Скуф. Маг на отдыхе 5 - Максим Злобин Страница 49

Мистификация.

Какое слово подобрано красивое. Я-то думал, что это называется несколько иначе. Похищение, например. Или принуждение. Ан-нет, «мистификация». Нужно запомнить на всякий случай, вдруг придётся покатать кого-нибудь в багажнике с мешком на голове… Мистификация…

— Даже если всё так, — продолжила Фонвизина, — то жених проявил не только изобретательность, но и стержень. Поступил, как настоящий мужчина, взял и увёз. И пускай я таких методов не одобряю, но что ни делается, всё к лучшему.

Каждое следующее слово Елизавета Григорьевна говорила всё тише и медленней. Точно сомневается. Хотя… нет, слово неподходящее. Трезвеет она, постепенно понимая, что натворила и чему не воспрепятствовала. Может, дочь свою с тем же мешком на голове представила.

— Всё к лучшему, — выдохнула она обречённо.

Главное сейчас не спугнуть просыпающееся здравомыслие. И даже наоборот! Подтолкнуть к нему. Ну а как — это уж я разберусь.

— К лучшему? — переспросил я, сделал шаг вперёд и приобнял княгиню за талию.

— Василий Иванович!

— К лучшему? И это говоришь ты? Давай по-честному, Лиза, — я пересёк разом все личные барьеры, нагло вторгаясь в личное пространство. — Ты прожила столько лет, не зная ни счастья, ни любви, положив всё, что могла, в интересах рода. Скажи, ты хотя бы один день жила так, как хотела сама? Уверен, что нет. Ты хочешь такой же судьбы для своей дочери?

— Василий, что вы…

— Ваш род и без того богат. И знатен, — вбивал я слова, как гвозди. — И влиятелен. У вас и так всего в достатке. Поверь, твоя дочь гораздо быстрее возвысит и род Фонвизиных, и всю Империю сама, своими силами, безо всяких мужей…

Без мужей, регистрации и СМС. Да девушка реально в историю войдёт, если ей не мешать!

— Собственно говоря, именно это она и собиралась сделать. Именно об этом и говорила мне буквально недавно. А теперь я спрошу ещё раз: скажи, Лиза, ты хочешь счастья для своей дочери и… лично для себя?

И последний аргумент — поцелуй. Жирная такая, убедительная точка в моём спиче. Вот тебе и изобретательность, ага, и стержень.

Реакция княгини на такое была предсказуема. Сперва она распахнула свои зелёные глазищи, не до конца веря в происходящее, тоненько запищала и начала шлёпать меня по плечам. Однако очень скоро писк утих, руки успокоились и легли мне на плечи, а взгляд стал томным и мечтательным. Княгиня ответила на поцелуй и в какой-то степени даже проявила инициативу.

Должно быть, Арнольд за дверью сейчас с ума сошёл. Не понимал, бедняга, как ему должно поступить. То ли спасать хозяйку, а то ли наоборот удалиться и не смущать незримым присутствием.

Сколько мы так простояли — не знаю; время сейчас стало понятием субъективным. Но когда всё закончилось:

— Ладно, — чуть отдышавшись сказала княгиня и зачем-то принялась поправлять волосы, хотя я к ним даже не притрагивался. — Вы очень убедительны, Василий.

— Я знаю.

— Но, — Лиза одёрнула платье, — если всё так, как говорите вы, то пусть Ольга лично скажет мне, чего хочет.

Погодите-ка…

— Минутку, — нахмурился я. — То есть ты не вызывала её к себе?

— Нет… я… я просто подыграла и устроила молодым встречу тет-а-тет.

— Куда они поехали?

— Что?

— Куда они поехали⁈

Княгиня задумалась.

— Кажется, я знаю куда…

* * *

— Перезвони мне! — кричала Дольче.

Суворовцы в данный момент выстроились перед зрителями и по очереди выходили вперёд, демонстрируя свои навыки владения стихийной магией. Подобными номерами публику развлекали весь вечер — в перерывах между танцами и примерно раз в час, чтобы оно не успело надоесть.

— Я буду ждать!

А кричала Катя Чертанова черноволосому парнишке в кителе, который как раз раскручивал прямо перед собой огненную спираль.

— Перезвони, слышишь! Восемь! Девятьсот двадцать девять…

— Катя, мы ещё вернёмся.

— Пять девять девять!

— Катя, пошли.

— Шесть девять! Шесть…

— Кадет Дольче, выполнять приказ!

Не знаю, что ждёт нас впереди и насколько вызволение Фонвизиной-младшей будет опасным, но группу «Альта» я здесь не оставлю. Точно не оставлю. Если каждая из них умудрилась влипнуть в остросюжетную историю в Удалёнке, где вокруг лишь Лёхин лес и карликовые козлы, то что тогда говорить про императорский бал?

Каждая из них несёт в себе потенциальную угрозу. А я не из тех, кто торжественно вручает дошколятам спички и потом охает, глядя на пожарище.

— Какой же он хороший. Какой ми-и-и-илый, — протянула Чертанова, наконец, устремив свои стопы на выход. — И так же трогательно он пытается колдовать. Как будто новорождённый оленёнок на ножки встать пытается…

Если княгиня Фонвизина права, то времени у нас совсем мало.

Нужно спешить!

Бегом мы поднялись на второй этаж дворца. Туда, где располагались гостевые покои. Я был готов ехать прямо так, а вот девушкам стоило хоть немножечко подготовиться.

Чем хороша группа «Альта», так это тем, что всё снаряжение кадетов можно уместить в обычный целлофановый пакет. Кастеты Шамы, корона Смертиной, хлыст Чертановой, да вот и всё. Ромашка и Стеклова — боевые единицы сами в себе.

Другой момент, что девчонкам было откровенно не во что переодеться. Я искренне полагал, что на балу у Императора нам не понадобится походная форма одежды. И потому-то чемоданы альтушек были сплошь забиты платьями.

Но!

Девчонки далеко не дуры и сами озаботились о сменной удобной обуви, потому что проходить на каблуках двое суток — то ещё испытание. Сам не пробовал, конечно, но представляю.

Итого, через две минуты мои бойцы в бальных платьях и кроссовках были готовы, а внизу нас уже ждал транспорт. С транспортом помогла Елизавета Григорьевна — сама она как столичная жительница прибыла на лимузине всё с тем же Арнольдом за рулём.

И да, пожалуй, нужно взять назад мои слова насчёт того, что лимузины это пошло. Зато вместительно и практично.

— Едем-едем-едем, — поторапливал я альтушек, пропуская в лимузин.

Водитель дал по газам сразу же, стоило только двери захлопнуться. По всей видимости, Лиза уже начинает нервничать и понимает, как сглупила.

Девчонки полезли вперёд, включать музыку, играться с подсветкой и изо всех сил делать вид, что даже не собираются греть уши, ну а я сел рядышком с княгиней. За всей