Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин Страница 34

храма Вдовы, и Святого Якоря, и Маячной Лампы — все вторят в один голос — без меня господина Фоксси не отыскать. Я добилась встречи с самой Эстратой Глорской, она снизошла и раскинула свои гадательные строки. Мы прочли: «Она и он в пути пересекутся, узла судьбы затянута та нить». Что ж, мне пришлось оставить дом. Я готова рискнуть всем, но вернуть свою единственную судьбу. Вот — друг моего мужа господин Рудна согласился взять меня в этот поход и по-семейному опекать. Долг завет меня за море, я понимаю, что будет трудно, но такова воля богов. Так что попрошу не приставать ко мне с глупостями и романтикой в этом плаванье.

Хорош сказала Лиска, этак искренне, с достойной долей женской наивности и сдержанного блеска глаз. Общение с актерами опер и борделей дало положительный результат. Донельзя романтичная особа, этого не отнять.

— Команда искренне надеется, что вы отыщите свою потерю, — опять же с некоторой неоднозначностью молвил капитан Хелси, и рявкнул строю: — Не так ли, господа моряки⁈

Команда выразила невнятное, но единодушное подтверждение-одобрение. Теперь морячкам надолго хватит тем для сплетен и обсуждений — милашка Фоксси и ее опрометчивый дурень-муж, это ж почти готовая сага.

— Завершаем подготовку и отваливаем! Боцман — за дело! — скомандовал капитан. — Господа пассажиры могут устраиваться в своих каютах.

Пассажирские каюты располагались в корме напротив офицерских: столь же, гм… компактные, но недурно обставленные и с окнами. Отделка полированной дорогой древесиной, оживляющая тесный интерьер сдержанная резьба и латунные плашки. Свободных кают было три — Док сейчас мог занять крайнюю, хотя у него имелся собственный выгороженный кабинет в трюмном лазаретном отделении. Там, правда, без окон, зато даже попросторнее, с мягким диваном, а еще есть привинченный, пока непорочный операционный стол, могущий сойти за шикарный письменный. Вообще «Лапа Ворона» со специализированным трюмным отделением на двадцать одного раненого-больного была первым экспериментальным грузо-госпитальным судном, построенным с учетом подобных возможностей. Да, где на морских просторах бродил плавучий госпиталь доктора Краффа — корабль уже успевший стать легендой, внезапно доказавший, что поверья и байки бывают не только жуткими, но и замечательно спасительными. Но ту морскую легенду Ква так пока и не довелось увидеть лично. Зато у отставного шпиона имелась собственная небольшая сказка, можно сказать рукотворная и придуманная не без его личного участия. Сейчас пассажиры стояли и любовались в благоговейной тишине.

— Истинное достижение цивилизации, — молвил Док, заглядывая в темную матовую глубину. — Поздравляю, Ква! Это черненое серебро?

— Более сложный сплав. Собственно, именно сток и бак оказались самыми сложными в производстве, — пояснил Ква. — Но поздравлять рано. Аппарат прошел лишь предварительные испытания, на полноценные нам не хватило времени. В продаже этих устройств еще нет. Проверяются. Мы, так сказать, рискуем. Но не слишком-то рискуем, он не опасный.

— Прильнуть и целовать, ибо дух от восторга в недра души накатывает, — молвил Фратта, поглаживая полированную крышку. — Но как же… вот в такую красоту… и это вот…? Извиняюсь, леди. Попросту страшно, боги такой сквернотой возмутятся.

— Ты можешь не рисковать, — заверил отставной вор. — Ходи в матросский гальюн, это позволит тебе побыстрее перезнакомиться с нашей славной командой. Но долив воды и опорожнение бака — твоя обязанность. Жидкость должна приятно пахнуть, там есть малый бочок с освежителем. Если вдруг оно не работает, засорилось и пованивает, скажешь нам. Мы с Лонре займемся ремонтом.

— Сочту за честь, — признался старый матрос-мастер. — Замечательная штуковина!

— Чудо! — только и сказала Теа.

Да, походно-морской нужник «Капитан-Нель-1» мог считаться одним из самых прогрессивных достижений современной технической науки. Проектировали его несколько лет, Ква лично опросил уйму Пришлых, причем некоторые из них, как оказалось, вообще не знали, что такое «био-туалет». Потом Ква и мастера начали искать возможные технические решения. Самими полезными оказались советы многознающей Лот-Ты — у них на кораблике уже давно изловчились приспосабливать к технике малую долю магии. Аппарат получился весьма недурственным для первенца, но нужно дорабатывать, и лишь потом запускать в серийное производство в мастерских верфи «Нельсон и Ко». Ква вполне сознавал, что особых барышей производство дорогущих устройств не принесет, но ответственный предприниматель обязан позаботиться и о совершенствовании гармонии мира. Такова традиция, пусть и немного спорная, но в данном случае вполне соответствующая заботе о собственной зад… хм, личной безопасности.

Помещение для уборной тоже было предусмотрено заранее — вход из двух соседних кают, и из коридорчика, надежные щеколды имеются. Что ж, многие трудности морского пути заранее слегка смягчены. Но не все, конечно.

На палубе раздалась команда «отдать швартовые!», и «Ворон», влекомый двумя буксирными лодками, почти неощутимо качнулся, отходя от причала. Началось!

— Пойду, устроюсь, разберу библиотеку, — сказал бывший вор. — Редкий случай — мне придется отдыхать, а я совершенно не готов. Справлюсь ли?

* * *

С отдыхом Ква справлялся, хотя имелись трудности. Главным неприятным сюрпризом оказалось хроническое раздражение кожи на животе — постоянное ношение набрюшника повлекло это досадное неудобство. «Ходит, башкой вертит, живот чешет, словно блохастый» — втихомолку ворчали матросы.

Шел «Ворон» через океан, простиралась вокруг огромная скучная и бесконечная вода, в двух полетах стрелы от напарника двигался крупный силуэт «Молнии Нельсона». Курс был знаком, капитаны эти воды знали недурно, погода благоприятствовала, серьезных происшествий не случалось, в помощи страхующих коллег не возникало необходимости. Давно миновали времена бесстрашных рисковых первопроходцев командора Найти, нынче в подобных походах не таилось никакой романтики — вон, госпожа Теа, может подтвердить.

Самому Ква рутина путешествия в большей степени нравилась, чем наоборот. Наконец-то можно было планировать день и разобраться с накопившимися делами. Никаких срочных сообщений о грабежах и засадах разбойников, очередных заговорах «крестовых», никаких внезапных долинных гостей и свалившихся в ручей (совершенно случайно, с пробного трансручейного плота) куриц. Ничто не отвлекает, сиди себе, думай и работай.

С командой отношения установились очень точные: ощущалось легкое презрение к скучному малозаметному пассажиру, но без перегибов — должная вежливость соблюдалась, все же начальственный типчик, пусть и бесполезный. С капитаном общались ровно и лишь за общими обедами-ужинами, разговоры «ни о чем», особо и не засиживались. Фратта служил без нареканий, хотя поначалу слегка путался в корабельных порядках, но изживал объяснимую сухопутную недотепость, развлекал команду великолепными фразами, в общем, вжился. Лонре и Док были все время заняты: пустующий лазарет превратился в мастерскую, и отчасти, в клуб — туда ходили матросы, корабельный плотник так