Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин Страница 59

— Девушка, от которой ты нос воротишь, весьма наблюдательна и образована. То, что во мне есть дарковская кровь, начала подозревать довольно скоро. А раз я не-человек, то в формулировке заклятия наметилась очевидная прореха. В вынюхивании юридических слабостей я с тобой не сравнюсь, но кое-что все же понимаю. Удалось поговорить, и даже без обмороков, — не без гордости поведала Теа.

— Про ту часть дарковской крови Теа я выспрашивать и разбалтывать даже не думаю, — заверила Розг. — Она сказала, что это не только ее тайна, а мне, собственно, это не принципиально, хотя я всяких дарков и полукровок видела, к хозяйке кто только не приходил. Хотя любопытно — Теа совершеннейшим человеком выглядит, я дарковское едва разглядела. Мучают догадки и предположения.

— Любопытство отложим до лучших времен. Нас твоя хозяйка в большей степени интересовала из-за заклятья, что тебя так ловко обляпало. Что-то прояснилось с породой магии, а, Теа?

— Я заходила к научникам, проконсультировалась, у них там есть список с систематизацией. Правда, с огромными прорехами. Но на первый взгляд ничего особенного: лечебное колдовство с упором на сны-ужасы.

— Именно сны? — задумчиво переспросил Ква.

— Да. А что это меняет?

— Не меняет. Просто еще одно совпадение. Потом будем разбираться, это терпит. Не будет терпеть, если у тебя, Розг, воздействие активнее пойдет. Как с пальцами?

— Сдается, ты о цвете пальцев девушки только что не особо и думал, — не замедлила съехидничать Бывшая. — Нормально у нее с пальцами, пока не растет чернота, чувствительность и прочее более чем на высоте. У нее без перчаток пальцы приятно-прохладные. Ногти чуть отрастить, лаком покрыть, так такие пальчики будут…

— Дамы, я вам не указ, я уже Бывший, да и вообще нерешительный вялый долгодум, — печально сказал Ква. — Но я к вам очень хорошо отношусь, потому и предупреждаю: не заигрывайтесь всерьез. Баловство это одно, а глубоко телесные и сердечные отношения — другое. Не надо одно с другим путать.

— Да кто путает? Никто не путает! — оскалилась Теа. — Мы лишь черноту и побочные явления изучали. Вместе с Доком, между прочим. И Фратта имелся, он поэтически размышлял и комментировал.

— Как же без этого умника, — вздохнул отставной шпион. — Розг, тебя магия на пальцах сильно нервирует?

— Беспокоит, — призналась девушка. — На меня магия воздействовала отраженно, краем, а такие осколки заклятий непредсказуемы. У меня пальцы гореть должны, а не холодить. Да я этого обстоятельства сама и не чувствую. Маг-специалист по такому дробленому заклятию может и вообще не отыскаться. С Доком говорили, он предполагает, что за Океаном «профильных» колдунов не так много. Это, как говориться, «по предварительным данным».

— Найдется специалист, даже не сомневайся, — сказал Ква. — Не там, так еще где-нибудь, поищем, возможности есть. Это у нас непосредственно сейчас со временем и возможностями туго. Кстати, нужно Дока и Лонре попросить — пусть какую-то дощечку с шаблон-ладонью сделают, чтоб динамику заклятья можно было отслеживать и отмечать.

Теа хихикнула:

— Запоздал ты. Уже сделали. Про пальцы Розг многие в команде знают, просто думают, что ладони когда-то медицинской кислотой обожгло, с аптечным приготовлением лекарств такое бывает. Девушке же все равно с ранеными и больными работать, вечно скрывать руки нет смысла. «Легенду» разом с Доком и придумали.

— Разумно. Что-то запаздываю я, туплю, не все вижу, — с горечью сказал отставной шпион.

— Добавь «это старость» и тяжко вздохни, — подколола Бывшая. — Слышь, дряхленький, а до рассвета еще время-то есть. Спасай девушек. Иначе мы в пучину порока рухнем, а ты виноват будешь.

— Я, может, и не прочь, но так нельзя.

— Это почему? Никто не увидит. И не виляй — самого поджимает. И нас. Давай мы тебя уговорим и соблазним, — проурчала Теа, прижимаясь не то чтобы плечом.

— Действительно, господин Рудна, ночь-то какая — промурлыкала вторая обманщица, лаская блеском локонов битую щеку шпиона. — Позвольте себе миг свободы. Да и нам, заодно. Три мига, всего-то…

Ква обреченно понял, что добьют и уложат. Ибо не железный. Да еще где-то во тьме навевала крепкие сладкие сны морякам Блоод, сюда она не подойдет, но полон ночной ветер искушений, шепчут о них ветви пальм, да и в оба уха шепчут. Придется пойти на компромисс. Ситуация-то безвыходная.

— Так нельзя. Всё еще сложнее станет, — прошептал Ква, выполняя свой долг — долг голоса здравого смысла — до конца. — Мы… и вы… берем заведомо неверный пример.

— Да наплевать.

— Наплевать… — прошептали обе хором.

Если нравственное падение неизбежно, имеет смысл его возглавить. Дабы все не пали слишком глубоко. Ибо потом из пропасти выбираться замучаешься.

…нет, возглавить Ква ничего не удалось — тут все оказались удивительно упоротыми в своих плотских устремлениях, отставному шпиону пришлось соответствовать. Временами закрывал глаз, чтоб не видеть самого отвязного и самому не проявить позорную поспешность. Обошлось. Тело восторгалось, железные шпионская воля и прочее натренированное существо сполна проявили себя, разум ушел гулять по дальнему берегу лагуны. Ух!

Вообще это был очень короткий момент безумия. Берег тесной лагуны — не то место, где можно вольные любовные эксперименты экспериментировать. Об этом все помнили, стоны были едва слышны, игра тел быстра и настойчива. Но мало не показалось.

Дамы исчезли в темноте. За руки держась, исчезли. Негодяйки. Штаны любовника, правда, вернули на место и даже завязали. По ощущениям от господина Рудна только эти пустые штанцы и остались. В смысле, абсолютно опустел кошель, валялся обобранным до дна никчемным мешочком.

К богам Ква обращался редко, вот и сейчас это не имело смысла. Тупо смотрел на звезды. Телесно было хорошо. Вот очень хорошо, лучше и не бывало. А вернувшийся разум панически бегал по песку вокруг шпиона, хватался за голову. Наверное, рвал бы на себе волосы, но разум изначально лысоват, что там вырвешь-то…

Что это было? Вообще не имелось такого в плане, даже близко не имелось. Кто кого использовал и с какой целью? Или это цель и была — проглотить стон блаженство, кусая себе язык? Но это же неразумно. Кто в столь короткие игры играет, тут же все умные.

Ква сел, вернул под сорочку «брюшко» и вяло попытался отряхнуться от песка. Хуже всего было