Кайрин 3. Тень алхимика - А. Мирт Страница 28

— Апчхи! — я чихнул и потёр чешущийся нос.

— Похоже, тебе нужно согреться…

* * *

Третья арена.

— Хочешь сказать, Кай открыл воду? — нахмурился Корн.

— Ага, представляешь! Он даже сам этого сначала не понял. Везунчик, да? — Ай ухмылялся от уха до уха. — Поэтому мы решили заскочить к тебе, вдруг наш план тренировок уже поменялся. Да и покров — уже пройденный этап. — Я классный учитель, а?

У меня дёрнулся глаз, кого-то эта его фраза мне очень напомнила…

Они вели себя так, будто меня не было рядом. Но сейчас меня это не волновало. Ведь я держал тёплую кружку с ароматным травяным варевом, что вручила мне Агер, увидев, как я продрог. Мы встретили её по пути сюда. Добрая душа. Не то, что эти изверги. Ай потащил меня к Корну, даже не позволив зайти в лазарет!

Я отхлебнул взвар и блаженно улыбнулся. Цитрусовый вкус оттенялся небольшим количеством полезных трав и специй. Чудесно! Агер запомнила, что я обожаю кислое? Хм… Моя улыбка стала шире.

— А у него, случаем, голова не повредилась? — подозрительно спросил куратор, кинув взгляд в мою сторону.

— Да вроде не бился ей, правда, недавно чуть не утонул. Из-за нехватки воздуха она может барахлить? Не силён я в лекарском деле… — серьёзно ответил ему Ай.

Я недовольно поглядел в их сторону и решил не обращать внимания. Сделав ещё пару глотков, вспомнил строгий взгляд целительницы, когда она мне впихивала в руки кружку, не удержался и хихикнул.

— А пьёт он что? — ещё более подозрительно спросил Корн.

— Что пью, то тебе не дам, — показал я ему язык. — Обойдёшься, слишком вкусно.

Ай с Корном недоумённо переглянулись.

— Ты видел, у него язык зелёный! — воскликнул Ай.

— Видел, — кивнул Корн.

— Лазарет…

— К лекарям, — хором сказали они.

Я демонстративно фыркнул.

— Так ты собираешься заключить договор с тем дэвом воздуха? — спросил меня Ай.

Я уставился в кружку и кивнул.

— С тем дэвом? — спросил Корн.

— Ага, в мече Кайрина живёт дух. Мы его вызывали. Но из-за того, что он хапнул след водяного дэва, всё закрутилось, и связь разорвалась. Повторить вызов я смогу только завтра, много маны уходит.

Именно это и стало причиной того, что я так и не заключил договор. После того, как я ушёл под воду, Ай перестал поддерживать заклинание, и постепенно оно потеряло силу, полностью рассеявшись.

— А как же Хару? — голос Корна казался более холодным, чем обычно.

— Что Хару? — недовольно ответил я. — Он сказал катиться куда подальше и исчез. Так что я не могу с ним больше связаться.

— Да быть не может, чтобы он просто так взял и исчез! Ты же что-то натворил? — нахмурился куратор.

— Неа, — помотал я головой, поставил пустую кружку на пол и встал. — Скорее уж он позволил себе лишнего. Но это, в любом случае, не то, что бы тебя касалось.

Глаза Корна сузились, затем он улыбнулся.

— И правда… Полагаю, Хару сделал верный выбор. Но я, так и быть, всё-таки спрошу тебя. Если я заберу Хару себе, ты же не будешь иметь возражений?

Я задохнулся от возмущения. Корн собирается его забрать?

— Как же ты его вызовешь? — зло прищурился я.

— Уж как-нибудь… — пожал плечами Корн, будто такая мелочь его вовсе не волновала.

Я сжал зубы и всё-таки заставил себя проговорить:

— Разумеется, у меня не может быть никаких возражений, если вы вдруг сумеете договориться.

— Почему бы нам не суметь, — хмыкнул Корн. — Тогда удачи тебе с твоим новым дэвом. Что насчёт тренировок, — он поглядел на Ая, — оставляю это полностью на тебя. Делай, что сочтёшь нужным.

Корн ушёл. Ай задумчиво на меня посмотрел.

— Он всегда такой? Или… Мы сделали что-то не то?

— Всегда такой, — буркнул я.

— Ты ещё сегодня хочешь тренироваться? Или какие идеи имеются?

— Подскажи, как можно улучшить в короткие сроки владение водой.

— Да тут вряд ли есть короткие пути. Только практика. Старайся держать воду частью сознания постоянно. Наверное, поначалу тебе придётся таскать с собой флягу с водой, — улыбнулся Ай. — Так должно выйти быстрее.

— Ладно, попробую, спасибо, — кивнул я ему, после чего попрощался и пошёл в свою комнату тренироваться. На этом этапе контроля воды я не мог учудить ничего более страшного, чем сам же промокнуть от своей стихии, а в комнате было уютнее, чем на пустой холодной арене, как ни крути.

* * *

На следующий день Ай восстановил ману и после занятий мы с ним встретились в пещере. Отчего-то Ай хотел использовать именно её, похоже, она ему очень нравилась. Я же не стал возражать.

Пока он подготавливался к ритуалу, замораживая водную гладь и создавая печать, я задумчиво крутил свой меч в руке, пытаясь почувствовать духа, прячущегося в нём. Но ничего необычного не ощущал. Всего лишь невесомый меч в белоснежных ножнах, простая гарда и забавное украшение в форме кисточки из тонких перламутровых пластинок, легко колышущихся от движения или ветра. Наверное, меч станет действительно совершенным оружием, когда я заключу договор с Айэтэрэйей. Но несмотря на волнительное ожидание и предвкушение от предстоящего договора с дэвом, на душе было неприятно. Я прекрасно осознавал из-за чего, только вот и думать не хотел об этом.

Чем больше времени проходило, тем меньше я злился на Хару. В итоге я вообще решил, что могу простить ему одну небольшую ошибку. Вчера я всё-таки пошёл на попятную и попробовал призвать его. Я звал его и звал, но он не откликался. Я не чувствовал даже лёгкого намёка на его присутствие. Словно он был моей причудливой фантазией и вовсе никогда не существовал. Я недоумевал, почему он хотя бы ехидно не отругает меня напоследок. Просто взял и исчез?

Ведь я его сам звал, а значит, можно сказать, извинялся. Неужели Хару, которого я знал, мог бы даже не дать нам шанса помириться? Мне он не казался настолько чёрствым. Это меня немного тревожило. Хотя я и понимал, что он действительно просто игнорировал меня. Но от этого было лишь противнее.

— Ты готов? — спросил Ай, стоящий посреди начинающей разгораться печати.

— Да, — я зашёл в столп и протянул вперёд меч. Ай кивнул и положил на него ладони.

Меч тонко завибрировал, и пластинки на его украшении затанцевали. Весь он, от кончика ножен до гарды и декоративной кисти, засветился серебряным, и от него отделился огонёк. Сегодня он не улетал далеко, а завис на расстоянии вытянутой