Портальщик Частная практика - Михаил Антонов Страница 16

коней. Рысь, перешедшая в галоп, и они понеслись обратно, к тому месту на дороге, где всё ещё мерцал их портал. Барон, стоя на стене, наблюдал, как они, не снижая скорости, один за другим влетают в переливающуюся арку. Последний всадник исчез, и портал за ним схлопнулся.

Барон спустился со стены. План с портальщиком становился интереснее с каждой минутой. Теперь в игре появился ещё и кто-то могущественный. А Вальтер фон Хольцберг всегда считал, что настоящее ведение хозяйства начинается тогда, когда ты можешь не только выращивать урожай, но и защищать его от чужих жадных рук.

Не спеша я дошёл до своей комнаты, подошёл к столу и взял в руки сумку. Прямо сейчас её хотелось опробовать. Но чем? Вопрос бился в голове. В комнате не было ничего подходящего — ни ящиков, ни камней, ничего объёмного, что могло бы продемонстрировать её чудо.

Я вышел во внутренний двор замка. Осмотрелся. Слуги сновали по делам, у коновязи стояли лошади… И тут мой взгляд упал на противоположную от ворот сторону. Там, у стены кузницы, лежала внушительная кучка старых кирпичей — рыжих, потрескавшихся, явно от какого-то разобранного строения. Идеально!

Я подошёл, огляделся — никто не обращал на меня внимания, — вспомнил, что в магическую вязь необходимо влить немного силы. Потянулся к нитям, пропустил немного силы через себя, столько, сколько требовалось для малого портала, представил, как сила магии протекает по начертанным символам и втекает в камень-накопитель. После чего открыл сумку и принялся за работу. Первый кирпич… исчез внутри, будто провалился в бездонный колодец. Второй, третий. Восторг начал разливаться по жилам. Работает! Объём, который никак не мог вместиться в эту плоскую сумку, покорно исчезал в ней. Я складывал кирпич за кирпичом, всё ускоряясь, заворожённый процессом. Пять, шесть, семь…

И тут возникла проблема. Сначала я просто почувствовал, как ремень врезается в плечо. После седьмого кирпича мне пришлось поставить сумку на землю — её попросту тяжело было удержать на весу. Я продолжил закидывать в неё кирпичи. И когда сороковой рыжий брусок скрылся внутри, я попытался поднять своё творение.

Никаких шансов. Сумка лежала на земле, как прикованная цепью. Она была безразмерной по объёму, но вес всех этих кирпичей никуда не делся. Вес просто… сосредоточился в одной точке. Поднять эту точку было выше моих сил. Крайнее разочарование ударило по мне холодной волной. Так артефакт работать не должен! Значит, я где-то ошибся. Напутал в вязи, в начертании, в чём-то.

С тяжёлым вздохом, чувствуя себя полным неудачником, я принялся вытаскивать кирпичи обратно. Каждый казался ещё тяжелее. Когда сумка, наконец, опустела и стала снова лёгкой, я, сгорбившись от досады, поплёлся обратно в комнату. День, который начался так паршиво, продолжал катиться под откос.

Глава 7

7

Я бросил сумку на стол, уселся рядом и снова раскрыл трактат. Надо было найти ошибку. Я водил пальцем по серебряной строчке, сверяя каждый завиток с книжным образцом. Минуты шли, и я уже начал сомневаться, а потом… заметил. Совсем небольшой участок. Несколько символов в самой середине вязи были выведены… в зеркальном отражении. Я начертал их не так, как в книге, а перевёрнутыми, вверх ногами! От радости у меня даже дыхание перехватило. Не фатальная, но критическая ошибка! Её можно исправить!

В этот самый момент в дверь постучали. Вошла Лиана с новой книжкой в руках.

— Мастер Андрей, желаете продолжить…

— Лиана, выручите, — перебил я её, стараясь, чтобы в голосе звучала не раздражённость, а деловая спешка. — Заниматься сейчас, к сожалению, не могу. Но мне срочно нужен острый нож. Или лезвие, бритва. Чтобы… подправить кое-что.

Она на мгновение замерла, её взгляд скользнул по разложенным на столе компонентам и сумке, потом кивнула без лишних вопросов.

— Сейчас, мастер.

Она вернулась очень быстро, принеся небольшой, но отточенный сапожный нож с коротким крепким лезвием. Поблагодарив её, я снова остался наедине с артефактом.

Теперь началась ювелирная работа. Я взял нож и принялся аккуратно, стараясь не повредить кожу, соскабливать ошибочно нанесённые, перевёрнутые руны. Пыль серебряной пудры и засохшего клея смахивал пальцем. Затем я снова размешал в оставшейся мисочке свежий состав — клей с серебряным порошком. Взял кисть, теперь уже увереннее, и стал заново выводить символы. Медленно, скрупулёзно, сверяясь с книгой после каждой черты. На этот раз — правильно. Каждый завиток ложился так, как было задумано магистром Альдриком.

Когда последняя линия была завершена, я отложил кисть. Но на этом не остановился. На всякий случай. Я закрыл глаза, ухватил знакомый пучок силовых нитей, пропустил магию через себя и мягко направил её поток в исправленную вязь. Представил, как сила побежала по серебряным дорожкам, заполняя руны, и устремилась к рубину.

Теперь я почувствовал удовлетворение. Настроение, наконец, улучшилось. Оставалось только снова проверить сумку.

Перекинул лямку сумки через плечо и поспешил к выходу. В дверях, не глядя, чуть не снёс с ног служанку, нёсшую мой обед. Деревянный поднос качнулся, миска с крышкой угрожающе скользнула к краю.

— Простите, простите! — выпалил я, ловя взгляд её широких, испуганных глаз. — Очень спешу! Обедать буду позже!

Не дожидаясь ответа, я рванул дальше, чуть слыша за спиной её тихое: «Да ничего, мастер…»

Груда кирпичей у стены кузницы никуда не делась. Рыжие, пыльные, неказистые. Подойдя к ней, я остановился. Внезапная иррациональная робость сжала горло. А вдруг снова? Вдруг ошибка не в этом, и я снова упрусь в неподъёмную тяжесть?

Я набрал воздуха, словно собираясь нырнуть в ледяную воду, наклонился, схватил первый, самый верхний кирпич. Замер на секунду, глядя на тёмный зев сумки. Затем — решительно сунул его внутрь.

Кирпич исчез. И… и вес не изменился. Совсем. Я замер, прислушиваясь к ощущениям в мышцах плеча, к давлению ремня. Ничего. Сумка висела, как пустая.

Получилось! Я даже встряхнул сумку обеими руками, держа за лямку. Она болталась, абсолютно невесомая. Хохот, дикий и радостный, рвался наружу.

— Ну что, продолжаем эксперимент? — прошептал я сам себе и взял второй кирпич. Исчез. Третий, четвёртый, пятый… Сумка оставалась пустой. Не просто лёгкой — невесомой. Я огляделся по сторонам, ища глазами кого-нибудь, кто видел бы мой триумф. Но двор был пуст. Никого. Только я и моё чудо.

Азарт охватил меня. Я стал запихивать кирпичи один за