Танец большого секрета - Алина Цебро Страница 44

— Кстати, я принёс домой собаку, — Лукас слегка чешет затылок, думаю, что этот жест означает лёгкое смущение с его стороны.

— Собаку?

Это отвлекает меня, не знаю, как насчёт этой женщины, но я заинтересована. Я всегда мечтала о домашнем животном, но недавно в моей жизни появилась моя копия в кошачьем мире, и, кажется, этого было достаточно… Но собака.

— Маленький доберман, я нашёл его в приюте, его кто-то выбросил и сломал ухо. Мне показалось это будет прекрасным подарком для тебя.

— Доберман? — переспросила я, не веря. — Это… это… прекрасно, — я почувствовала, как в груди теплеет.

Но София фыркнула, и всё тепло испарилось. Ну чего ей ещё надо, а?

— Это прекрасно, но сможете ли вы его содержать, это не игрушка.

— Это вопрос?

Я не перевела на неё взгляд, показывая неуважение, но мне плевать на эту женщину примерно так же, как и ей на меня. За такие разговоры со мной, я бы давно ей вмазала, но Лукас… не сделал мне плохо, а значит она заслужила, хотя бы ради него.

Чёртово моё доброе сердце, изменённое Райаном.

Вот блин.

Ужин — как я и предполагала прошёл просто… никак. София постоянно пыталась меня поддеть, Лукас сглаживал углы, а его отец молчал, поедая еду, и лишь изредка бросал взгляд на телефон. Вот уж, учитывая, какие секреты он хранит от жены, мог бы и поддержать меня. Он знает, что я в курсе, и знает, что Лукас ничего не знает.

Секреты, секреты, секреты… Они окружают, маня в свои капканы, которые захлопнутся, отрезав руку, ногу, а то и голову.

И бац….

И бац.

Рид уже испытал это на себе…

Сердце колет, когда я об этом думаю, но не из-за смерти, а из-за состояния Райана. Мне не хотелось делать ему больно.

Мы уже собирались уходить, как София вдруг произнесла:

— Ну что, едем домой? Хочу увидеть щенка и попить вашего чая.

Ну кто бы сомневался, ведьма, что ты захочешь чего-то подобного. К счастью, я была готова, и по дому так же распиханы мою люди, готовые в любой момент свернуть ей шею.

— Конечно, — улыбнулась мило.

В этот самый момент у нас с Лукасом зазвонили телефоны, мы переглянулись и приняли вызовы.

— Да?

Голос отца был холоден, а фразы коротки, он отдавал приказ, а не звонил, чтобы узнать как дела.

— Офис. Три минуты, хакер захвачен.

Я просто отключилась сама, первая. Ответ не нужен.

Снова переглянулась с Лукасом.

— То же самое?

Он уже смотрел на меня, его лицо было каменным.

— Да, — кивнула.

Мы не попрощались, я так и не надела пальто, а потащила его в руках, когда мы бегом направились к машине.

Его мать что-то орала сзади, но нам было насрать. Господи, как же приятно, что она там с пеной у рта кричит, понимая, что увидит лишь наши задницы.

Я пристегнулась сразу же, как запрыгнула в автомобиль, за руль которого сел Лукас.

Потому что мне было до жути интересно, кто такой смертник. Он попался, ведь знал, что не выйдет оттуда живым.

Глава 48 "Нет"

Оливия

Офис встречал нас запахом полированного дерева и сухого кондиционированного воздуха, от которого першило в горле. Каждый шаг по коридору отдавался эхом внутри черепа, будто я шла по собственным нервам. Живот свело внезапно и больно, но не от голода, не от усталости, а от чего-то тонкого и ядовитого, что ползло изнутри, обвиваясь вокруг ребер, сжимая легкие. Я остановилась у санузла, показав Лукасу, что зайду на минутку. Он, естественно, пару секунд просканировав меня своим взглядом, сказал, что пойдёт прямо в кабинет Ривера, чтобы тот не думал, будто мы опоздали.

Заперевшись, я уставилась в зеркало. Мои рыжие волосы, собранные в тугой пучок, казались чужими, слишком яркими на фоне лица, выцветшего до меловой белизны. В глазах стоял испуг, но под ним что-то горячее, гневное, почти звериное. Я вытащила телефон. Пальцы дрожали, когда набирала имя Райана. Сообщение вышло коротким, будто вырванным из груди: «Я тебя люблю».

Тишина. Ни звука уведомления. Ни мигающего огонька. Я набрала его номер, решив позвонить.

— Абонент недоступен.

Слова ударили в виски. Я прислонилась лбом к холодному зеркалу. Что, если отец решил убрать его раньше срока? Что, если я сейчас выйду и услышу: «Ты свободна. Он мертв. Приказ снят»? Что, если я уже не смогу ничего изменить?

Я встала. Умылась, смыла помаду, стерла тушь, оставив ресницы беззащитными и бледными. Вытащила из сумочки маленький флакон крема, нанесла его легкими движениями. Лицо стало прозрачным, почти призрачным, но глаза вспыхнули — глубокие, зеленые. Взяла чёрный карандаш и подвела их. Да, так я точно была похожа на ходячего мертвеца, но мне было всё равно.

Кабинет отца был пуст. Секретарь кивнул мне без слов, предупредив, что все спустились в подвал… в допросную.

Я шла, чувствуя, как пульс стучит в висках, как будто пытается вырваться наружу. Дверь скрипнула, и я увидела их: отца, Лукаса, двоих незнакомцев у дальней стены. Одного узнала сразу, это был связной, а второй, если мне не изменяет память головорез, который… исполняет приказы.

Отец говорил спокойно, я даже удивилась, каким спокойствием он сейчас обладал.

— Слишком просто его обнаружили, до этого они отлично скрывались, а сейчас, помимо того, что выкрали папку, так ещё и рассекретили себя.

Лукас стоял рядом, но в его позе было что-то напряженное, рваное. Когда я вошла, он обернулся и в его глазах, я прочитала не просто тревогу, а настоящий ужас, прикрытый маской контроля. Он подошел быстро, без пафоса, обнял меня коротко, по-деловому, но его пальцы сжали мои плечи почти болезненно. Повернул меня лицом к отцу.

— Хорошо, ты пришла. Проведешь допрос. Тот, кто занимается этим опаздывает, улетел отдыхать, не предупредив. Возможно, этот, — он кивнул за стену. — Решит рассказать всё, подумав, что девочек обижать нельзя.

Он вложил в мои дрожащие руки тонкую папку с черной обложкой. Я сжала ее, будто это могло удержать меня на плаву. И тут же услышала — почти в самое ухо, так тихо, что, возможно, это был просто шепот внутри моего черепа:

— Лив, держись. И просто не показывай эмоций. Вообще. Ничего не показывай.

Мне не понравились его слова. Я вздрогнула. Меня начало трясти — не от холода, не от страха, а от внезапного, всепоглощающего осознания, что внутри меня что-то ломается.