Голос Вессема. Радиомолчание - Теа Сандет Страница 77

Наверное, смысл в этом был — на базе только и разговоров было о том, что сделала Аре или чего не сделала. Когда на меня уже начали посматривать с подозрением — не я ли приказала ей стрелять в Рейниса, ведь все знали, что мы не ладили, — на занятие по информационной безопасности явилась капитан Северин.

— У меня есть специальное разрешение от полковника Валлерта показать вам некоторые видеозаписи, — сказала она.

Все замерли.

Она щелкнула пультом, и на большом экране, где обычно писали всякие формулы по баллистике, перед нами развернулась картинка. Все было как тогда — длинный стол, люди в военной форме — чрезвычайная комиссия, а на свидетельском месте я с неприятным чувством узнала себя.

— Рядовая Реталин Корто, группа бета отделения М Шестого специального подразделения Вооруженных сил Центральноевропейской Республики, — услышала я свой голос, и меня передернуло.

Я так разговариваю? Удивительно, что люди вообще со мной общаются. К счастью, это быстро закончилось — половину моих слов из записи вырезали. Потом показали Косту Дейнака — с экрана он говорил о том, что Рейнис допрашивал террористку, пока он обыскивал комнату. Потом Ханнеле и Биргит — они рассказали, как Аре пыталась выболтать наши секреты во время учений, и по кабинету пронесся возмущенный гул. Я покосилась на Эрику — она сидела, не поднимая глаз от стола. Пусть она не знала, в чем соврал Дейнак, но она присутствовала при разговоре Аре и северных девчонок, и понимала, что это, конечно, не ложь, нет. Это правда, просто неверно истолкованная.

Потом были отрывки показаний наших кураторов, всех троих. Они сыпали какими-то техническими терминами и цифрами, называя переменные, которых я не знала.

А потом на свидетельское место вышла девушка в яркой тюремной робе и наручниках. Она держалась скованно, двигалась неуверенно, одна сторона ее лица опухла, под глазом лиловел синяк, но ее волосы по-прежнему нимбом окружали ее лицо, и я ее узнала.

— Меня зовут Квета Хельме, — сказала она хрипло.

Так разговаривают те, кто долго кричал и сорвал голос.

Значит, они знают, подумала я, и сама не поняла, что чувствую — злость или облегчение. Они знают, почему на самом деле Аре стреляла. Сейчас все наши это узнают.

— Я живу в поселке Юстань… бывшем поселке, в пустошах.

Кадр дернулся, словно в этом месте часть записи вырезали.

— …иногда приезжали, но я об этом ничего не знала, — услышала я конец фразы.

— Дальше, — сказал кто-то из членов комиссии.

— Этот парень продолжал задавать вопросы, — сказала Квета. — Он не верил, что я в этом не замешана.

Странно, что Рейнис вообще о чем-то ее спрашивал, подумала я. То, что он ей не поверил, как раз не удивительно.

— Тогда он велел второму парню обыскать соседний дом, и он ушел. И тогда… почти сразу… — девушка запнулась.

Я знала, что она сейчас скажет, и понимала, почему она не может говорить. Рассказать о том, что она пережила, перед всеми этими людьми — словно пережить все это еще раз.

Но Квета начала говорить что-то совсем другое.

— Почти сразу — он успел только еще пару вопросов задать — часть стены обрушилась. Там были двое — девушка в военной форме, в бронежилете, и еще одно… один человек.

— Что вы имеете в виду? — спросил глава комиссии.

— У него было много имплантов, он выглядел странно… очень странно. Он выломал кусок стены и исчез, а девушка подняла автомат и выстрелила в лицо тому парню, что меня допрашивал.

Нет, хотелось мне закричать. Нет, все было не так! Там больше никого не было, и Рейнис тебя не допрашивал, и Аре — она же хотела тебя спасти, стойте, остановите видео, все было не так!

Я вцепилась в край стола так, что пальцы побелели.

Запись оборвалась, и появилась следующая картинка. Это был другой зал, в нем были другие люди, и лишь одного я узнала — полковника Валлерта.

Запись опять пошла не с начала.

— …обнаружили в результате обыска, — говорил он своим низким, хорошо поставленным голосом. — Вероятно, это была только одна из лабораторий, но все остальные будут найдены и ликвидированы в ближайшее время. И я должен заявить, что это были не только взрывчатые вещества, но и гибридные электронные компоненты. Мы нашли следы поспешных сборов — часть оборудования и имплантов успели вывезти. Но на этих снимках, — в этот момент на видео за его спиной появились действительно какие-то снимки, — мы видим, что это боевые импланты, аналоги тех, что использовались во время Гражданской войны в войсках Возрождения Нации.

Я подалась вперед, пытаясь разобрать, что там на фотографиях. Кажется, и впрямь какие-то импланты.

— В ваших планшетах есть подробное описание каждого из них. А также технические характеристики того человека, которого нам удалось захватить.

Какого еще человека, подумала я с недоумением.

На экране был лишь полковник Валлерт, но, судя по гулу голосов, он в зале был не один. Наверное, выступал перед целой кучей народу.

— Все найденное позволяет нам с уверенностью утверждать, — полковник повысил голос, перекрывая шум, — что террористической организации «Ин урма Эва» удалось воссоздать технологию производства Измененных. И прямо сейчас они собирают — в прямом смысле собирают — собственную армию.

Глава 22

Потом об этом много говорили — в новостях, в разных передачах, даже на шоу какие-то звезды высказывались, — но об этом я узнала позже.

А тогда капитан Северин объявила об окончании занятия по информационной безопасности, и все поднялись — нас ждала тренировка. Я тоже встала вместе со всеми, хотя двигалась медленно, заторможено.

Внутри меня кипела такая злость, что, казалось, она сожжет меня изнутри, если я не дам ей выхода. Мой взгляд блуждал по комнате и наконец остановился на Дейнаке. Остальные уже вышли, а он замешкался, и я в два шага оказалась возле него, схватила за плечо, разворачивая к себе лицом, и толкнула, прижав спиной к стене.

— Почему ты не сказал им правду? — прошипела я.

— О чем ты? — спросил он с улыбкой.

Он меня не боялся, и это злило еще больше.

— Ни хрена он ее не допрашивал! Ты вообще видел ее лицо? Она вся в синяках, она…

— А с каких пор это преступление — дать по морде террористу? — с той же улыбкой перебил меня Дейнак.

Я зарычала и врезала кулаком по стене рядом с его лицом — и