Протокол "Наследник" - Александра Лисина Страница 58

Когда же я задумчиво коснулся экрана, то оказалось, что во вкладке, посвященной нашему классу, есть дополнительная функция — оказывается, если тыкнуть на крохотную звездочку рядом с именем, то можно вызвать скрытую панель, которая покажет количество накопленных учеником баллов.

Так, у Айрда на счету имелся лишь один балл, который на экране подсвечивался спокойным зеленым светом. У Идни — половина балла. У большей части мальчишек баланс был нулевым. И лишь у парня, который не смог позавчера ответить на простейший вопрос на теории магии, гордо красовался минус один.

У меня, как ни странно, баланс тоже оказался положительным. Но откуда там взялась четверть балла, я догадался не сразу. И лишь когда вспомнил, что лэн Штассэ прямо на уроке подарил нам с Айрдом по четвертинке за хорошие ответы, успокоился — значит, со мной еще не все плохо. И велика вероятность, что уже на следующей неделе я смогу нормально подняться.

Две субботних пары я прожил спокойно. Баллов не заработал, но и не потерял. Ни с кем не поругался. Заодно про этикет узнал кое-что полезное, вспомнил, что такое обществознание, растряс на информацию свою персональную справочную, так что можно сказать, день начался неплохо.

А вот Айрд на занятиях так и не появился. И на завтраке я его тоже не увидел. Одноклассники на эту тему со мной общаться категорически отказались, приспешники Босхо вообще окрысились, словно я их лидера собственноручно макнул головой в дерьмо. И только Идни потихоньку сообщил, что блеклая надпись в файлах означает серьезные неприятности для ученика, и что чаще всего такое бывает, когда кто-то из мальчишек отправляется в карцер.

— В карцер? — нахмурился я, когда Идни, воровато оглянувшись, ушел.

На картах не имелось упоминаний ни про какой карцер. Да и в правилах школы подобная мера наказания прописана не была. Это что же, лэн Моринэ — садист? Или настолько проникся армейским духом, что и наказания для учеников применяет, как для военных преступников?

Помня о требовании директора посетить лазарет, я сразу же после уроков отправился к лэну Нортэну, попутно задумавшись, о чем еще умалчивают школьные правила.

Доктор на этот раз моему визиту не удивился, однако поинтересовался причиной, по которой лэн директор потребовал провести углубленное обследование.

Я скрывать не стал и рассказал ему то же, что и господину Моринэ.

— Глупости какие, — фыркнул на это маг, настраивая работу кресла. — Сглаз? Магия проклятий? Такие вещи пропустить невозможно! Но раз надо, значит, надо. Садись и не дергайся. А еще лучше — попробуй уснуть, потому что сегодня времени на проверку уйдет гораздо больше.

Я послушно закрыл глаза, хотя спать, разумеется, не стал. И те полтора рэйна, во время которых доктор что-то химичил с разноцветным полем, потратил на размышления.

В частности, я решил, что насчет Айрда, если завтра он не появится в учебном корпусе, надо будет выяснить поподробнее. Что с ним? Надолго ли загремел в карцер? Ну не за поломку же мебели, в самом деле, его посадили в одиночку⁈ Хотя, может, директор воспользовался детектором лжи и узнал про несостоявшуюся драку? Но даже в этом случае наказание виделось мне неадекватно суровым, и я считал, что, несмотря ни на что, подобного обращения мелкий говнюк не заслужил.

Теперь насчет подвала и капсулы…

Тщательно взвесив все за и против, я пришел к выводу, что незаметно попасть в подвал будет непросто. Изначально я планировал сделать вылазку ночью, однако не нашел способа на постоянной основе покидать жилой корпус после отбоя. Наличие камеры, информация с которой уходила на пост охраны в режиме онлайн, сильно ограничивала меня в перемещениях. Да, моя комната располагалась вне зоны ее видимости, однако в той части коридора не было окон, через которые я мог бы беспрепятственно выбраться. А окна в моей собственной комнате, в душевой и в туалетах не имели открывающихся створок и позволяли проветривать помещения лишь через крошечные форточки, через которые я при всем желании не протиснусь.

Камеры, конечно, можно обмануть, но даже если использовать видео с закольцованной записью, то следующим препятствием для меня станут электронные замки. В том числе и тот, что находится на единственной двери нашего корпуса.

Допустим, Эмма сможет его взломать. И все остальные замки по пути к цели она тоже благополучно вскроет. Но что делать с идентификационным браслетом, который должен записывать все мои перемещения и исправно передавать их на школьные серверы?

Вчера мы на эту тему обстоятельно поговорили, и Эмма огорошила меня известием, что если обычная информация уходила с идентификатора дважды в сутки, то встроенный в него маячок функционировал в непрерывном режиме.

Если бы мне требовалось покинуть жилой корпус всего один раз, проблем бы не было — мимолетный сбой и потеря данных за несколько рэйнов никого не насторожит. Но доступ в Сеть требовался мне далеко не единожды. А чем чаще Эмма будет вмешиваться в работу браслета, тем выше риск, что это кто-то заметит.

Вчера я также пытался понять, сможет ли она стереть оттуда лишние данные или же перезаписать их так, чтобы казалось, будто в нужное время я нахожусь у себя в комнате.

Оказалось, нет. Не сможет. И оставить браслет в комнате у меня тоже не получится — блокировка сигнала от маячка, как и потеря контакта с носителем, тут же всполошит охрану. Ну а поскольку сам сигнал зашифрован, то сымитировать его и поддерживать на протяжении нескольких рэйнов моя подруга, скорее всего, не сможет. Вернее, сможет, но для этого ей придется находиться не дальше двадцати трех с небольшим метров от браслета. А поскольку без Эммы я уйти не смогу, то этот вариант, разумеется, отпадал.

Бессонная ночь тоже несла для меня определенную угрозу. Пару-тройку раз я, конечно, переживу, но если гулять после отбоя на постоянной основе, мне станет сложнее учиться. Всего одна ошибка на правописании, и минус балл тут же обеспечен. Потеря внимания на математике, неровная линия на рисовании, сонный вид на теории магии или невыполнение домашки…

В общем, проще было использовать для прогулок личное время. Те