Проклятое зелье - А. Мирт Страница 30

— Это ошибка? — с дрожащими от волнения руками спросила Корнелия. Но по её шокированному выражению лица было непонятно, хотела ли бы она, чтобы это оказалось так. Она повернулась к лорду: — Отец? Ты выглядишь слишком спокойным для такой новости, будь это правдой.

— Пожалуй, — кивнул Стедд и улыбнулся: — Просто я уже это знал, — при этом он словно невзначай скользнул по мне взглядом. Ага, случайно, но так, чтобы Корн это заметил!

Хитрый лис! А ведь обещал, что не сдаст меня Корну. Конечно, он и не сделал этого напрямую, но то, как он при этой фразе на меня глянул, было слишком очевидным. Хорошо, что я уже признался куратору во всех своих грехах, иначе бы уже никогда не смог с ним помириться.

Я сжал зубы. Лорд Массвэл планировал нас рассорить?

— Хочешь сказать, это всё по-настоящему? — сипло спросил Сэн, смотря на отца. — Четыре стихии? У Корна действительно их целых четыре⁈

Тем временем на панели загорелась жёлтая точка. Артефакт вообще с Корном немного тормозил. А потом на мгновение полыхнула зелёная… или нет? Я поборол желание протереть глаза. Мне показалось? У Корна не было покрова земли. Панель даже это подтверждала более тусклым, чем остальные, зелёным цветом.

Но интересно, чтобы она показала, когда у меня не было покрова воздуха, но я уже общался с Хару? Впрочем, это всего лишь мысль.

Я не стал циклиться на ней. Судя по реакции остальных, они этого не заметили. Всё же показалось. Ну и, в конце концов, можно поинтересоваться у самого куратора. Действительно удобно, что он не врёт.

Я решил продолжать наслаждаться выражением лица Сэна. Оно обычно было такое равнодушное, глаза его чаще всего вообще словно лёгким туманом были затянуты, а тут вся пелена с них спала, они смотрели так пронзительно, будто принадлежали совсем другому человеку. Очень-очень злому человеку…

Наверное, Корн тоже наслаждался таким зрелищем, потому что он в своей горделиво-надменной манере ухмыльнулся брату и развёл руки слегка в стороны, развернув ладонями вверх, после чего над левой появился водяной вихрь, а над правой заплясал огонёк пламени.

Глаза Сэна при этом расширились от шока. А Корнелия… она стала оседать на пол. Моё тело рвануло раньше, чем я понял зачем. Я подхватил её, не дав упасть, и только потом сообразил, что весьма фривольно прикасаюсь к дочери лорда Массвэла у того на глазах. Я помог ей восстановить равновесие и поспешно отпрянул. Она даже возмутиться не успела.

Корн же, довольный эффектом, отозвал огонь и воду и поочерёдно призвал ветер и золотое свечение, присущее магии исцеления.

Раздались аплодисменты.

— Восхитительно, — это был лорд Массвэл. — Увидеть это своими глазами — совсем другое. Потрясающе, Корн. Две противоположные стихии одновременно, два противоположных покрова, и пусть тебе никогда не призвать их дэвов, то, что ты достиг этого — уже достойно уважения. Если этому способствовал Нейро, — он перевёл взгляд на меня и вздохнул. — Похоже, я в некоторой степени обязан Ниро, — он усмехнулся. — Но как же не дальновидно с его стороны.

— Попрошу быть более уважительным к моему отцу, — холодно проговорил я.

— Что, думаешь, то, что он помог Корну, для него было благоразумным?

— В этом вопросе мне его не понять. Но, — я на миг взял паузу, — с точки зрения директора Академии он не мог поступить иначе.

Лорд расхохотался. Видно было, что он очень рад тому, что его сын оказался настолько одарённым.

— Думаешь? Тогда мне позаботиться о его сыне в ответ? — Стедд приподнял брови и приказным тоном договорил. — Приходи ко мне в кабинет в половину седьмого.

Ну вот. Только этого не хватало.

Проверка завершилась. И Корнелия с Сэном в растрёпанных чувствах разошлись по своим комнатам.

— Разве вы с сестрой не ладите? — спросил я Корна. — Почему-то она не казалась счастливой.

— Да? Я не видел… Всё моё внимание было поглощено выражением лица Сэна, — рассмеялся Корн.

— О да, оно было незабываемо, — хохотнул я. Было непривычно видеть Корна таким довольным. Он добавил:

— Жаль, только ты лишил меня счастья видеть такое выражение лица у отца, — хмуро он глянул на меня.

— Так ты только из-за этого на меня тогда разозлился? — я почти задохнулся от возмущения. Я-то думал, там какой-то супер-план, а я ему тем, что сдал его отцу, нарушил. А, оказывается, он просто хотел посмотреть на шокированное выражение лица своего родителя! — Что ж, тогда я правильно поступил, что сдал тебя. Тогда-то на кону стояла моя жизнь!

— О, неужели, у Кайрина воскресла совесть? Ты что, переживал о правильности этого поступка? — поднял бровь Корн.

— Тьфу на тебя, — почти обиделся я.

Ведь действительно об этом волновался! А этот придурок…

— Но вообще-то, — Корн стал более серьёзным, — я, может быть, только для этого момента и жил.

Он сказал это с таким пафосом, что мне захотелось его треснуть. Что я и не преминул сделать — ветром, нематериальный подзатыльник, которые обычно мне пачками раздавал сам Корн.

— Эй! — он в шоке уставился на меня и стал грозно наступать. — Ты сейчас меня ударил?

А я, не дожидаясь расплаты, рванул по коридору на улицу хохоча:

— Сначала догони!

Вскоре за мной послышался топот бегущего куратора. А я использовал попрыгунчики и даже покров, чтобы оторваться от него. Самым сложным при этом было не разнести особняк Массвэлов.

Я так увлёкся, что когда передо мной оказалась главная дверь, и не подумал замедлиться. Распахнул тяжёлые створки потоком ветра, чтобы отворить их, и оттолкнулся от очередного попрыгунчика, дабы вылететь из особняка на всех порах… Почему-то мне это тогда казалось обязательным действием для того, чтобы покрасоваться. Разве не круто: выйти таким экстремальным образом из самого особняка Массвэлов⁈

Надо же было Корнелии в этот момент попытаться в него зайти.

Я успел увидеть её расширяющиеся от ужаса глаза, пока она смотрела на летящего к ней меня. Ну, это длилось меньше секунды. А затем я врезался в неё, и мы кубарем покатились по почему-то совсем не мягкой траве.

Надо сказать, что голову я не потерял, молодец. И когда периодически натыкался на разные приятные части тела сестрицы Корна, я всё ещё соображал и помнил, что её брат на это творящееся безобразие смотрит. Поэтому, как только мы прекратили катиться, оказавшись сверху, не в слишком приличной позе, я мгновенно создал