На один укус - Амалия Мо Страница 21

Дом Морвелей оказался не просто огромным – он был выстроен так, будто в нём могла жить сотня человек, и даже тогда им не пришлось бы сталкиваться друг с другом в этих бесконечных коридорах.

Морвель сворачивал за новые углы и никак не останавливался. Я всерьёз задумалась, не собирается ли он умотать меня прежде, чем наброситься где-нибудь в тёмном уголке.

Мы забрались уже достаточно далеко от кухни, и я внезапно замерла. Внимание привлекла двустворчатая дверь. Будь я проклята, если это не та самая дверь из сна! По спине скатилась капля холодного пота.

– Ты идёшь?

Он либо не обратил внимания на моё странное поведение, либо сделал вид, что не обратил.

А мне до скрежета в зубах требовалось понять, что за дверьми не та самая комната из сна. Разумнее было забыть о чёртовом кошмаре и выкинуть все глупости из головы, но рука сама потянулась к ручке.

– Хочешь зайти ко мне в гости? – клыкастый бесшумно подкрался сзади и накрыл мою ладонь своей.

Я вздрогнула от голоса, а от прикосновения чуть не дёрнулась назад, но вовремя спохватилась, что он стоит слишком близко…

9

Собравшись, я уверенно подняла голову и уставилась прямо в зелёные льдинки.

– Понимаю, что звучит так себе, но я голоден, Каяна, – ровным тоном произнёс Морвель и отошёл назад, жестом указывая идти дальше.

Я была рада переключиться на что угодно, лишь бы не объяснять причину своего ступора у двери в его комнату. К счастью, спрашивать он ничего не стал. Мне нужно было собраться и забыть об этом сне хотя бы до момента, пока не останусь наедине с собой…

Через несколько минут мы подошли к узкой винтовой лестнице из чёрного металла, современной для остального антуража. Я замедлила шаг, переводя взгляд на Калеба. Он не обернулся, лишь тихо произнёс:

– Осторожно, ступени скользкие.

Я безмолвно кивнула, хватаясь за холодные перила, и начала спускаться. Лестница уходила глубже, чем я ожидала. И с каждым шагом становилось всё прохладнее. Внутри начало закрадываться предчувствие чего-то не того. Чего-то… необъяснимого.

Мы миновали две неприметные двери. Калеб не задержался, пока не подошёл к третьей широкой глянцевой панели, больше напоминавшей вход в операционную.

Он приложил ладонь к сканеру на стене. Панель моргнула зелёным, и двери мягко разъехались в стороны, выпуская наружу поток стерильной прохлады.

– Заходи, – произнёс он.

Поперёк горла встал ком. Я перешагнула через порог и застыла.

Лаборатория. Настоящая, до скрипа в зубах стерильная. Всё здесь выглядело слишком… чисто.

Холодный белый свет отражался от металлизированных панелей. Вокруг стояли ровные ряды шкафов с маркировкой, экран с мерцающей диаграммой, приборы, которые я раньше видела только в фильмах.

Чуть ближе располагался высокий стул с анатомическим изгибом, явно предназначенный для процедур. Рядом с ним стойка с держателями для шприцев и тонких пластиковых контейнеров для крови.

– Доктор сказала, что пока я не восстановлюсь… – начала я, ощущая неприятное онемение в конечностях.

Признаться, выглядело всё жутко. А ещё страшнее становилось от осознания, что мы здесь одни. Никаких сотрудников в медицинских халатах. Только я и клыкастый, вознамерившийся вкусить моей кровушки.

– Полагаю, ты уже восстановилась, – Морвель подошёл ближе и потянул руку к бинтам на шее, отчего я моментально шарахнулась в сторону. – Я ещё вчера за ужином заметил, что твои раны затянулись. Проверь сама.

Я не отрывала от него взгляд, но руки потянулись к недавним укусам. В ду́ше я предпочла не трогать повязки, опасаясь, что кровотечение откроется, но боли действительно не чувствовала. Сначала мне казалось, что обезболивающее работает, а после выпитый алкоголь.

Пальцы осторожно легли на ткань и слегка надавили, не ощущая дискомфорта. Кажется, по моему лицу стало очевидно, насколько я удивилась, потому что Калеб ухмыльнулся.

Боли под касаниями не было, я даже пустила в ход ногти, чтобы ощутить укус, но, судя по всему, клыкастый не врал. Путаясь в марлевой повязке, я всё же сняла бинты и провела по здоровой коже рукой.

– Похоже, мы открыли ещё одну особенность тебя как донора, – как ни в чём не бывало, хмыкнул Калеб.

Он подошёл к шкафу, достал что-то из прозрачного бокса и включил лампу направленного света. Стекло панели мгновенно осветило кресло, под которым послышалась лёгкая вибрация. В подобном месте я бывала, когда сдавала кровь для анализов, но здесь… всё выглядело слишком серьёзно и куда современнее, чем в обычной больнице.

– Не бойся, – не глядя на меня, произнёс он. – Я сказал, что не укушу. Я и не собираюсь. Всё будет максимально… гуманно.

– У тебя прям целый пункт сдачи крови… – пробормотала я, подходя ближе. – Не хватает медсестры с табличкой «День донора».

Калеб покосился на меня. В глазах промелькнуло что-то вроде иронии.

– Умные девушки всегда шутят, когда нервничают? Садись. Я сделаю это быстро.

– Вдруг у меня какой-нибудь экзотический вирус. Там… бешенство.

Он потянулся к ящику, открыл его и достал пару стерильных перчаток. Ловким движением, так, словно эта манипуляция привычная рутина, он перевернул перчатку, и в следующую секунду она уже оказалась у него на руке.

– Тебя проверяли. Всё чисто. Никаких заболеваний. Разве что склонность к драме, но это не лечится.

– А я-то надеялась, что заражу тебя чем-нибудь… – я шагнула ближе к креслу.

Морвель бросил на меня быстрый взгляд, в котором ирония едва не сливалась с раздражением.

– Болезни людей мне не передаются. Расслабься. Вряд ли тебе захочется находиться здесь дольше положенного.

Смоченная вата скользнула по коже, протирая её. Мне действительно было не по себе от медицинских манипуляций и присутствия существа, питающегося кровью.

Калеб достал из прозрачного бокса иглу, вдел её в гибкую трубку и проверил герметичность соединения. Всё происходило с отточенной аккуратностью, будто он делал это не в первый раз.

Пакет для сбора крови уже висел сбоку на металлическом крючке, как капельница наоборот, только вместо жидкости внутрь должна была поступать моя кровь.

Я отвернулась, пока он искал вену. Пальцы нащупали нужное место, чуть надавливая, заставляя меня сжать зубы.

– Готова? – спросил он, не глядя.

– А у меня есть