтожением мегаполиса. Такая судьба была уготована Ленинграду, Москве и Киеву, однако обстановка на поле боя не позволила реализовать эти планы. У Варшавы, однако, никакой отсрочки исполнения приговора не было. Гиммлер возложил общее командование операциями в Варшаве на Эриха фон дем Баха-Зелевски. Бах-Зелевски, высший руководитель СС и полиции в Центральной России и командующий антипартизанскими операциями, был самым высокопоставленным представителем Гиммлера в превратившейся в колоссальную живодерню Белоруссии, где именно он отдавал приказы об уничтожении сотен тысяч мирных жителей. Когда вспыхнуло Варшавское восстание, он находился в отпуске, однако был отозван, чтобы 4 августа встретиться с Гиммлером в Кракове{428}.

Немцы стали зверствовать еще до того, как Бах-Зелевски принял личное командование в Варшаве. С первого дня восстания гитлеровские войска, уже занявшие боевые позиции, стали собирать большие группы варшавян, чтобы сначала привести их в штаб-квартиру гестапо на проспекте Шуха в районе Средместье, а потом в руины бывшей кадетской школы на соседней улице Багателя. Вот слова одного из свидетелей:

Я видел груды тел. Жертв подталкивали к этим кучам, а затем к ним подходили убийцы со стрелковым оружием и стреляли им в затылок. Среди убитых я видел мужчину с ребенком на руках. Сначала застрелили ребенка, а затем его отца. Среди жертв были дети в возрасте 4 лет. Расстреливали и 14-летних мальчиков. Я видел груды мертвых стариков, калек, человека с протезами вместо ног. […] 1 августа было расстреляно 980 человек. Кучу трупов облили бензином и нефтью и подожгли. С этого дня такие казни проводились ежедневно. Расстрелы продолжались весь день. По моим подсчетам, было расстреляно от 1500 до 2000 человек.

Жертв этих массовых расстрелов хватали в их домах или прямо на улицах в непосредственной близости от штаб-квартиры гестапо{429}.

Встретившись с Гиммлером в Кракове, Бах-Зелевски добрался до Варшавы; было 5 августа, пятый день восстания. После вывода немецких войск из Белоруссии на подкрепление варшавского гарнизона были брошены опытные антипартизанские подразделения. Среди них оказалась и печально известная штурмовая бригада СС «Дирлевангер» – карательный отряд, названный в честь своего командира доктора Оскара Дирлевангера, садиста, закоренелого преступника и (как и Бах-Зелевски) ветерана белорусской резни. С февраля 1942 г. по лето 1944 г., прежде чем расшириться до размеров бригады, подразделение вело антипартизанскую войну в Белоруссии, сначала как специальный батальон СС «Дирлевангер», а затем как специальная команда СС «Дирлевангер». Название сменилось, а вот методы остались прежними. Одно из самых кровожадных немецких формирований, орудовавших в Белоруссии, они убили, по самым скромным подсчетам, 30 000 мирных жителей. Во время операции «Котбус» в мае и июне 1943 г. они заставляли местных жителей идти по минным полям к партизанским лагерям. 4 августа в Варшаву начали прибывать войска Дирлевангера – передовой отряд в составе одного батальона численностью 365 человек. За ним последовали еще два батальона, пулеметная, минометная и противотанковая роты. Всего в бригаде к тому моменту, когда она была готова двинуться на Варшаву, состояли 16 офицеров, 865 рядовых, плюс отряд из 677 солдат-азербайджанцев{430}.

Операциями Баха-Зелевски в Варшаве командовал высший руководитель СС и полиции в Вартеланде Хайнц Райнефарт. Прибывшую недавно «боевую группу» передали Райнефарту. Гиммлер отдал ему приказ, состоявший из трех частей:

1. Захваченных повстанцев уничтожать независимо от того, воюют они в соответствии с Гаагской конвенцией или нет.

2. Также уничтожить часть не ведущего боевых действий населения, женщин и детей.

3. Сровнять с землей весь город, то есть дома, улицы, нежилые здания – все, что