Жнец и ведьма. Том 1 - Виктория Рогозина Страница 17

У Варвары в лице что-то изменилось. Плечи напряглись, взгляд стал холоднее, острее. Она сделала шаг назад, точно зверь, учуявший опасность. Руки медленно скользнули к карманам, тело сжалось в готовности сорваться в бег. Она не говорила ни слова, и слова были не нужны.

Матвей ухмыльнулся.

— Даю фору. Десять минут.

Его голос звучал почти ласково, но в этой ласке таилась угроза. Варвара не стала спорить — просто резко развернулась и побежала. Пыль и пепел закружились в воздухе, следом за ней остался лишь звонкий стук подошв и мерцание волос, как отблеск пламени.

Она подскочила к мотоциклу, с размаху села, завела его с одного нажатия. Двигатель взревел, рванул, сорвавшись с места, как бешеный зверь. Ветер врезался в лицо, дорога мелькала под колёсами. Варвара уносилась в ночь, сердце колотилось в груди, будто само знало — охота началась.

А Могилов всё ещё стоял в подворотне и с усмешкой разглядывал зловонный пепел на земле.

— Вот и началось, — пробормотал он и щёлкнул пальцами.

Мир мигнул.

В следующее мгновение он оказался уже позади Варвары, словно вынырнув из самой тени. Его руки сомкнулись у неё на талии, крепко, намертво. Она успела лишь вскрикнуть, когда он резко потянул её вбок.

— Что за—⁈ — выдохнула Варвара, но было поздно.

Мотоцикл потерял равновесие, взвизгнули покрышки, и вся конструкция завалилась набок. Варвара и Матвей, сплетённые в движении, перекатились по асфальту. Искры брызнули из-под скользящего железа, уносясь назад, в ночь. Сердце стучало в висках, время будто растянулось в вечность.

Они остановились лишь через несколько метров. Варвара оказалась сверху, ладони упёрты в грудь Матвея, дыхание сбилось, глаза сверкали.

— С ума сошёл⁈ — прошипела она, волосы растрепались, губы дрожали от злости.

Матвей, лёжа под ней, усмехнулся.

— Фора закончилась.

Варвара молниеносно среагировала — её кулак со свистом полетел в челюсть Могилова. Но он, как будто ждал этого, лениво перехватил её запястье, даже не моргнув. Одним резким движением, жнец поднял их на ноги.

— Быстро, — усмехнулся он, — но грубовато.

Варвара резко сместила вес, скользнула телом вниз и сделала подножку, рассчитывая свалить его, как обычного человека. Но Матвей вывернулся кульбитом, легко, точно танцуя. Когда он поднялся, в его руке уже клубился чёрный вихрь, в котором трещали молнии — холодные, злобные, как сама смерть. Воздух вокруг начал искриться и шипеть.

Варвара тяжело дышала, отступая назад. Её ладони вспыхнули алым, пульсирующим пламенем, ярким и живым.

— Ну давай, рыцарь, — процедила она сквозь зубы.

Они рванули друг на друга, как пули. Каждый удар отдавался вспышками, толчками, гулким звоном в костях. Молнии свистели в воздухе, огонь пел, обжигая ночной ветер. Варвара ударяла с яростью, с отчаянием, с сердцем. Могилов — с точностью, силой и расчетом. Он почти любовался её боем. Почти.

Исход долго оставался неясным. Но в какой-то миг Матвей ушёл в сторону, просчитав её движение, сделал резкую подсечку, и Варвара потеряла равновесие. Прежде чем она успела сгруппироваться, он схватил её и с силой приложил о холодный асфальт. Раздался глухой удар.

Пламя в её ладонях погасло. Варвара обмякла, потеряв сознание. Матвей остался стоять над ней, дыша чуть чаще обычного. Затем опустился на одно колено рядом.

— Упрямая, — пробормотал он, глядя на её лицо, затенённое рыжими прядями. — И сильная… Тебе бы время. Но его больше нет.

Он уже поднял руку, пальцы чуть согнулись, готовые совершить последнее движение. Но тут раздался звонок. Смартфон завибрировал в кармане. Матвей недовольно сощурился — на экране высветилось «Сухов».

Щелчок — он ответил.

— Говори.

— Жива? — раздался в трубке голос Ивана, хриплый, напряжённый.

Матвей посмотрел на бесчувственную Варвару и лениво хмыкнул:

— Уже одной ногой в могиле.

— Жива? — повторил Сухов, на этот раз чуть громче, и в голосе прозвучало то, что Матвей с трудом припоминал за всё время их работы — паника.

Могилов прищурился, встал, огляделся и спокойно ответил:

— Допустим.

— Нужна живая, понял? — резко сказал Иван. — Пока не трогай. Спрячь у себя. Жди моих указаний.

Матвей молчал пару секунд, потом коротко кивнул, хоть Сухов этого и не видел.

— Принято.

Он убрал смартфон обратно в карман. Секунду постоял, глядя на лежащую Варвару. Всё в ней казалось сейчас неправдоподобно хрупким — и длинные пальцы, с которых слезла копоть пламени, и губы, пересохшие, и разбросанные по лицу пряди рыжих, почти красных волос.

Могилов присел, провёл пальцами по её горлу, ища пульс.

— Чёрт… — пробормотал он. Биение было, но слабое, еле заметное. Она горела изнутри, и от этой схватки, и от всех последних дней.

Не колеблясь больше, Матвей аккуратно поднял Варвару на руки. Её тело было тёплым, слишком лёгким. Он шагнул вперёд, и перед ним в воздухе, словно раздвинутое время, открылся вертикальный портал — чёрный, трепещущий, с фиолетовыми отблесками на краях.

Не оглядываясь, он вошёл в него, унося с собой девушку.

Матвей шагнул из портала прямо в полумрак своей квартиры. Здесь царила идеальная, мрачная тишина: тёмные стены, сдержанный минимализм, строгая мебель и мягкий, почти неощутимый запах палёного можжевельника, который он когда-то сам вплёл в охранные чары.

Он аккуратно перенёс Варвару в спальню и уложил на широкую кровать, застеленную тёмно-серым бельём. Девушка выглядела бледной, с застывшей на лице тенью боли. Минуту он просто смотрел на неё, сжав челюсть. Потом, нахмурившись, достал из прикроватной тумбочки магическую верёвку — тонкую, серебристую, как струна, но прочнее стали. В пару ловких движений он связал ей запястья и лодыжки. Не туго, но крепко. Осторожность прежде всего — Варвара уже доказала, что может быть смертельно опасной.

Только после этого он занялся лечением.

Из шкафа в стене выдвинулся ящик с аптечкой, в которой лежали как обычные средства, так и флаконы с зелёным, синим и чёрным содержимым — мази, настойки, зелья, спрессованные магические бинты. Молча, с хмурой сосредоточенностью, он принялся обрабатывать её раны: залил обезболивающим разбитую бровь, промыл и зашил рассечённый лоб — движения были точными, натренированными. Обжёгшись о её кровь, чертыхнулся: внутри всё ещё пульсировала остаточная энергия пламени, как будто тело само себя защищало даже в бессознательном состоянии.

— Упрямая ведьма, — пробормотал он, обрабатывая ободранные локти и колени.

Он работал тщательно, сдержанно, по-медицински профессионально. Наложил повязки, охладил обожжённые участки специальным составом, и, наконец, облегчённо выдохнул. Варваре невероятно повезло. Обычный человек сдох бы ещё на асфальте.

Он вытер руки, прошёлся