Право на личное счастье - Лара Серохвост Страница 72

– Да. – Голос Лео прозвучал неожиданно спокойно.

Анита крепко сжала руль и воскликнула внутри себя: «Ура!»

– Я даже на Оливера совсем не обижаюсь, он человек пожилой, предрассудков много. Ему уже не измениться, закостенел. Это мы с тобой можем пристально рассмотреть наши предубеждения и выкинуть их, а он – нет.

– Не оправдывай его, – голос мужа слегка хрипел.

– Я тоже заметила, что Оливер не рад мне. Чего я могу с этим поделать?!

Лео снова замолчал. Не желает с Анитой папашу обсуждать. Ладно, зайдем с другой стороны. Супруга следует разговорить, пока не ушел окончательно в себя.

– Слушай, что мы все о грустном?! Давай хорошее вспомним. Тебе понравилось наше представление? Гости ведь выпали от изумления, когда ты каравай вынес. Забавно получилось, Соня откусила больше.

Лео заулыбался.

– Смотри, мы их всех порадовали, нас точно запомнили. Скажу без скромности, лучшее поздравление. Так?

– Наверное, – отмазался муж.

– Как тебе мое платье?

– Я его уже видел…

– И все-таки? – настаивала Анита.

– Костюм чудесный, экзотический для наших краев. И станцевала ты замечательно! – похвалил благоверный.

– Спасибо, Львеночек! А скажи, тебе чей наряд больше понравился, мой или невесты? – продолжала расспрос Анита.

– Не знаю, странно сравнивать подвенечное платье и народный костюм.

– Хорошо, попробуем иначе. Чье платье легче рисуется в уме?

– Твое, конечно. Белое оно белое, что там помнить?!

Никто никогда не признается, что внешний вид Аниты получился ярче, красивее и интереснее, дабы не обидеть невесту. Однако все вспомнят именно голубой наряд и кокошник. Трусливые лицемеры!

Глава 14. Взрослый человек

К десяти вечера они вернулись домой. Анита уложила мужа спать, поставив у кровати тазик. Сама прошла на кухню и налила себе чая. Крепкого с чабрецом.

В районе живота созрело напряжение, оно скребло и требовало немедленного внимания. Хорошего не жди! Анита сопротивлялась и игнорировала его, но непоседливый зверек острыми коготками настойчиво карабкался вверх. Тебе придется взглянуть на меня, Анита! Вот он в диафрагме – Анита задыхалась. Вот уже в горле появился ком. Наглый зверь напролом лез в голову, намереваясь явиться в сознание Аниты.

Нет, только не это! Она не желает знать, что не так, она не хочет чувствовать стыд. Он ввергает ее в пропасть, в пустоту, в безлюдную ледяную пустыню небытия.

Ей срочно нужен собеседник, чтобы переварить сегодняшний день. Заодно можно узнать, что думают обычные, не работающие над собственным нравственным ростом, люди по поводу случившегося казуса.

Лара – связь с миром обывателей, рассуждает подобно им и носит неснимаемые розовые очки. Уж сколько Анита объясняла подруге, что не следует быть как все, нужно стремиться к большему, становиться лучшей, только не в коня корм. Лара так и осталась простушкой.

Мнение простого люда Аниту мало интересовало, лишь хотелось узнать, чего ожидать от общества. К возможным нападкам следует подготовиться основательно.

Мелькнула тревожная мысль: вдруг подруга снова примется высмеивать и нападать. Но Анита успокоила себя: последний раз приступ дисфории, а по-простому ненависти ко всему живому, случился у Лары в начале ноября. После подруга быстро пошла на примирение, даже извиняться не пришлось. Вот уже полтора месяца как вменяемая.

Анита кинула сообщение в чат: «Мы уже дома. Лео спит. Как ты?»

Лара сразу же предложила поболтать. Конечно, тоскливо подруге, вокруг ведь никакого интересного собеседника. Попробуй найди подобных Аните?!

Захлебываясь от накативших эмоций, Анита скороговоркой пересказывала день: богатый Роберт, чудесный красный электромобиль для оплывшей дурнушки, церковь, празднование, танец под «Калинку», ахи, охи, каравай, загребущая Соня, каждый гость руку Аните после выступления пожал.

В своем повествовании Анита приблизилась к щепетильной части вечера. Она набрала воздуха, чтобы начать рассказ, но только шумно выдохнула и замолчала.

– Анни, я так понимаю, что-то случилось? – догадалась прозорливая Лара.

– Даже не знаю, как об этом сообщить…, – мялась для проформы Анита.

– Прямо.

– Я пошла переодеться, там темное помещение было. Я подол платья подняла и заметила Роберта, – выпалила скороговоркой Анита.

– Умеешь заинтриговать! Продолжай, – подбодрила подруга.

– Я про увлечение йогой и сильные ноги сначала рассказала. Потом предложила ему зачем-то потрогать прямую мышцу моего бедра.

В трубке раздался хохот вперемежку с хрюканьем. Лара веселилась от души.

– Где это?

– Уж тебе положено знать, столько лет ко мне на занятия ходила. Длинная, продольная, находится посередине бедра, – нервно объяснила Анита.

– Ты ему так и предложила: хотите ощупать прямую мышцу моего изумительно сильного бедра? – Лара снова принялась ржать, теперь уже как кобыла. – Потом можете перейти на осмотр моей прямой по́пиной мышцы. Она тоже сильная, йога творит чудеса.

Лара залилась задорным ребячьим хохотом. Анита было присоединилась и начала хихикать, но резко остановилась. Постойте-ка, смеются-то над ней. Такого она не допустит!

Ледяным голосом Анита произнесла:

– Вообще-то, это большая ягодичная мышца. Какая ты невежда! И знаешь, мне совсем не смешно, потому что черт принес Оливера, Лео и Диану как раз в этот самый момент. Я к тебе за поддержкой обратилась, а ты надо мной потешаешься.

Голос подруги тут же посерьезнел:

– Анни, извини, но ситуация настолько нелепая, что трудно не засмеяться. Ты же взрослая женщина, а делаешь мужчине непристойные предложения. – Лара, не удержавшись, хихикнула.

– Что же я могу поделать, если из-за травматичного детства совсем не знаю, как с мужчинами общаться, – оправдывалась Анита.

– Хватит уже, я эту отмазку слышу не первый год. Я тебе даже памятку написала, чего не следует делать. Там точно есть пункт – не прикасаться, – настаивала подруга.

– Я и не прикасалась, он сам меня потрогал. А этого пункта в твоей бумажке не было. Вот я и пропустила.

– Хватит выкручиваться. Ты знала, что прикосновений следует избегать, – настойчиво обвиняла Лара.

– Откуда же мне знать?! Если бы только папа меня хоть чуток принимал… – продолжала изворачиваться Анита.

– Дело не в отце, а в твоем поведении. Я прекрасно помню, как ты себя с мужчинами вела, после чего тебя по попе хлопали, в углах зажимали, на ужин приглашали, цветы дарили. Только в распущенности ты почему-то всегда обвиняла меня. Может пора признать собственную ответственность – ты поступила некрасиво.

– Какая же ты дерзкая! – неожиданно для нее самой вырвалось у Аниты.

– В смысле? – голос Лары звучал угрожающе.

Сегодня Анита слишком слаба, чтобы еще и с подругой воевать, придется отмотать назад.

– Я просто восхищена тобой, потому что я себе не позволяю так смело высказывать личное мнение о чужой жизни.

– Анни, я потеряла нить