Твоя измена. Тест на отцовство - Айрин Лакс Страница 7

Справа височную долю пронзило резким приступом сильнейшей мигрени. Она навалилась вместе с мыслями о словах Вовы, о том, как Слава катал и Стешу, как она облизывалась на машину и долго терлась рядом с ней. Где была я в этот момент? Черт... Я, как истинная хозяйка, пошла в дом. Привезли доставку еды, кое-какие сложные закуски, которые не было смысла пытаться повторять самой в домашних условиях. Я расплатилась с курьером, вынимала еду из пакетов, раскладывала, расставляла, потом отвлеклась на Марианну, она не успела дойти до горшка...

Вот она, жизнь в декрете: у домашней мамочки вся голова забита: дом, готовка, уборка, уход за маленьким ребенком, а в это время любимый муж катает девочек на новой спортивной тачке. Возможно, катает не только на тачке, но и на... Боже! Я представила это и мне стало физически больно. Как будто воткнули в сердце нож и провернули несколько раз. Не могла не думать. В мысли упорно лезла Стеша. Из увиденного вчера на кухне: как она гладила Славу по плечам, с видом, будто бы откусила от него кусочек, а потом утащила себе целиком!

Я пыталась не злиться, не накручивать себя. Но я не могла отрицать очевидные факты: Слава не сбросил с себя рук Стеши. Он просто действовал уклончиво, но и не отпихнул ее, не одернул. Боже, как бы мне хотелось, чтобы он поставил ее на место. Чтобы мой любимый, которого я ласкала, обернулся и посмотрел холодно на прилипалу, одернул ее строго словами, что он женат и любит меня. Но ничего из этого Слава не сделал. НИ-ЧЕ-ГО! А слова Стеши?! Она обозвала нашу доченьку, грязно ругнулась... Как у нее вообще язык повернулся назвать маленькую кроху “выродком”.

Я тоже хороша, не сразу заткнула пасть этой гадине. Все ждала, что Слава это сделает! Но Слава не сделал ничего, а потом я ушла укладывать спать дочку. Поставила на место Стешу только сегодня, но весь поздний вечер и всю ночь она была в нашем доме. Всю чертову ночь...

Мысли завертелись в моей голове еще сильнее, еще быстрее, еще пагубнее. Я задыхалась. Я сгорала от черной ревности, от яда... Если бы Стеша попалась мне сейчас на глаза, я бы полезла в драку. Наверняка бы сорвалась, хотя никогда не понимала дерущихся женщин, это смотрелось некрасиво со стороны. Но плевать на красоту, сейчас я бы исполосовала холеную, сытую физиономию Стеши до кровавых отметин. До ярких полос.

Боже, как сложно. Меня бросало в ледяной жар и швыряло в кипяток. Выходит, что возможностей было предостаточно: и до, и после... Пока я спала, пока занималась домом, пока... Пока верила гадине. которая действовала неспеша, чтобы пробраться в наш дом. Ведь не сразу, не нахрапом она это сделала. Два с половиной года втиралась в доверие, по капле просачивалась...

— Мама, это кафета? — раздался вопросик дочурки.

И только потом я очнулась. Оказывается, я так и сидела, с этой оберткой в руках. Дочка заинтересовалась яркой упаковкой.

— Нет, Мари, это не конфета. Это кака, — сказала я.

Достала телефон, сфотографировала улику и сунула себе в карман. После гадкой находки я была сама не своя, мы гуляли с дочерью, но я чувствовала, как на моем сердце сильно похолодало. Пальцы то и дело потряхивало нервной дрожью.

***

Позвонила Зоя, пригласила в кафе-мороженое, дети выклянчили у них с Вовой поход на детскую площадку, и подруга позвала меня. Я не планировала сегодня никуда ехать, но посмотрела на себя в зеркало: бледная, глаза горят, волосы в хвостике с самого утра. Нет, нельзя так!

— Да, Зой, я приеду. Только стирку закину, быстро соберусь.

— Окей, давай. Мы тоже только собираемся. Знаю наших копуш, через часа полтора только будем на месте.

— Марианна, хочешь гулять? На лошадках покатаемся, — позвала я дочку.

Разумеется, она хотела, залопотала, радостно захлопала пухлыми ладошками, растопырив пальчики. Сладкая моя, самая лучшая, а как вкусно она пахнет! Боже...

— Папа де? — снова заладила, думая, что папа тоже будет с нами.

— Папа на работе. Сейчас мы с тобой одеваться пойдем, да?

Я открыла корзину с грязным бельем, начала загружать пижамы в машинку для стирки, следующей лежала светло-серая рубашка Славы. Я вспомнила, как он вчера пошел ее сменить, сказал, что облился выпивкой. Я автоматически проверила, где пятно, надо ли его застирывать руками, и вдруг застыла: на воротничке хорошо виднелся след от помады. Кораллового цвета. У Стеши вчера на губах была такая же... Я скомкала рубашку и швырнула ее в сторону, бросила под ноги. Злость вспыхнула с новой силой. Слава меня за идиотку держит, что ли? Я разозлилась, взяла телефон и набрала номер мужа...

Глава 7

В голове крутятся сотни, тысячи слов, которые я хочу сказать мужу. Буквально вывалить на него все — и факты, и обиду, и даже переживания! Если он мне изменяет, как он мог? После того, как на коленях умолял вернуться и дать второй, но, по сути, даже третий шанс нашим отношениям? Как вспомню его после нашего разрыва — потерянного, осунувшегося, с диким, блуждающим взглядом. Я подала на развод, и Слава не находил себе места, молил о прощении, прилетал ко мне каждую неделю. С мамой рассорился, пожертвовал многим, чтобы вновь со мной помириться. И зачем? Зачем ты это делал, хочется мне спросить?! Если при первой же возможности Стеша вильнула хвостом, и Слава повелся? Боже, я сейчас взорвусь? И что мне скажет Слава? Неужели снова будет напирать, будто его опоили, что он был как словно не в себе, что если не кончил, то это не измена вовсе?!

Хожу беспокойно, пальцы трясутся. Не сразу попадаю по нужным клавишам! Но вот я нажимаю на трубку вызова и подношу телефон к уху. Набираю воздух, считаю до трех. Один-два-три, надо успокоиться и попытаться не повышать голос с первой же минуты разговора! Но вместо возможности поговорить с супругом я получаю равнодушные гудки. Долгие-долгие, бесконечно мучительные гудки без ответа. Слава не отвечает, включается автоответчик. Я сбрасываю. Набираю снова. Не отвечает. Захожу в чат: Слава не онлайн. Бросаю ему короткое сообщение: “Перезвони, это очень срочно!”

Хочется плакать от бессилия. Но что еще я могу сейчас сделать? Звонить снова и снова? Изводить себя в мучительном ожидании?