Прут. Тайна серых пещер - Сергей Михайлович Ильин Страница 9

Немудрено, что коблитта долго не смогли заметить. Кожа у него не красноватая, как у орков, и не зеленоватая, как у коблов. И даже не противно-белая, как у человеков. Серая, с каким-то бурым оттенком. На лице к тому же сморщенная, будто и не лицо это вовсе, а какой-нибудь плод, на солнце позабытый и перевяленный.

Блёклые волосы на черепушке коблитта торчали взлохмаченными и спутавшимися клочками, давно не ведающими мытья. Да и сам коротышка, похоже, далеко не один год к воде не приближался: воняло от него, как от сдохшего болотного хрюна.

Вместо одежды — жуткая рванина. Грязная и ветхая. Такая же серо-бурая, как земля, на которой мерзкий коблитт сейчас валялся. Отойди на несколько шагов — и коротышка сольётся с окружающей местностью так, что ему и маскироваться особо не понадобится.

— Ты его что, прибил? — в голосе Суная явно слышалось восхищение силой друга.

— Да нет вроде.

— Дышит, — превозмогая жуткое отвращение, наклонился к неподвижно лежащему коротышке Прут.

И тут же отшатнулся: неожиданно открывший глаза коблитт громко и противно заверещал, замахал руками и, резво крутнувшись-извернувшись, прямо на четвереньках рванул прочь, шустро пробираясь под и между кустами.

— Куда?! — возмущённо заорал Сунай и кинулся в погоню. — А ну, стоять!

Испуганный коблитт, выбравшись из самых зарослей, вскочил на ноги и бросился бежать во всю прыть. Да так, что даже быстроногий Сунай, продирающийся следом сквозь кусты, малость приотстал.

Остальные же, открыв рты, оторопело наблюдали за тем, как оба бегуна, вихляя из стороны в сторону бешеными длинноухами, стремительно уносятся прочь, приближаясь к срезу горы, а потом и скрываясь за ним.

— Интересно, — отмер первым Прут, — что серый тут делал?

— Ягоды собирал, — пожал плечами Торк. — Поганому народцу тоже есть надобно.

— А-а-а!!! — вновь появившийся на виду Сунай яростно размахивал руками и мчался к друзьям не разбирая дороги. — Бегите! Скорее! Не стойте, дубины! Бегите!

Буквально несколько мгновений, и призыв Суная стал легко объясним: вслед за ним из-за среза горы появилась сразу целая толпа коротышек, тут же воинственно заголосивших при виде растерявшихся подростков. Коблитты ещё и оружием размахивать принялись.

Первым развернулся и кинулся убегать Плинто.

— Нет-нет! Не вниз! — заорал ему Прут и бросился следом. — Там в колючках застрянем! Не убежим! Вправо давай!

Плинто его услышал. Сменил направление и припустил ещё быстрее.

Да он, похоже, притворялся бегуном никудышным! Вон даже мешок ему никаким боком так быстро нестись не мешал!

Сзади пыхтел Торк, стараясь не отставать от приятелей. И правильно. Пусть коблитты и слабаки по сравнению с орками, но с такой оравой им четверым точно не справиться. Да их просто толпой задавят и затопчут, имён не спрашивая.

Прут оглянулся. Сунай их уже почти нагнал. Это было хорошо.

Плохо было то, что серые коротышки тоже не слишком собирались от них отставать.

— Давайте, парни, поднажмите! — крикнул Прут, ускоряясь.

Бежать так и приходилось поперёк склона. Слева внизу колючие заросли, справа каменные кручи. Сзади злобные карлики.

— Да куда уж ещё больше?! — недовольно взрыкнул за спиной Торк.

Бежать по неровному склону было жутко неудобно. Ещё и камни всё время под ноги подворачивались. Того и гляди споткнёшься или оступишься. Тут уже не до колючек, за одежду цепляющихся, и даже не до ползунов кусачих.

— Эй, замухрышка! Ты-то чего разогнался?! — заорал Сунай, обгоняя приятелей чуть ниже по склону. — Ты должен остаться, задержать коротышек, чтоб мы могли убежать!

— Чего это вдруг я?! — удивлённо возмутился Плинто.

— А кто ещё?! Закон гласит, — Сунай обернулся, глянул на вопящую позади ораву коблиттов, — что самые слабые должны пожертвовать собой. Чтобы сильные выжили и дали новое сильное потомство!

— Ага, сейчас! — хиляк и не думал останавливаться. — Мною нельзя жертвовать! Я будущий шаман, хранитель знаний! Знания важнее тупой силы!

— Я тебя сейчас догоню, — взъярился Сунай, — и покажу тупую силу!

— Плинто прав, — Торк уже даже не пыхтел, а хрипел, как больной широкорог. Дыхание его явно было на пределе. — Старый Меруто тоже так всегда говорит. Лучше будет, если я их задержу. Всё равно не могу больше бежать!

— Лучше будет, — сердито оборвал его Прут, — если ты заткнёшься и дыхание побережёшь! Никем мы жертвовать не станем!

— Все не уйдём! Не сможем! Эти гады почти не отстают! — Сунай не переставал то и дело оглядываться на коротышек. — Давайте тогда по-другому, — он махнул рукой вперёд. — Видите, там скальный гребень?

Прут кивнул. Относительно прямой участок горы, по которому они сейчас неслись горными козелами не разбирая дороги, всего в сотне шагов впереди заканчивался. За серым каменистым выступом наверняка их поджидал очередной поворот.

— Как за него завернём, вы наверх лезьте и прячьтесь кто куда!

— А ты?! — удивился Торк.

— А я пого́ню за собой вниз поведу! — Сунай зло ухмыльнулся. — Пошумлю, потаскаю их по колючкам. И домой. А вы подождёте и потихоньку сбежите.

— Это плохой план! — неодобрительно выдохнул Прут.

— Какой есть, другого нет! Придумай свой, — подмигнул ему Сунай, — если сможешь!

— Догонят!

— Это вас догонят! Меня — никогда! — проныра, похоже, ни капли не сомневался в своих силах. — Вы, главное, получше спрячьтесь.

— Ещё бы добежать, — с каждым шагом Торк хрипел всё громче и громче.

— Давай, толстяк, — насмешливо выкрикнул Сунай, — шевели своими жирными окороками!

— Ты кого, жужа навозная, жирным назвал?! — тут же вызверился Торк. — В клочки порву!

— Догони сперва, рохля!

Всё-таки Сунай ещё тот пройдоха. Вовремя сумел поддеть здоровяка. Тот аж возмущённо зарычал в ответ и резко ускорился. Прут оказался бегущим позади всех. До гребня горы оставалось совсем немного.

Вжух! — пронеслось у самого колена копьё и забрякало по камням, чуть не угодив под ноги Торку.

Здоровяк, забавно хрюкнув, подпрыгнул и едва не свалился, приземлившись на вывернувшиеся из-под ног камни. Устоял, еле удержав равновесие, и, чуть прихрамывая, рванул дальше.

А Прут, ловко склонившись на бегу, подхватил вражеское копьё. Впрочем, какое копьё — так, копьецо. Недлинная кривоватая палка, да ещё и с не обструганными толком сучками. Наконечник из плохонького железа, весь в ржавчине и зазубринах. Примотан