По закону гор - Марина Анатольевна Кистяева Страница 40

А потом слегла. Почти на неделю.

И сегодня все те демоны, что терзали ее в болезни, вернулись. Глупо, конечно, но Янину пробрал жуткий страх.

Она даже под одеяло с головой нырнула. Потом разозлилась на себя, откинула его и вскочила.

Она не переодевалась. Не во что было. А с Касьяном говорить про одежду для сна… Что он ей предложит? Свою футболку?

О том, чтобы надеть его футболку, не могло быть и речи.

Хотя…

От мысли, что подобное может произойти, сердце скатилось в живот.

Нет…

Она не выдержит.

Янина вышла из спальни. Дом не спал. Она задержалась на минуту, уперев руки в стену. В висках барабанило.

Она точно решила? Ей это точно надо?

Нет. Но ноги несли вперед, ее точно невидимая сила толкала.

Янина осторожно пошла по коридору, стараясь не скрипеть половицами. Точнее, паркетом.

Так же осторожно она спустилась вниз.

Касьяна она увидела в той же комнате. Он сидел у камина с початой бутылкой вина. Пил прямо из горла.

А ведь он не пьет. За время знакомства она ни разу не видела его даже за пивом. Точнее, видела, но за безалкогольным.

А тут… Горло свело неприятной судорогой.

Из-за нее все!.. Из-за нее…

А еще он почти сразу отреагировал на ее появление. Услышав ее шаги, повернул голову на звук.

Янину точно снесло невидимой волной.

– Не лучшая идея, Янин.

– Я знаю.

Они оба поняли, про что он.

Янина сделала еще несколько шагов к нему.

Он отвернулся и поднес бутылку к губам.

Она осторожно опустилась на шкуру рядом с ним, соблюдая дистанцию, достаточную, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Но достаточно близко, чтобы ощущать исходящее именно от него тепло.

Янина уставилась на огонь. Пламя плясало, поглощая поленья, и его гипнотический ритм немного успокаивал вихрь внутри.

– Не могу уснуть.

Она это ему сказала или себя оправдывала?

Касьян повернул голову к ней. Она видела боковым зрением его движения.

Чувствовала, насколько он близко…

И это пламя. Этот огонь.

Как в сказке...

А у сказок в большинстве случае счастливый конец.

– Еще не успокоилась? Что-то болит? – отреагировал Касьян.

Вот зачем он так?..

– Нет. – Для пущей убедительности она покачала головой, все еще не в силах встретиться с ним взглядом. – Просто... не люблю метель.

– Почему?

Янина замялась. Огонь давал успокоение, его тепло ласкало кожу.

– Папу в метель забрали.

Касьян не стал комментировать.

Наверное, он знал какую-то часть ее истории. Про то, что отца посадили и он умер в тюрьме – так точно.

Как Янина ни старалась, тоска о близких людях выедала душу. Еще не отболело. Да и отболит ли когда-то.

Касьян сделал еще один глоток вина, его горло двигалось медленно и размеренно.

– Тебе не предлагаю.

Она едва заметно улыбнулась.

– Не надо... я не люблю алкоголь.

Они замолчали. Треск огня и завывание ветра создавали интересный контраст.

Это молчание было странно комфортным, не таким тяжелым, как раньше.

– Расскажи о себе, – нарушил тишину Касьян. – Ты не спешишь раскрываться.

Янина, сама того не замечая, сгребла шкуру.

Вон он, удобный случай! Расскажи…

О тех флешбэках, которые не дают тебе спокойно жить.

Но Янина мысленно поставила блок. Сегодня и так было достаточно эмоций. Куда уж больше.

И это вечер еще не закончился.

– Привык, что девчонки в твоем обществе балаболят без устали? – Янина постаралась не выдать себя, даже улыбнулась.

Она видела, как вокруг него вьются девчонки. Слышала, с какой регулярной частотой его обсуждают.

А он...

Тут сердце пропустило удар.

Он ни разу при ней не проявил интереса к какой-либо другой девочке.

– Нет. – Касьян криво усмехнулся, снова делая глоток. – Я сам не особо разговорчив. Не люблю пустую болтовню.

– Я заметила.

Что-то в нем изменилось. Янина уловила эти изменения на уровне инстинктов. У нее на загривке волосы зашевелились, честное слово!

– А что ты еще заметила?

Пока она лихорадочно соображала, как увернуться от щекотливого вопроса, Касьян пошел ва-банк.

Он, точно делал это десятки раз, развернулся и лег ей на колени, запрокинув голову так, чтобы видеть ее лицо.

Пульс у Янины мгновенно разогнался до немыслимых частот.

– Эй… – протестующе прошептала она.

По ее телу прокатился жар. И огонь тут был ни при чем.

– Тс-с-с...

Он прикрыл глаза.

– Я ничего тебе не сделаю. Давай уже, Янина, рассказывай о себе.

Сердце ударило по ребрам. Адреналин скакнул до десятибалльной отметки. Это было безумием. Чистой воды.

Но мало того что она не скинула его с ног, так ее пальцы, будто живущие сами по себе, сначала осторожно опустились ему на плечо.

Какой же он... твердый. И горячий. Безумно просто.

И мускулы такие... впечатляющие.

Янина поджала губы. Она точно не спит? И она точно не попала ни в какую параллельную реальность?

Его штормило. Она знала. Его кидало из крайности в крайность. То, что между ними случилось часом ранее, – такой же выброс адреналина, как и у нее сейчас.

Он испугался за нее. Она это видела. Там, у машины…

А дальше все покатилось, понеслось.

И вот сейчас он лежал у нее на коленях. Дышал через раз. Его грудь поднималась и опускалась неравномерно. Он волновался, так получалось?

Этот вопрос был риторическим.

Она мысленно выдохнула.

И пошла дальше. Сместила руку выше. Пальцы сами скользнули в его короткие, удивительно мягкие волосы и начали их перебирать, ощущая каждую прядку.

Она глубоко вздохнула.

Треск камина успокаивал.

Присутствие Касьяна успокаивало.

– Последние три года были сложными, – начала она, голос все-таки дрогнул. – После папы все рухнуло. Мама тоже не справилась. Они сильно любили друг друга. Она старалась, я видела... Но не смогла. Я иногда думала, что их любовь как лебединая…

Она остановилась. Продолжать было тяжело.

Она почти ни с кем не разговаривала про то свое прошлое. Зачем? Те, кто был вокруг, и так все знали.

Крупное тело Касьяна напряглось.

– Ты хочешь такую же любовь?

Янина улыбнулась и еще плотнее начала всматриваться в огонь.

– Какие интересные ты вопросы задаешь.

– Какие уж есть.

Он вроде бы улыбнулся.

– Я очень благодарна твоим родителям за помощь. Меня же и в институт не хотели брать...