Бумажная империя 6 - Сергей Жуков Страница 2

— Здесь нет моей заслуги. Это наследие Елены, — задумчиво произнёс он.

— Вы про маму Алисы? — уточнил я.

Он коротко кивнул.

— А почему тогда здесь нет лилий и орхидей? — спросил я.

Распутин удивлённо посмотрел на меня и я пояснил:

— Алиса рассказывала, что Елена их любила и вы всегда дарили ей их.

Он улыбнулся так искренне и тепло, как может только любящий человек:

— Лена ненавидела лилии. Но притворялась, что любит их, чтобы не расстраивать меня.

— И вы это знали, но всё равно дарили? — удивился я.

Распутин посмотрел на меня и ответил:

— Это была наша с ней игра. Особая. Только для неё и меня.

В его словах была невероятная тоска, которую не могла скрыть ни одна маска.

— Она была прекрасной женщиной. У Алисы её глаза, — тихо добавил он, проведя рукой по огромному листу диковинного папоротника.

— Простите, что задаю столь личный вопрос, но что случилось с Еленой? — спросил я.

Распутин внимательно взглянул на меня, словно решая, достоин ли я знать это. Дело в том, что информации о Елене Распутиной оказалось на удивление мало. Сколько я ни пытался узнать куда она исчезла — везде натыкался лишь на домыслы и слухи. Кто-то уверял, что она сбежала в Европу и женилась на прусском герцоге. Некоторые полагали, что Распутин убил жену из ревности и спрятал её тело в своём саду. Ну а самые нелепые версии утверждали, что Елена, не выдержав поведения дочери, сбежала в монастырь.

Разгребая тонны бреда, что написали журналисты про неё, у меня сложилось стойкое впечатление, что кто-то приложил очень много усилий для того, чтобы никто не узнал правды. И этот кто-то сейчас стоял рядом со мной.

— Полагаю, что после всего произошедшего я могу тебе доверять, — медленно произнёс он и я кивнул, подтверждая его слова.

Получив мои «гарантии», он отвернулся, посмотрел на искусственный ручей, что тёк у него под ногами и заговорил:

— Знаешь, бывают моменты, когда ты понимаешь, что совершил ошибку. И ты платишь за неё.

— Но порой за наши ошибки приходится расплачиваться нашим близким, — тихо закончил я, понимая.

— Ошибку совершил не я, а те, кто посмел поднять руку на моих родных, — ледяным тоном возразил он. — Ты наверное помнишь про совершённое на меня покушение?

Я коротко кивнул, хотя понятия не имел о чём он говорит.

— Так вот, в тот день в машине, которую подорвали австрийцы, был не я. Там была Лена, — сухо сказал он, но от меня не укрылось то, как дёрнулся нерв на его скуле.

Повисла пауза. Я не смел вмешиваться в его рассказ, давая Распутину самому сказать всё:

— Они хотели убить меня за то, что я поставлял оружие для нашей армии. Но убили невинную женщину, едущую в магазин.

— Разве вы поставляете оружие? — уточнил я.

— Мои компании имеют лицензии на перевозку любых видов груза, — обтекаемо ответил он. — А эти австрийские крысы устроили партизанскую войну, начав запугивать и устранять тех, кто снабжал армию. Но когда они убили мою Лену — они ошиблись. Они думали что я испугаюсь и отступлю, и за эту ошибку они заплатят сполна.

Передо мной стоял совершенно другой человек. Не бизнесмен, не аристократ. Это был мститель в костюме. Всё, чем были заняты его мысли — это планы мести тем, кто виновен в смерти его возлюбленной и мне были понятны его чувства.

— Некоторые игры вы всё-таки любите? — тут же сменил я тему, заметив небольшой столик с шахматной доской, притаившийся под кроной необычного дерева.

— Это не игра, — хмыкнул он. — Это — энциклопедия побед.

Ух как сказал-то! Распутин, похоже, не меньший любитель шахмат, чем Долгопрудный. И судя по сегодняшней игре в монополию — отличный стратег. Он очень грамотно распределил ресурсы и продолжи мы игру — он непременно придёт победителем.

— Кстати об игре — давайте вернёмся и закончим начатое, — сказал он, указав на выход из зимнего сада.

Дальнейшая игра продлилась до глубокой ночи. Разорив Алису, мы остались с Распутиным один на один.

— Молодец, что не поддавался ей, — сказал он, когда Алиса уснула на кушетке. — В жизни никто не простит ей подобных ошибок, что она допустила здесь. Пускай знает, чем чреваты безрассудные действия.

Это он сейчас говорит про Алису, или предупреждает меня?

— Я слишком уважаю её, чтобы играть в поддавки, — ответил я.

Он одобрительно кивнул, а затем, не поднимая взгляда с игрового поля, разделённого между нашими предприятиями, добавил:

— Но порой лучше не ввязываться в сражение, которое не сможешь выиграть.

— Вы правы, — посмотрел я на свои предприятия. — Иногда лучше разойтись миром.

Распутин поднял взгляд и хищно улыбнулся:

— Даже не мечтай, Уваров. Это поле слишком мало для нас двоих.

Это был очень странный вечер, послевкусие от которого долго не могло оставить меня в покое.

С одной стороны — я сделал огромный шаг вперёд, подписав документы о создании холдинга «Новый мир». Теперь можно начинать заниматься переездом Невского вестника в новый, большой офис. Придётся как следует потратиться на организацию новой типографии, отвечающей всем запросам ежедневной газеты, нарастить штат журналистов… Это расширение — сплошная головная боль из-за множества возникающих разом проблем. Но беспокоили меня не они.

Распутин. Его поведение сегодня, история смерти его жены и двусмысленные слова. Это было очень странно, но не настолько, чтобы придать всему этому особое значение. Да, я бы не придал этому особого значения, если не одно «но»: слова Мечникова, что он произнёс мне во время звонка:

— Даниил, склад, на который заехала та машина с артефактным оружием, принадлежит Сергею Распутину!

Глава 2

— Этого просто не может быть! Нет, нет и ещё раз нет! — раздавались в воздухе возмущения. — Невозможно. Никак. Совсем.

— Почему? — угрюмо спросил Гончий, несмотря на возражения.

— Почему? Вы серьёзно не понимаете почему мы не можем разобрать половину здания, чтобы вы проверили землю под ним на наличие скрытых там тоннелей, по которым сюда в будущем могут проникнуть враги рода? — размахивал руками прораб Михаил, искренне не понимающий как начальник моей охраны может просить о подобном.

Сегодня мы приехали в моё поместье, чтобы проследить за ходом восстановительных работ. И хоть внешне мало что изменилось, но люди Михаила за это время проделали колоссальную работу по восстановлению централизованной системы водоснабжения и отопления, а также подключили электричество по постоянной схеме.

— А что насчёт контура рунической защиты? — обвёл взглядом обширную территорию Гончий, на что прораб тихо взвыл.

— Даниил, прошу вас, объясните ему, — посмотрел на меня Михаил