Бывшая будущая жена офицера - Елизавета Найт Страница 46

— Андрей здесь потому, что он настоящий отец Дениса. Не Паша! А вы украли моего сына, хотя знали, что мы с Пашей разводимся и мальчик не ваш внук!

— Галя? — взгляд Георгия Ивановича вспыхивает удивлением и непонимаем. — Галя, это правда?

— Да что ты эту идиотку слушаешь? — начинает нервничать свекровь.

Вот так номер, она не сказала мужу правду! Она-то прекрасно знала, что Денис ей неродной. И Паша знал, и Ольга! А вот отцу они решили не говорить. Мрази!

— Она ребёнка бросала на соседей, когда ей нужно было потрахаться с этим... — ядовито шипит свекровь. — Что молчишь, тварь, или язык проглотила? Правда глаза колет? А мы все знаем! Паша нашёл свидетелей! Мы подали встречную претензию в суд! И в ПДН! Тебя лишат родительских прав. Таких сук, как ты, к детям подпускать нельзя. Ты Дениса больше никогда не увидишь, я его воспитаю, человеком сделаю, нам даже деньги твои потаскушечьи не нужны...

Внутри меня словно тумблер щёлкает — слишком долго я терпела. В памяти всплывают картинки её вмешательства в нашу с Пашей жизнь, её «добрые» советы, после которых Паша становился сам не свой, вспоминаю её сына, которого она уже воспитала «настоящим» мужиком, который без зазрения совести бьёт женщин, изменяет, ведёт себя как тиран, ворует, ставит жизнь своих товарищей и защитников Родины под удар, ради собственной наживы.

Я действую на рефлексах.

Перегибаюсь через стол и влепляю ей пощёчину.

Ладонь моментально взрывается острой болью тысяч вогнанных под кожу раскалённых жал.

Злобные крики свекрови обрываются на полуслове, а на её щеке медленно растекается болезненный отёк и яркий след от моей ладони.

— Где. Наш. Сын? — в повисшей тишине чеканю каждый слог.

Глава 57

— Офицер! Офицер! — голос свекрови срывается в истерику. — Вы видели? Вы видели? Она ударила меня! Арестуйте её! Тварь...

Галина Петровна вскакивает и собирается броситься к следователю, что стоит перед стеллажом.

Но на месте её удерживает муж.

Георгий Иванович перехватывает жену за руку и практически швыряет обратно на стул.

— Сядь! — рявкает он негромко, но с такой внутренней силой, но женщина подчиняется.

Во взгляде свекрови мелькает удивление и обида.

— Жора...

— Заткнись. Ты уже довольно сказала, — обрывает он жену, а потом переводит болезненный взгляд усталых глаз на меня.

Он смотрит долго, прожигает меня насквозь, изучает, пытается что-то понять или разглядеть.

А я стою, не шелохнувшись, и не отвожу глаза.

Мне кажется, что сейчас в сознании этого человека происходит что-то очень важное и ни мои слова, ни убеждения не помогут. Он должен понять всё сам.

— Денис не мой внук? — в его голосе звучит неприкрытая тоска.

— Нет, — мой голос дрожит.

— Паша знал?

— С самого начала. Я рассказала ему. Он предложил расписаться ради ребёнка. Сказал, что моему сыну нужен отец.

В ответ на мои слова свекровь шипит. Но открыть рот не решается.

— А этот? — Георгий Иванович кивает на застывшего рядом со мной Андрея. — Где был?

Я собираю волю в кулак, чтобы не расплакаться прямо здесь при всех.

— С Андреем у нас вышло недопонимание. Он уехал на похороны родного человека, а... ваш сын сказал мне, что Андрей меня бросил. Я посчитала, что в таком случае имею право не говорить о сыне. Вот так и вышло.

Свёкор хмурится, свекровь недовольно фырчит, но опять молчит.

— А ты что скажешь? — Георгий Иванович обращается к Андрею. — Почему ты сказал, что мой сын пока ещё офицер? Что натворил этот оболдуй?

— Жора, да что такое ты говоришь? Наш сын...

— Наш сын, наш сын! — передразнивает её свёкор. — Тьфу! Слушать противно! Наш сын балбес! И я хочу знать, что он натворил.

— Павел Ваулин украл и продал несколько тонн сухих пайков со склада округа. И прямо сейчас его уже задержали и, скорее всего, везут на допрос.

При этих словах челюсти Георгия Ивановича сжимаются до хруста, а следом сжимаются и огромные кулаки.

А вот свекровь бледнеет.

— Враньё! Мой Паша...

— Заткнись, мать! Лучше думай, как мы будем выбираться из того дерьма, в которые ты вместе со своим сыночкой-корзиночкой нас втянула! — рявкает он.

После короткого стука дверь открывается и в кабинет входит наш комбат в сопровождении ещё одного следователя.

— Мы просмотрели запись с регистратора. Запись говно. Ночь, плохо видно. Можно рассмотреть дом, рядом с которым они припарковались. Но куда именно отвели ребёнка или кто его забрал, на камеру не попало.

Свёкор бьёт кулаком по столу так сильно, что Галина Петровна вскрикивает. А затем мужчина поднимается.

— Идём, Лера! — голос Георгия Ивановича звучит устало. — Я покажу, куда мы отвезли Дениску!

— Жора, не смей! — взвизгивает свекровь. Но муж на неё даже не смотрит. — Я же рассказывала тебе, какая она плохая мать!

— Плохая мать — это ты, Галя! А Лера — хорошая мать! Пойдём, дочка!

Глава 58

— Подождите! — у самого выхода из участка нас останавливает следователь. Он делает знак дежурному придержать турникет. — Нужно вызвать наряд ППС или конвой, оформить документы.

У меня на глаза наворачиваются слёзы. Я смотрю на часы. На дворе глубокая ночь. И если наряд ППС ещё можно где-то найти, то вот конвой очень вряд ли. Рота конвоя только в ближайшем областном центре. До него больше часа. Пока отправят вызов, раньше утра его никто не обработает. Пока утром конвой сменится, пока соберётся, пока доедут, пока оформят здесь, пока мы все поедем за Денисом... Как я поняла, Дениса передали кому-то именно в городе!

Мы просто потеряем время!

Мне становится дурно только от одной мысли, что мой малыш всё это время будет неизвестно где, один!

— Гражданин Ваулин Георгий Иванович арестован? Или задержан? Или проходит, как свидетель? — Андрей встаёт рядом со следователем и схлёстывается с ним взглядами.

— Пока проходит как свидетель, — щурится следователь.

— В так случае у меня к вам огромная просьба, — Андрей опускает свою ладонь следователю на плечо и пожимает. Но это знак не устрашения. Нет. Скорее так он хочет показать следователю свою боль и просит об участии. — Под мою личную ответственность. Разрешите мне забрать свидетеля. Я лично привезу его назад.

Следователь почти такой же высокий и крепкий, как сам Андрей, буравит его тяжёлым нечитаемым взглядом.

— У вас есть дети, майор? — спрашивает Андрей, и что-то во взгляде следователя меняется.

— Я еду с вами! — кивает майор. — Только ключи от машины возьму.

Я медленно выдыхаю, а свёкор неожиданно тепло пожимает мою ладонь.

— Держись, Лера. Вернём нашего Дениса!