Книга 2. Война и мир Сталина, 1939–1953. Часть 2. «О дивный новый мир…», 1945–1953 - Андрей Константинович Сорокин Страница 117

указанные люди ничего в этом отношении не сделали… При проверке оказалось, что Шахурин и Новиков сговорились: первый на том, что будет выполнять программу по серийным поршневым самолетам и за это работники авиапромышленности будут получать премии, второй — на том, что не придется переучивать людей на реактивных самолетах и они будут получать ордена и медали. Эти люди — Шахурин и Новиков загубили дело, и после них пришлось много поработать, чтобы наладить производство реактивных самолетов»[1029].

Как бы то ни было, но 1 мая 1947 г., пусть и с запозданием, реактивные самолеты впервые пролетят над Красной площадью. В сентябре 1952 г. министр авиационной промышленности М. Хруничев направил Сталину предложения о создании новых фронтовых истребителей, фронтового бомбардировщика и двигателей к ним. Излишне говорить, что речь шла, разумеется, о реактивных самолетах. Прорабатывала вопрос комиссия по вопросам обороны. Причиной обращения являлась реакция советских руководителей на полученную информацию о разработке американцами новых истребителей, что было их ответом на «появление самолета МиГ-15 в Корее». Стремясь упредить вероятного противника, Хруничев и направил Сталину свои предложения, проведя предварительно консультации с ведущими конструкторами, которые подтвердили наличие возможностей превзойти параметры, запланированные для новых самолетов в США[1030]. Сталину не суждено будет дождаться появления реактивных самолетов нового поколения, но курс на их создание был принят тогда — осенью 1952 г.

10 мая 1947 г. Совмин издал постановление «Вопросы реактивной техники». С этого момента Специальный комитет реактивной техники, вероятно, в целях конспирации, станет именоваться Комитетом № 2. Будет удовлетворена просьба Маленкова об освобождении его от обязанностей председателя комитета, на эту должность назначат зам. председателя Совмина Н. А. Булганина[1031].

В октябре 1947 г. С. П. Королев создал точную копию немецкой баллистической ракеты ФАУ-2, получившую название Р-1, с дальностью полета 300 км. В конце 1949-го она поступила на вооружение Советской армии, хотя ее параметры военных не устраивали. Настоял на сохранении этого направления в работе именно Сталин. В 1947–1949 гг. ОКБ-1 Королева создал ракету Р-2, дальность полета которой составляла 600 км.

Записка М. В. Хруничева Н. А. Булганину о создании фронтовых истребителей и фронтового бомбардировщика

15 сентября 1952

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 164. Д. 693. Л. 114. Подпись — автограф М. В. Хруничева]

Сергей Павлович Королев

1956

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 100. Д. 333465. Л. 5]

На вооружение ее поставили уже после смерти Сталина — в августе 1953 г. Уже тогда Королев разрабатывал ракету Р-5 с дальностью полета 1200 км. Ее модернизированный вариант Р-5М будет избран в качестве носителя ядерного заряда. Ее первое испытание приурочат к работе ХХ съезда КПСС, на котором, как известно читателю, новый лидер страны Советов выступит с докладом «О культе личности». Р-5М стартовала с полигона Капустин Яр, пролетела около 1000 км и доставила на Семипалатинский ядерный полигон ядерный боезаряд. Так Советский Союз вступил в ракетно-ядерную гонку вооружений[1032].

* * *

В тесной взаимосвязи с ракетно-ядерной программой и авиастроением развивалась радиолокационная и радиоэлектронная промышленность, запущенная на полный ход именно в первые послевоенные годы. Как должен помнить читатель, толчок развитию радиолокации был дан постановлением ГКО «О мероприятиях по организации производства радиолокационной аппаратуры», принятым в начале июля 1943 г. Тогда были организованы Всесоюзный институт по радиолокации, Всесоюзный электровакуумный институт, Центральное проектно-конструкторское бюро, начались практические работы. В январе 1946 г. Совмин СССР под председательством Сталина принял пятилетний план научно-исследовательских и опытных работ по радиолокационной технике, рассчитанный на 1946–1950 гг. 10 июля того же года Совмин принял еще одно постановление «Вопросы радиолокации». Общее руководство работами было возложено на Комитет по радиолокации под председательством Г. М. Маленкова. В документе особое внимание уделялось созданию опытно-конструкторской и производственной базы электровакуумной промышленности. 15 августа 1949 г. Совмин примет еще одно постановление, которым министерства и ведомства обязывались как можно быстрее завершить реконструкцию и строительство 54 заводов и 19 научно-исследовательских институтов в системе главных управлений радиолокации министерств промышленности средств связи, вооружения, авиационной и судостроительной промышленности[1033]. В конце того же года в ЦК ВКП(б) Сталин провел совещание с представителями военно-промышленных министерств и военного ведомства. Советский вождь не единожды будет возвращаться к радиолокационной теме, подчеркивая, что «это — задача большая и важная. Надо всемерно развивать это дело, устранять отставания, создавать специальные заводы и цеха, развивать научно-исследовательские организации, быстрее поправить дело с электровакуумной техникой, производством радиодеталей, не распылять внимание конструкторов на множество тем»[1034]. В соответствии с этими установками Сталина пятым пятилетним планом устанавливался десятикратный рост объемов производства радиолокационной техники. Как это часто бывало, выполнение плановых заданий отставало от программных установок.

В августе 1950 г. Совмин принял постановление «О разработке управляемых снарядов-ракет и новейших радиолокационных средств управления ими с целью создания современной наиболее эффективной ПВО городов и стратегических объектов». Уже летом 1951 г. вокруг Москвы началось строительство площадок для размещения 56 ракетных баз (полков) системы С-50, получившей название «Беркут». Завершатся эти работы уже после смерти Сталина в 1955 г. с включением в боевой состав войск ПВО 1-й Московской армии особого назначения ПВО[1035].

В декабре 1952 г. Василевский направил Булганину проект постановления Совмина СССР по вопросу выполнения промышленными министерствами постановления от 15 декабря 1951 г. в части обеспечения техникой войск воздушной обороны госграниц СССР. Речь в этом проекте шла, прежде всего, о невыполнении плана поставок по радиосредствам и радиолокационным станциям, исполненном на 35 и 70 % соответственно[1036]. Так что реализовывать созданные под руководством Сталина заделы и расшивать узкие места советскому руководству придется уже в его отсутствие.

Записка А. М. Василевского Н. А. Булганину к проекту постановления Совета министров СССР об обеспечении техникой войск воздушной обороны государственных границ СССР

12 декабря 1952

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 164. Д. 693. Л. 33. Подпись — автограф А. М. Василевского]

Сопроводительная записка А. М. Василевского Н. А. Булганину к докладу И. В. Сталина о принятии на вооружение танка ИС-8

9 января 1953

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 164. Д. 705. Л. 157. Подпись — автограф А. М. Василевского]

Не имея возможности рассказать обо всех масштабных начинаниях в области разработки новых образцов вооружения и проведенного в эти годы перевооружения[1037], скажем напоследок лишь еще об одном. Прощальным подарком советских конструкторов Сталину станет принятие на вооружение Советской армии в феврале 1953 г. нового тяжелого танка, превосходившего по тактико-техническим характеристикам современные ему советские и