Скуф. Маг на отдыхе 5 - Максим Злобин Страница 61

А впрочем, вот же и альтушки. Видимо, наконец-то натанцевались, угомонились и двинули по своим комнатам спать; всё-таки у девчонок ещё целый завтрашний день в запасе на то, чтобы хлебнуть аристократической жизни.

— Кадеты! — крикнул я, подзывая девушек к себе, и в этот же самый момент…

— Бах! — выстрел.

Раздался он сразу же везде и отовсюду, и от него у меня внутри сразу же похолодело. Этот звук ни с чем не спутаешь. Так стреляет Царь-Пушка.

Изначально этот памятник литейного искусства был просто памятником. Лишь спустя несколько сотен лет для него выковали подходящие ядра, и лишь спустя ещё несколько додумались зачаровать и превратить эту бронзовую махину в артефакт. Не помню, где точно пушка расположена территориально, но её выстрел сейчас был слышен по всей Москве.

И да…

Самое что хреновое…

В новейшей истории Царь-Пушка стреляла всего лишь в трёх случаях. А именно: начало войны, конец войны и, мать его так, смена монарха.

Не смерть и не воцарение, а именно, что переход власти. Поскольку совсем без власти страна быть не может.

И не успел грохот окончательно стихнуть, как с улицы в холл вошли люди в форме личной императорской гвардии. Много. С оружием. Вот ведь сука! А Петенька не так прост; разыграл всё как по нотам!

Нашёл повод — спасибо баронессе Шестаковой — собрал весь цвет Империи в одном дворце, окружил его, и вперёд. И действовать начал в самое гадкое время, пока все спят. Чую кадровые перестановки. Отстранение неугодных, приближение угодных, и всё это произойдёт одним махом за несколько судьбоносных часов.

Чёрный, мать его, обед, вот только надеюсь, что без обезглавливаний.

И в нашу сторону, кстати, тоже двинулись. Сразу же. Немолодой гвардеец расплылся в улыбке, лишь завидев меня, а рожа его как будто бы мне знакома…

— Скуфидо-о-онский! — протянул урод. — Вот и свиделись снова!

Ну точно же! Это тот самый лейб-гвардейский командирчик, которого я потушил возле цирка Сакраменто. Как его там?

— Чичканов, — небрежно отдал честь гвардеец. — Виталий Евгеньевич. У меня документы на ваш арест, — и протянул мне бумагу. — С подписью Его Величества Петра Петровича, всё как полагается. Вам вменяется убийство двух иностранных подданных…

Убийство⁈ Это Уильям, что же, своих людей ради такого дела в расход пустил⁈ Не удивлюсь, если так.

— Ну что? — спросил Чичканов, вообще никак не скрывая злорадство. — Будете оказывать сопротивление, или решим всё тихо?

— Насколько мне известно, Пётр Петрович…

— Император, ага, — чёрт в погонах разулыбался пуще прежнего. — А его папеньку признали недееспособным. Неужели вы не слышали выстрел Царь-Пушки, Скуфидонский? У вас со слухом беда?

Краем глаза я заметил, как напряглись альтушки. Смотрят исподлобья, кулаки жмут и подбираются к нам всё ближе и ближе.

— Императором, Пётр Петрович станет только после коронации, — напомнил я. — Пока он лишь престолоблюститель.

— Это лишь формальность, — дёрнул щекой Чичканов. — Положения дел она не меняет. Власть в стране принадлежит Петру Петровичу, и всякий, кто в этом усомнится, — изменник.

Слова были сказаны, и я их услышал. Этот урод только повода ждёт, чтобы за мной и остальных утащить.

— Полагаю, у вас есть документы только на мой арест? — спросил я.

— Пока что, да, — гад понял подтекст и плотоядно глянул на девушек. — Следствие пока ещё только в самом начале, но мы обязательно накажем всех виновных.

Чичканов сейчас явно упивался своей недоместью. Прям большая птица, ага, разрешили арест произвести. Тут же на шум из зала вышла Елизавета Григорьевна, и одного лишь взгляда на ситуацию хватило княгине, чтобы понять в чём дело. Понять, но явно не принять.

— Василий?

— Всё нормально, душа моя, — улыбнулся я, а потом добавил: — Группа «Альта»! — скомандовал, пока не произошло непоправимое. — Приказ: возвращайтесь в Удалёнку. Прямо сейчас.

— Но, Василий Иванович…

— Это приказ! — рявкнул я. — Не смейте идти против Империи! И ты, Лиза, — я обратился к будущей жене. — Не дай дурёхам себя скомпрометировать, это сейчас очень важно.

— Я присмотрю за ними, не переживай, — пообещала княгиня.

Затем быстро поцеловала меня в губы и чуть ли не за шиворот потащила альтушек к выходу. Как есть — в бальных платьях и без вещей. Правильно-правильно, сейчас всё так и надо. Лишняя секунда может стоить очень дорого.

Потому как в голове у меня стояли слова старого Императора. И они заставляли взглянуть на ситуацию совсем с другой стороны.

— Расступитесь! — прикрикнула Лиза на гвардейцев, что стояли на дверях, и… вышла.

А следом за ней и девчонки выбрались без приключений. Ну а я… я вроде как арестован.

— Следуйте за мной, Скуфидонский…

Глава 24

Вдали по коридору раздался топот, и загремели ключи. Затем окошечко в мою камеру приоткрылось и:

— Василий Иванович, — недовольно засопел завхоз, высверливая меня колючим взглядом.

— Да-да? — невозмутимо спросил я, оторвавшись от книги.

— Что же вы балуетесь-то, а? Что же вы мне казённое имущество ломаете? Я-то в чём перед вами провинился, что вы меня так подставляете?

Вопрос, конечно, резонный. Но вот ведь какая заковыка — его «казённое имущество» пыталось из меня магию высосать. Не навсегда, понятное дело, но заглушить в моменте. Довольно сильный артефакт медленного и накопительного действия, который со временем и на время лишил бы меня возможности пользовать сырую энергию.

А мне оно надо?

А мне оно не надо. Вообще не надо. Я здесь по доброй воле сижу, а вот на большее категорически не согласен. Потому-то и разломал артефакты к чёртовой матери, ибо нечего. Всего поддался ему самую малость, так что хватанула «пиявка» моей энергии через край, обожралась и «сдохла».

— Прошу простить, — пожал я плечами. — Природа моя такова, и ничего я с этим поделать не могу. Защитные механизмы, все дела.

— Понятно, — поджал губы завхоз. — Тогда я вас переводить не стану.

— А и не надо меня переводить, — ответил я. — Мне и здесь хорошо.

Где находится это самое «здесь», я, по правде говоря, пока что не имел ни малейшего понятия. То