Предатель. Цена прощения - Александра Багирова Страница 37

Он принял все и продолжил жить дальше. В то время как я оплакивала нашего сына, меня вынудили к браку, и принесли… его ребенка.

Да, это Родя, мой сын. И я его безумно люблю, а также сильно ненавижу Степана.

Он развлекается с бабами, он получил от моего отца все, что хотел и даже больше. У него все сложилось. И только я ничего не могу забыть. Я выживаю. Сражаюсь за право просто жить и быть матерью.

Нет и не может быть ему прощения и понимания!

Единственно, что непонятно в этой истории, кто нанял Раю?

Но у меня сейчас столько проблем, что мне явно не до того, чтобы копаться в прошлом. Мне надо обезопасить Родиона, вернуть своего сына.

Но Адам конкретно выбесил! Да, я знала, что он полезет вынюхивать. Такой уж мой братец, всегда и везде свой нос засунет.

Но на что он рассчитывал, поведав мне эту историю?

Что я смягчусь к Степану?

Нет, моя злость стала еще больше. Хотя куда уж больше?

Катаюсь по городу еще несколько часов. Периодически набираю Родю, спрашиваю, все ли у него хорошо. У сына все нормально, Синичкин в нашей спальне.

Вот от этих слов, мне домой совсем не хочется. А надо… меня связали по рукам и ногам.

Дома меня встречает только Родион и няня. Птица не появляется.

- Мам, все нормально? – интересуется.

- Да, родной. Все хорошо. Просто устала, - Родион едва заметно качает головой.

Иду с сыном в его комнату, и там сижу до глубокой ночи. Болтаю с ним, смотрим фильм. Но вижу, что сын уже засыпает, укладываю его. И нехотя плетусь в спальню.

А там… море цветом, алые лепестки роз на полу, свечи, накрытый стол, заправленная красным атласом кровать, и гвоздь программы Синичкин в темно-синем халате.

Нет! Нет! Нет!

Только не это!

Он хочет… нервно сглатываю…

- Дорогая, я терпеливо тебя ждал, - подходит ко мне, становится на одно колено и вручает мне букет.

Как же хочется отхлестать его этим букетом по клюву.

Держусь. Ради своего малыша. Я обязана сдерживаться.

- А я… я очень устала, с ног валюсь.

- Так мы сейчас все исправим! – сияет белозубой лыбой. – Сейчас тебе массаж сделаю, а ты еще не знаешь, я мастер в этом деле, и не только в нем.

- У меня правда уже глаза закрываются, - даже удивляюсь, как миролюбиво звучит мой голос.

- Дорогая, увиливать больше не получится. Ты же хочешь, чтобы наш сын поскорее к нам вернулся. Да, да, наш, - самодовольно кивает. – Обещаю, я приму его как родного. Всех воспитаем, я тебя во всем поддержу! Мы будем самой счастливой семьей! – он когда это мелет, у него в глазах такой одержимый блеск, что мне кажется, он реально верит в этот бред.

И этим он еще более опасен.

- Пить хочу, - киваю на стол.

Надо хоть как-то его отвлечь.

- Конечно, дорогая, - поднимается с колена. Семенит к столу и приносит мне бокал.

И тут меня ударяет догадкой! Пить нельзя!

Сразу вспоминается история Адама. Степана уже споили. Вдруг Синичкин тем же путем пойдет. И я проснусь обнаженная с ним рядом…

От такой перспективы у меня темнеет в глазах.

- Попробуй, божественный вкус.

Разжимаю пальцы. Бокал падает на пол и разбивается.

- Ой, какая я неуклюжая. Говорю же совсем измоталась.

- Намек понял, - Синичкин неожиданно подхватывает меня на руки и несет к постели, параллельно впивается засосом мне в шею.

Стискиваю зубы от омерзения и боли.

Потом он облизывает мне шею, тяжело дышит.

- Как же я долго тебя ждал, Виолетта. Как же я тебя хочу. Сегодня ты станешь моей, - и голос, полностью одержимый. Пугающий…

Осознаю… он не остановится… Он дико завелся.

Лихорадочно ищу выход. И ничего не могу придумать.

И тут раздается стук в двери. Не дожидаясь моего ответа, дверь открывается, показывается голова Родиона.

- Мам, мне приснился страшный сон, я боюсь. Не могу спать один, - не обращая внимания, что Синичкин держит меня на руках около постели, на весь антураж спальни, забирается под одеяло. – Мам, иди ко мне. Мне очень страшно.

Ни разу Родион не приходил ко мне в спальню, со словами, что ему страшно. Не жаловался на кошмары. Даже будучи совсем малышом.

Глава 52

Наутро, когда отвожу Родиона в школу, он ничего не спрашивает. Я не поднимаю тему. Хотя безумно ему благодарна.

Если бы не сын… даже страшно подумать, что со мной бы случилось.

Безумно им горжусь. Передаю это не словами, взглядом.

Придет время, и мы обязательно откровенно обо всем поговорим.

- Ты сейчас куда? – интересуется деловым тоном.

- Снимать надо. Работать.

- Хорошо.

Работы у меня и правда много. Но я попытаюсь ее еще больше растянуть. Что угодно, лишь бы не пересекаться с муженьком, который обещал быстро уладить свои вопросы и вернуться домой. Намекая… на что он еще может намекать…

Сейчас Синичкин поехал решать вопросы по своему бизнесу, встретиться с управляющим, он хочет все снова вернуть в свои руки. На это мне плевать. Я никогда не претендовала на его деньги и копейки из них не потратила.

Пусть бы забирал свою фирму, сказал, где мой сын и исчез с горизонта.

Но о таком раскладе я могу только мечтать.

- Я тебя из школы заберу и вместе до вечера побудем, - сообщаю сыну.

- Отлично. Буду рад.

Вариант у меня сейчас один, хоть и плохо прикрываться ребенком, но мне нельзя оставаться с Синичкиным наедине.

Сыграть пару я смогу. Но только не спать с ним. Этого я уже не вынесу. А вариантов как этого избежать у меня практически нет. Только Родион может помочь, еще гостей домой позвать если что.

Я загружаю себя работой днем. Забираю сына со школы, мы обедаем в ресторане. Потом неплохо проводим время в городе. А вечером я притаскиваю домой своего оператора. Мы устраиваем съемки в квартире до ночи. Мы снимаем кучу ненужных дублей, в которых меня якобы что-то не нравится.

Синичкин молчит. Но бесится. Вижу, как яростно сверкают его глаза.

А ночью едва я выхожу из ванной, замечаю Родиона у нас в постели.

Мысленно расцеловываю сына. Какой же он