Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 2 - Максим Шаравин Страница 4

Я вошёл в хранилище, опустился в удобное кресло и придвинулся к массивному столу. Мои спутники расположились на старинных стульях, которых здесь оказалось в избытке — целая коллекция изысканной мебели свидетельствовала о былом величии рода.

Дверь в хранилище бесшумно закрылась, и помещение наполнилось мягким, приглушённым светом магических светильников. Их сияние отражалось в полированных поверхностях стеллажей и сундуков, создавая причудливую игру теней.

Первое, что бросилось мне в глаза на столе, было толстое запечатанное письмо, на котором большими буквами было написано: «ДЛЯ САШИ».

Я устроился поудобнее и вскрыл конверт, достав из него пачку документов и несколько листов исписанной бумаги.

«Внук, если ты читаешь это письмо, значит, никого из нашей семьи, кроме тебя, нет в живых. Начну с главного: прямо сейчас встань из-за стола и сходи к пятому стеллажу. Там на отдельных подставках лежат артефакты главы рода. Забери их и неси к столу», — я отложил письмо и встал из-за стола под удивлёнными взглядами Елены, Беркута и Лапы.

Сходив к стеллажу, я забрал артефакты и, положив их на стол, продолжил чтение: «Сейчас тебе необходимо пройти инициацию и стать главой рода. Для этого сделай всё так, как я описываю: возьми родовой меч и вытащи из ножен, сделай им надрез на руке, чтобы твоя кровь на него попала. Как только он признает тебя, убирай в ножны и цепляй на пояс. Ты сразу поймёшь, что он готов служить тебе».

Я взял меч и достал из ножен. Как только я вытащил его, меч стал неимоверно тяжёлым, и мне пришлось приложить все свои силы, чтобы не уронить его и сделать надрез на руке. Но когда моя кровь попала на лезвие, меч заиграл яркими красками — кровь впиталась, а он стал лёгким и удобным, словно его ковали специально под меня.

Я пару раз взмахнул мечом — края лезвия покрылись яркими голубыми молниями, а по центру вспыхнула огненная полоса. Поддавшись порыву, я провёл рукой по лезвию, но не смог нанести себе новый порез или получить ожог от огня — меч стал абсолютно безопасным для меня, но не для моих врагов.

Я улыбнулся и убрал меч в ножны, прицепив их на пояс вместо прежнего оружия.

'Внук, если ты уже наигрался с мечом, то бери в руки амулет стихий. С ним всё будет долго и сложно. Тебе надо принести в жертву своего спутника, а если такого нет рядом, то придётся отрубить себе руку и произнести клятву верности стихиям. Ладно, шучу я, шучу. А то твоя мать уже на меня смотрит недобрым взглядом. Просто возьми амулет стихий и защёлкни его на любой руке, он сам уменьшится в размере, и ты его никогда не потеряешь.

Теперь родовая книга — это особый артефакт, который активирует твою родовую память. Объясняю, как пользоваться: если тебе нужны знания, берёшь её в руки и задаёшь вопрос, нужные тебе ответы ты просто вспомнишь. Если, конечно, кто-нибудь из нашей родни владел такими знаниями. Чтобы перенести свои знания в книгу, тебе достаточно просто взять её в руки, хватит и пары секунд. Предупреждаю сразу: не стоит полностью активировать родовую память. Бесцельная трата времени. Спрашивай то, что тебе необходимо. Ещё один важный момент: книга лишь помогает получить знания, но не сделает из тебя великого бойца или мага, для этого нужны тренировки и практика.

И теперь самый важный артефакт — перстень власти. Он сделает тебя главой рода. Просто надень его на безымянный палец правой руки. Ты увидишь, когда он признает тебя главой рода.

Дальше будут писать отец и мать. Внук, не подведи меня. Твой любимый дед'.

Я надел перстень и тут же почувствовал укол. Через пару секунд перстень засветился, а в центре проявились витиеватые инициалы А. М. Д. на фоне нашего родового герба. Я стал признанным главой рода и князем.

Оторвав глаза от перстня, я увидел, как мои спутники встали со стульев и поклонились мне.

— Приветствуем нового главу рода Драгомировых, — одновременно произнесли они.

— Спасибо, без вашей помощи я бы добирался сюда очень долго, — я тоже встал и слегка поклонился, как подобает князю, выражающему свою признательность.

Снова присев, я продолжил чтение письма:

'Сын, мы с мамой поздравляем тебя. Быть главой рода — это тяжёлая ноша. Прости меня, что я не справился, и наш род практически угас. Мы постарались сохранить хоть какое-то имущество, чтобы тебе было проще. Мы очень надеемся, и дед тоже, что ты решишь восстановить наш род. А если не захочешь, мы не будем тебя винить, сами виноваты, что так вышло. Денег и имущества тебе хватит, чтобы жить в своё удовольствие. В любом случае, какое бы ты решение ни принял, я расскажу, какую работу мы успели проделать и чем тебе это поможет.

Сначала про доверенных людей. Если ты читаешь это письмо, то, скорее всего, уже прошло больше пяти лет с нашей гибели, и рядом с тобой должны быть твоя нянька Мария и разведгруппа Беркута. Можешь им полностью доверять, они помогут тебе в жизни, даже если ты не захочешь восстанавливать род.

Если ты попал в хранилище самостоятельно, то найди их. Капитан Егор Иванович Беркутов («Беркут») — командир группы, капитан Савелий Ильич Егоров («Егорыч»), поручик Михаил Игоревич Лапин («Лапа») — это наша спецгруппа, специалисты по разведке и диверсиям. Ключ к доверию — наш родовой пароль, ты его знаешь. Сейчас выполняют мой приказ в Центральном разломе.

Ищи Марию в Беловежской пуще, ближе к границе с Польскими землями. Это священный лес, и многое, что ты там увидишь, может показаться тебе странным. Беркут, Егорыч и Лапа знают, где она там живёт. Они проводят.

Ещё найди Бестужева Сергея Родионовича, на момент нашей гибели работал по приказу твоего деда главным юристом «Дома Северных Ветров» в столице. Пароль с ним тот же. Он верный наш помощник, доверь ему юридические дела рода. Он лучший во всей Российской Империи и в ближайшем зарубежье.

Ещё у него есть дочь Елена, образования у неё нет, но в финансах она разбирается прекрасно, как и ведёт переговоры. Доверь ей финансовую часть дел. Она не подведёт. И в целом она красавица. Присмотрись к ней как к женщине. И обязательно пойдите учиться'.

Я оторвался от письма и посмотрел на Елену. В её глазах читалась безмолвная поддержка, а в уголках губ затаилась едва заметная улыбка. Воспоминания нахлынули