По ту сторону боли есть любовь. Мой спаситель - Лика П. Страница 34

Он понял. Нервный срыв.

– Всё хорошо. Всё уже закончилось, – говорил спокойно, одевая её. Но внутри… внутри кипело. Он злился. На себя. «Не надо было тянуть. Надо было сразу забрать её из этой дыры. Так, как я привык поступать – без обсуждений. Просто взять и увести, – корил он себя в своих мыслях. – Зря пошёл у неё на поводу», – выдохнув, продолжал терзаться про себя.

– Что ты… Зачем это?.. – прошептала она хрипло.

– Я должен был это сделать раньше. Ты переезжаешь ко мне. За вещами вернёмся, когда скажешь.

– Дим… – она хотела что-то добавить.

– Ни слова больше, – мягко вытер слёзы с её покрасневшего лица.

– Я не против… – она положила ладонь себе на горло. Ей трудно было говорить.

– Не надо говорить. Молчи. Сейчас мы едем домой.

Он взял сумку и, приобняв её за плечо, повёл на выход.

– Утром приедет врач и осмотрит тебя.

Глава 26.

Дмитрий впервые привёз Свету в свой загородный коттедж.

Раньше их короткие встречи проходили в его городской квартире, где он бывал редко.

Воронов держал девушку за руку, когда они вошли. Света шла медленно, иногда оглядывалась, проявляя интерес к интерьеру. Но руку не отпускала. Даже наоборот – чуть сильнее сжала его пальцы. Сейчас ей было нужно его тепло как никогда прежде.

Она держалась – внешне спокойная, ровная, будто нападение Бориса не оставило и следа. Её выдавало лишь дыхание и напряжённые плечи.

Дмитрий поставил сумку с вещами Светланы на банкетку. Они оба молчали. Да, слова им были не нужны… не в данной ситуации.

Света сняла пуховик и обувь. Дмитрий кивнул ей, молча приглашая следовать за собой, и повёл наверх.

В ванной он включил горячую воду. Пар поднялся почти сразу.

Дмитрий повернулся к Свете и, подойдя ближе, медленно начал снимать с неё одежду.

Не торопился. Просто аккуратно освобождал её от вещей. Слой за слоем – как будто снимал с неё весь кошмар, который она сегодня пережила.

Света не сопротивлялась, старалась стоять расслабленно и смотрела на него.

Черты лица Воронова заострились, челюсть чуть напряглась, когда он увидел синяки и тонкие царапины на бёдрах и на груди.

«Не надо было… Не надо было оставлять её одну… Это моя вина, только моя», – корил себя Дмитрий, осторожно трогая и осматривая хрупкое тело.

Он провёл пальцами по её плечу, почти не надавливая. Коснулся бедра, где был синяк. Легко, едва трогая. На его лице ничего не изменилось. Только в глазах стало темнее, он мысленно выругался, коротко и глухо.

Аккуратно взял её за руку и завёл под душ.

Горячая вода сразу залила её плечи, спину, бёдра. Света покрылась мурашками. Вздрогнув, глубоко вдохнула горячий воздух, будто до этого и вовсе не дышала.

Крупные капли стекали дорожками по сильной спине Воронова, каждая мышца чётко выделялась под мокрой кожей – сильный, тяжёлый, настоящий.

Дмитрий не стал брать мочалку, чтобы не причинить боли – только руками: тёплыми, сильными, аккуратными, и поэтому выдавил гель на руку.

Он медленно провёл ладонями по её плечам, по спине, по бокам.

Пальцы двигались осторожно, будто проверяя, не больно ли ей.

Света дрожала. Сначала от напряжения, потом – от тепла, от его заботы. Слёзы стекали по лицу, смешиваясь с водой.

Дима не смотрел ей в глаза, но видел, как подрагивали её плечи, как вздрагивала грудь на вдохах. Он всё понимал. И знал: утешения сейчас ничего не изменят.

Ни одного лишнего движения. Только его ладони, только вода, только молчаливое присутствие рядом.

Когда Света ослабла и чуть не съехала по плитке вниз, он подхватил её. Обнял крепче, придержал. Не говоря ни слова, выключил воду и осторожно вынес её из душевой. Обернул Лану в большое полотенце. Вытер быстро, но аккуратно – так, как вытирают маленьких детей, боясь причинить боль.

Из шкафа достал свой махровый халат, который был ей велик. Закатал рукава и аккуратно завязал пояс на талии.

Сам накинул спортивные штаны и натянул футболку, без спешки, без церемоний. Потом взял её за руку.

– Пошли на кухню, – сказал просто, с теплотой во взгляде.

Света кивнула молча, но в этом кивке было всё: согласие, усталость, благодарность.

Они шли рядом.

Кухня встретила их мягким полумраком. Тёплый свет над столом, ровный гул холодильника, запах свежего дерева и лёгкий аромат кофе висели в воздухе.

Дмитрий отпустил её руку только тогда, когда они вошли внутрь. Он повернулся к ней, его движения были спокойными и уверенными.

– Ты режешь овощи, я займусь мясом, – тихо сказал он.

Света кивнула, взяла нож. Пальцы девушки двигались медленно, сосредоточенно, будто она старалась поймать ритм этой новой тишины между ними.

Он подошёл к мойке, занялся куриным филе, мельком поглядывая на неё через плечо.

Они работали молча, каждый занимался своим делом. Иногда их взгляды пересекались. Света ловила его взгляд – ровный, сильный, спокойный – и сразу возвращала глаза к разделочной доске.

Они двигались вокруг кухни как единый организм: точно, слаженно, будто всё происходило само собой.

Лана нарезала морковь. Один кусочек соскользнул на пол. Она резко нагнулась, но Дмитрий мягко перехватил её запястье до того, как она успела поднять овощ.

– Я сам, – коротко сказал он.

И в этих словах было всё: он рядом, готов подставить плечо – без лишних слов и вопросов. Такого у неё раньше не было… В той, прошлой жизни – точно не было.

Воронов поднял морковь, выбросил её в мусорку и мимоходом коснулся её спины – легко, как нечто само собой разумеющееся, будто отмечая: она его женщина.

В какой-то момент он подошёл ближе, чтобы достать специи с верхней полки. Тело девушки невольно напряглось, почувствовав твёрдую грудь Димы за своей спиной.

Он не сделал ни одного лишнего движения. Не обнял, не прижал. Просто стоял рядом, в паре сантиметров.

Тихий. Огромный. Надёжный.

Его ладонь случайно скользнула по её руке, обжигая кожу даже через ткань халата. Света замерла. Несколько секунд смотрела на его сильную, венистую кисть, лежащую поверх её. Потом тихо закрыла глаза, позволяя себе на мгновение раствориться в этом прикосновении.

Она откинула голову ему на грудь и прошептала:

– Дима… Димочка мой.

Он накрыл её плечи ладонями. Сдерживал себя, но внутри бушевали эмоции.

– Всё будет хорошо, девочка моя. Ты мне веришь?

Света едва заметно кивнула.

– Всегда.

Дмитрий на секунду закрыл глаза и осторожно обнял её сзади. Её «всегда» было для него бесценным. На миг сердце пропустило удар.

– Хорошая моя…

Мир за стенами кухни исчез. Остались